«Ты скоро умрёшь!»: что Иван Грозный сделал с шаманами, назвавшими дату его смерти
Представьте Москву конца XVI века: кремлёвские терема, боярские интриги, а в царских покоях — запах ладана вперемешку с травами от знахарей. Иван Грозный, уже немолодой, измотанный болезнями и подозрениями, не спит ночами. Он шлёт гонцов за астрологами, вызывает финских волхвов, а в последние месяцы жизни обращается к тем, кого на Руси боялись и уважали больше многих: к саамским шаманам с далёкого Севера. Что они ему сказали? И почему эта история до сих пор вызывает споры у историков?
Саамы и их нойды: репутация, которая шла впереди них
Саамы — древний народ Кольского полуострова и Лапландии, которых на Руси звали лопарями. Их шаманы, нойды, считались одними из самых сильных в Европе. Английский дипломат Джером Горсей, живший в Москве в 1570–1590-х годах, прямо писал: лапландские колдуны умеют вызывать ветры, насылать болезни и видеть будущее. В саамском фольклоре нойд камлает с бубном, призывая духов-помощников — оленя, птицу, рыбу. Этнограф Людмила Хомич в монографии «Саамы» (1999) подчёркивает: шаман был посредником между мирами, его слова воспринимались как закон судьбы. На Руси эта слава складывалась веками — с новгородских времён, когда купцы привозили рассказы о «чудесах Лапландии». Даже в «Калевале» Лапландия — страна, полная колдунов.
Царь и его страх смерти
Иван IV в последние годы жизни был одержим предсказаниями. Руслан Скрынников в фундаментальной биографии «Иван Грозный» (1975) отмечает: царь окружал себя астрологами, алхимиками, ясновидцами. Он верил в кометы как знамения — в 1582–1584 годах на небе сияла яркая комета, которую многие толковали как предвестие конца. Болезни одолевали: подагра, опухоли, паранойя. Царь то каялся в грехах, то снова искал магической защиты. По свидетельствам современников, включая Горсея, он приказывал привозить знахарей издалека — из Карелии, с Печоры, из Финляндии. Но самым громким стал вызов саамских шаманов в 1584 году.
Приезд северных колдунов в Москву
Предание, зафиксированное Горсеем в его «Записках о России», гласит: царь велел доставить в столицу около шестидесяти саамских нойдов и ведьм — вёльв и гейд. Их собрали на Кольском Севере и привезли под охраной. В кремлёвских палатах они устроили настоящее камлание: били в бубны, пели заклинания, входили в транс. Горсей, бывший свидетелем событий (или слышавший о них от приближённых), описывает: колдуны смотрели на звёзды, гадали по внутренностям животных и единодушно объявили царю дату смерти — 18 марта 1584 года. Это не было туманным «скоро умрёшь» — точный день.
Реакция Грозного: ярость и вызов судьбе
Иван, по словам Горсея, пришёл в бешенство. Он привык, что предсказатели боятся его гнева и говорят угодное. Здесь же — прямой вызов. Царь обвинил саамов в обмане и, по одной версии предания, приказал подготовить их к казни именно 18 марта: мол, если не умру — сожгу всех за ложь. По другой — хотел публично опозорить. Скрынников осторожен: такие детали могли быть приукрашены, но общий факт вызова северных колдунов подтверждается несколькими источниками, включая русские летописи и иностранные свидетельства.
Утро и вечер рокового дня
18 марта 1584 года наступило. Утром царь, чувствуя себя бодрым, явился к шаманам (или послал к ним Бориса Годунова и Богдана Бельского — версии расходятся). Он торжествовал: «Видите, я жив, а вы лгали!» Один из нойдов, по преданию, спокойно ответил: «Ещё не вечер». Горсей передаёт эту сцену ярко: царь смеялся, планировал казнь. Но днём, после бани, Иван сел играть в шахматы с Бельским. Вдруг почувствовал слабость, упал — и к вечеру скончался. Официально — от удара или отравления, но дата совпала идеально.
Что стало с шаманами?
Версий две. По жёсткой — царь успел приказать их казнить, но смерть помешала. По другой, сохранившейся в народных преданиях, — саамы исчезли или были отпущены, а их пророчество только укрепило славу. Хомич пишет: саамы верили, что сильный нойд может «уйти» от наказания, превратившись в животное или вызвав бурю. В любом случае, после смерти Грозного в Москве ходили слухи о лопарских волшебниках — об этом упоминает и Карамзин в «Истории государства Российского», хотя без таких деталей.
Историки спорят: факт или красивая легенда?
Современные исследователи осторожны. Скрынников считает историю преданием, выросшим вокруг реального интереса царя к северной магии. Горсей — ценный свидетель, но писал мемуары позже, мог приукрашивать для английской публики. Нет русских документов, прямо подтверждающих вызов именно саамов в 1584-м, но контакты с лопарями были: дань, миссии, экспедиции. Валери Кивельсон в работах по русской магии отмечает: вера в лапландских колдунов была распространена, их боялись даже в Европе. А совпадение даты смерти с предсказанием — либо невероятное совпадение, либо поздняя вставка в легенду.