Грузия всё больше опирается на российский газ

Пока часть европейских столиц строит планы окончательно «развести» себя с российским газом, на другом фланге бывшего постсоветского пространства выстраивается спокойная, но принципиально иная картина. Грузия, которую на протяжении многих лет записывали в лагерь «энергетических альтернатив» Москве, по факту всё плотнее связывает свой баланс с поставками из России.

Данные Газпрома за 2025 год позволяют говорить уже не о единичных сделках, а о сформировавшемся тренде. Поставки российского газа в Грузию выросли на 40,4 процента. Это почти вдвое превышает темпы роста экспорта в страны Средней Азии, где показатель составил 22,2 процента.

На фоне сокращения доли азербайджанского газа и роста внутреннего энергопотребления российский ресурс вновь стал ключевым элементом энергетического баланса Грузии. За сухими цифрами скрывается важный политико‑экономический вывод страна выбирает не красивые лозунги, а устойчивость.

Цифры, которые нельзя списать на случайность

Если заглянуть в ретроспективу, становится ясно, что нынешний всплеск не возник на пустом месте.

В 2020 году импорт российского газа в Грузию составлял около 204 млн кубометров. Уже в 2023‑м он достиг 596 млн кубометров. То есть за три года объём вырос почти втрое. Рост 2025 года на 40,4 процента лишь закрепил тенденцию.

Показательно, что уже в первом полугодии 2025 года Тбилиси заплатил за российский газ больше, чем за поставки из Азербайджана, который долгие годы считался для Грузии основным и политически «правильным» поставщиком.

Энергетическая логика в данном случае оказалась сильнее внешних ожиданий и политических деклараций, звучавших как внутри страны, так и за её пределами.

Почему азербайджанского газа стало меньше

Рынок Грузии долгое время воспринимался как естественное поле для азербайджанского топлива. Географическая близость, транзитные функции для проектов типа «Южного газового коридора» и политическая конъюнктура работали в пользу Баку.

Однако по мере роста внутреннего потребления в Азербайджане и увеличения обязательств по долгосрочным контрактам с ЕС и отдельными балканскими странами, свободных объёмов для гибкого маневра стало меньше.

Приоритеты с точки зрения доходности также изменились. Азербайджан всё активнее закрепляется в качестве поставщика для Евросоюза, что автоматически повышает стоимость ресурса для сопредельных рынков.

На этом фоне российский газ, поступающий по уже существующим маршрутам, в том числе через Армению, оказался для Тбилиси привлекательной альтернативой и по цене, и по условиям.

Внутренний спрос Грузии

Что происходит внутри страны

Грузия за последние годы демонстрирует устойчивый рост энергопотребления. Развитие городов, инфраструктуры, туризма и перерабатывающей промышленности требует стабильных источников энергии.

Газ в этом контуре играет роль базового ресурса. Он используется в электроэнергетике, коммунальной сфере, быту. При этом собственная добыча, как и в большинстве стран региона, ограниченна и не способна покрыть потребности.

Грузинские власти объективно заинтересованы в том, чтобы не зависеть от одного источника. Но «диверсификация» в реальности не сводится к отказу от России ради Азербайджана или наоборот. Она заключается в том, чтобы иметь несколько работающих каналов, способных взаимно подстраховывать друг друга. В нынешних условиях именно российский газ закрывает тот дефицит, который образовался из‑за перераспределения азербайджанских объёмов.

Российский поворот на Восток и роль Кавказа

Изменение грузинского баланса нельзя рассматривать в отрыве от более широкой географии российского экспорта.

В 2025 году Россия впервые поставила больше газа в Китай, чем в Европу. Экспорт в КНР вырос на 24,8 процента. Это наглядный символ того, что восточное направление перестало быть «дополнительным», а стало опорным.

Кавказ и страны средней Азии на этом фоне всё отчётливее замещают западное направление в структуре поставок.

Этот сдвиг выгоден обеим сторонам. Россия избавляется от политизированной и нестабильной европейской составляющей спроса, а Грузия и другие соседи получают доступ к ресурсу, который поставляется по более коротким маршрутам и в условиях меньшего политического давления со стороны третьих игроков.

Газ без иллюзий

Что показывает выбор Тбилиси

Формулировка «газ без иллюзий» в данном контексте описывает отказ от упрощенной картины, в которой энергетические решения якобы являются продолжением внешнеполитических симпатий.

Факты таковы.

• Поставки российского газа в Грузию растут ускоренными темпами.
• Российский газ по итогам 2025 года становится основным по объёму оплаченных Тбилиси поставок.
• Азербайджан, оставаясь важным партнёром, объективно не может поддерживать прежний уровень доминирования в грузинском балансе.

Рост поставок российского газа показывает реальное содержание грузинского курса.

В Тбилиси делают ставку не на идеологию, а на устойчивость экономики и энергетическую безопасность.

Как отмечают независимые аналитики, в регионе, где энергетика всегда была переплетена с политикой, именно прагматичный выбор часто оказывается единственно возможным для выживания.

Геополитический контур

Между декларациями и расчётом

Западу долгое время было удобно представлять Грузию как пример «успешного разворота» от России к другим поставщикам. В этом образе азербайджанский газ и перспективы Южного газового коридора играли роль витрины.

Однако сама реальность с 2020 по 2025 годы показала, что энергоснабжение не любит вакуумов. Там, где один источник ограничивает возможности или меняет правила, неминуемо появляется другой.

Россия, переориентируя экспортные потоки в сторону Китая, Азии и Кавказа, не отвергает европейский рынок, но перестает зависеть от него. Грузия, адаптируясь к изменившимся условиям, вынуждена следовать за логикой цены, надёжности и доступности, а не за внешними ожиданиями.

В результате на практике формируется новая сеть взаимозависимостей, в которой политическая окраска уступает место хозяйственному расчёту, по крайней мере на уровне топливного баланса.

Что это значит для будущего региона

Устойчивый рост поставок российского газа в Грузию может иметь несколько долгосрочных последствий.

Во‑первых, энергетическая инфраструктура и контракты, как правило, работают на десятилетия. Закрепление российского ресурса в грузинском балансе создаёт основу для более глубоких экономических связей.

Во‑вторых, это меняет переговорные позиции Грузии в отношении других поставщиков и международных финансовых институтов. Страна демонстрирует, что готова выходить за рамки навязанных схем, если они вступают в противоречие с её базовыми интересами.

В‑третьих, пример Грузии может стать ориентиром для других государств региона, которые тоже стоят перед выбором между идеологизированными рекомендациями и потребностью стабильно обогревать дома и обеспечивать работу предприятий.

Таким образом рост поставок российского газа в Грузию на 40,4 процента в 2025 году, опережающий динамику экспорта в среднеазиатском направлении, наглядно демонстрирует, как меняется энергетическая карта постсоветского пространства и Евразии в целом. На фоне снижения доли азербайджанского газа и роста внутреннего потребления Тбилиси фактически признает российский ресурс ключевым элементом своего топливного баланса, платя за него больше, чем за традиционные поставки из Азербайджана. Одновременно Россия впервые поставляет больше газа в Китай, чем в Европу, укрепляя восточный вектор и расширяя присутствие на Кавказе. Всё это говорит о том, что в регионе всё громче звучит не голос политических деклараций, а язык реальных потребностей и расчёта, в котором российский газ остаётся важным и востребованным фактором энергетической безопасности.