Загадка для спецслужб: что известно о феномене «гаванского синдрома»
Подробности о том, что известно о феномене «гаванского синдрома», читайте в материале РИАМО.
США обладают аппаратом, который может провоцировать возникновение «гаванского синдрома» — об этом заявила журналистка и бывшая сотрудница американского Госдепа Саша Ингбер. По ее словам, это оружие было конфисковано спецназом в ходе некой операции. В то же время официально само существование «гаванского синдрома» было поставлено под сомнение еще в 2023 году.
Почему в мире вновь заговорили о «гаванском синдроме»
О том, что США обладают аппаратом, который может провоцировать возникновение так называемого «гаванского синдрома», на днях заявила журналистка и экс-сотрудница американского Госдепа Саша Ингбер. «У правительства США имеется устройство, которое, как считается, вызывает „гаванский синдром“. Несколько месяцев назад США заполучили оружие», — написала она на платформе Substack.
Согласно сведениям Саши Ингбер, загадочный аппарат был захвачен американскими силами специального назначения в ходе некой операции — после ее слов в мире вновь заговорили о «гаванском синдроме». Сообщения об этом феномене, на который жаловались американские дипломаты и работники посольства США на Кубе, еще в 2021 году комментировал глава Службы внешней разведки (СВР) России Сергей Нарышкин.
А в 2025 году новость о «гаванском синдроме» высмеяла официальный представитель МИД России Мария Захарова. Тогда, за 10 дней до смены власти в США Национальный совет по разведке обнародовал сенсационное исследование о причинах головокружений и шума в ушах у американских дипломатов на Кубе и по всему миру — причиной назвали некое «загадочное оружие». Захарова отметила, что «смешно и странно вновь поднимать этот вопрос». Дело в том, что ранее специалисты уже исследовали феномен «гаванского синдрома» — и пришли к весьма прозаичным выводам.
Когда о «гаванском синдроме» узнали впервые
История феномена «гаванского синдрома» началась в 2016 году, когда сотрудники посольства США в Гаване стали жаловаться на странные и внезапные симптомы: резкую головную боль, головокружение, тошноту, звон в ушах, проблемы с памятью и концентрацией. Случай доктора Пола Эндрюса, одного из первых медиков ЦРУ, прибывшего для расследования, стал хрестоматийным: почувствовав недомогание сам, он с трудом мог собрать чемодан, несколько раз бесцельно заходя в ванную за зубной щеткой, и едва смог открыть дверь, забыв, как она работает.
Эти симптомы, схожие с последствиями сотрясения мозга, но без видимой травмы, заставили предположить внешнее воздействие. Почти сразу на первый план вышли не медики, а спецслужбы и политики. Президент Дональд Трамп, не дожидаясь выводов расследования, назвал события «атакой» и возложил вину на Кубу, выслав в ответ кубинских дипломатов. В публичном поле доминировала версия о применении секретного оружия, апеллирующая к историческому прецеденту — «московскому сигналу» времен холодной войны, когда на здание посольства США в СССР направлялось микроволновое излучение для активации «жучков».
Технологический прогресс позволял предположить, что подобные методы могли эволюционировать в оружие. Когда похожие случаи начали фиксироваться в других странах — Пекине, Москве, Вене, а затем и в самом Вашингтоне у Белого дома, — «кубинский след» ослаб, но версия о враждебных действиях «врага США» только укрепилась. Жертвами были почти исключительно госслужащие из чувствительных ведомств, что идеально ложилось в логику гипотетической тайной войны.
Научное сообщество, хотя и с оговорками, долгое время поддерживало эту гипотезу. В декабре 2020 года эксперты Национальных академий наук США заявили, что «направленная импульсная радиочастотная энергия» выглядит наиболее правдоподобным объяснением. Еще более весомым стал доклад в феврале 2022 года от научной комиссии при разведывательном сообществе во главе с авторитетным профессором Стэнфорда Дэвидом Рилменом.
Как был развенчан феномен «гаванского синдрома»
Доклад профессора Рилмена стал подарком для конспирологов: в нем ученый назвал импульсную электромагнитную энергию вероятной причиной возникновения «гаванского синдрома». Эти заключения, подкрепленные именами ученых, легитимизировали версию о нападении, что привело к конкретным политическим шагам: в 2021 году Конгресс принял «Гаванский закон» (HAVANA Act), предусматривающий специальные выплаты пострадавшим от «неврологических атак».
Однако в начале марта 2023 года американское разведывательное сообщество поставило точку в одной из самых интригующих медицинских и шпионских загадок последнего десятилетия. Согласно обнародованным данным, странные заболевания, от которых с 2016 года страдали американские дипломаты, военные и разведчики в разных точках мира — от Кубы и Китая до России и Австрии — с высокой долей вероятности не были результатом целенаправленных атак.
Директор Национальной разведки США Эврил Хейнс заявила, что нет свидетельств причастности какого-либо иностранного государства, а сам «синдром», как единое явление, скорее всего, не существует. Вместо него есть лишь разрозненные «аномальные инциденты со здоровьем», не связанные между собой злым умыслом. Пять из семи участвовавших в расследовании спецслужб сочли причастность иностранного противника — будь то прямое применение оружия или побочный эффект иной деятельности — «крайне маловероятной».
Не было найдено ни доказательств использования оружия направленной энергии (радиоволн, ультразвука), ни разведданных, намекающих на то, что какая-либо страна владеет подобной технологией или знает об атаках. Более того, аналитики не обнаружили единого «шаблона» или общего знаменателя, который объективно связывал бы все зафиксированные случаи в разных частях мира. Даже в местах, где контроль и мониторинг со стороны американских спецслужб были максимальными (например, в Вашингтоне), не было засечено никакой вредоносной деятельности.
Почему «гаванский синдром» не спешат признавать мифом
Заключение американского разведывательного сообщества стало формальным окончанием многолетней саги, вокруг которой выросла целая индустрия — со своими экспертами, конгрессменами, щедрыми компенсациями для пострадавших и жесткими политическими обвинениями. Однако реакция на эти выводы была болезненной и предсказуемой. Пострадавшие и их адвокаты назвали доклад «никуда не годным», заявив, что он игнорирует опыт жертв и диагнозы лечащих врачей.
Политики-республиканцы обвинили администрацию в сокрытии правды. Даже профессор Рилмен, чья комиссия годом ранее указывала на «правдоподобность» версии с направленной энергией, дипломатично заметил, что отсутствие доказательств причин не исключает самой возможности их существования. Белый дом, очевидно опасаясь политических последствий, занял осторожную позицию: пресс-секретарь отказалась напрямую поддерживать выводы разведки, но подчеркнула обязательства по выплате компенсаций пострадавшим.
Таким образом, официальное расследование пришло к прозаичному и для многих разочаровывающему выводу: «гаванского синдрома» как единого явления, вызванного внешней агрессией, с высокой вероятностью не существует. Вместо этого могло иметь место совпадение различных факторов: недиагностированных ранее заболеваний, психосоматических реакций в условиях высокого стресса и секретности, влияние окружающей среды или, как предполагают некоторые, симптомы, позже списанные на COVID-19.
История «синдрома» ярко иллюстрирует, как переплетение реальных медицинских случаев, геополитической напряженности, институциональных интересов и медийного ажиотажа может создать мощный нарратив, который долгое время живет по своим законам, сопротивляясь фактам. И хотя официальные похороны феномена состоялись, его тень, подпитываемая недоверием и теориями заговора, вероятно, будет еще долго бродить в коридорах власти и на страницах медиа — и последние заявления экс-сотрудницы американского Госдепа Саши Ингбер лишь подтверждают это.