«Женщины виноваты?» РПЦ в центре споров: к чему ведут публичные заявления священников
В наш век, когда каждый второй спешит поделиться сокровенным в социальных сетях, а исповедь зачастую заменяет пост в Telegram, Русская православная церковь оказалась на передовой неожиданных дискуссий. Казалось бы, вопросы веры и морали должны быть вне мирской суеты, но нет – священнослужители то и дело подкидывают дровишек в костёр общественных обсуждений, заставляя задуматься: где граница между пастырским словом и личным мнением, которое, мягко говоря, шокирует?
Блудное чадо: каяться жене или батюшке?
Начнём, пожалуй, с темы, которая всегда будоражит умы, – семейные измены. Митрополит Томский и Асиновский Ростислав, человек, казалось бы, глубоко духовный, неожиданно выступил с тезисом, который в светском мире вызвал бы бурю негодования. По его мнению, если мужчина «сходил налево», но понимает, что признание жене разнесёт брак в щепки, то лучше… не признаваться. Вместо этого — прямиком в церковь, к батюшке, на исповедь. Мотивы? Сохранить хрупкий мир в семье, избежать соблазна для других, да и просто – очистить совесть перед Богом, а не перед земной женщиной.
«Быть честным – не значит выкладывать все как на духу», – заявил митрополит в эфире программы «Православный взгляд» телеканала «Союз». Он подчеркнул, что если откровение супруге действительно поможет мужчине не возвращаться к греху и укрепит семейные узы – это одно. Но если оно лишь подорвёт доверие и разрушит семейное счастье, то такая «честность» может оказаться вредной. Позднее, конечно, Томская епархия поспешила внести ясность: дескать, митрополит говорил о том, что сначала надо покаяться перед Богом, а потом уже со священником советоваться о дальнейших шагах. Но осадочек, как говорится, остался. Неужели церковная амнистия важнее прозрачности в отношениях?
Женщина – корень зла, или почему мужчины идут на преступления?
Следующий «перл» принадлежит протоиерею Андрею Шевалеву, который, видимо, решил пойти ещё дальше в своих рассуждениях о женском влиянии. В одной из своих видеопроповедей, которые сегодня собирают внушительную аудиторию в РПЦ, он предположил, что львиная доля мужских преступлений происходит… из-за женщин. Да-да, именно так. Они, по его мнению, – главный источник всех проблем «сильного пола».
Протоиерей считает, что современные женщины стремятся «жить как королевы», не считаясь с возможностями мужей. Отсюда и возникает ситуация: «одна работа, вторая, третья…» – мужчина «надламывается», а дальше – преступление, зачастую ради удовлетворения материальных запросов своих избранниц. Интересный взгляд, не правда ли? То есть, не личный выбор, не отсутствие моральных принципов, а именно женские «хотелки» толкают на криминал.
Впрочем, с такой позицией категорически не согласилась Ксения Собчак. Известная телеведущая и общественный деятель, не чуждая политических баталий, справедливо заметила: преступление – это всегда личный выбор и ответственность каждого человека. Перекладывание вины на другого – это манипуляция чистой воды. «Дорогие леди, если вам говорят: я сделал это из-за тебя, то перед вами манипулятор, ищущий соучастницу, с которой можно разделить чувство вины», – написала Собчак в своём Telegram-канале. И с этим трудно поспорить.
Церковь и кошелёк: кому принадлежат женские деньги?
Ещё одна громкая история связана с иереем Кириллом Марковским, который, видимо, решил, что женщинам не так уж и нужны большие деньги. А раз так, то значительную часть своих доходов они вполне могут нести… в церковь. Эта идея, мягко говоря, не осталась без внимания. В частности, на неё отреагировала депутат Госдумы Нина Останина, которая, как и Собчак, не привыкла лезть за словом в карман.
«Расцениваю это как сигнал законодателям, что пора принимать закон о защите прав женщин от отдельных представителей РПЦ», – заявила парламентарий. Она напомнила, что в стране есть закон о защите прав верующих, но нет аналогичного закона для неверующих, а главное – для защиты женщин от подобных «словоблудий». Останина подчеркнула, что церковь по Конституции отделена от государства, и навязывать светскому обществу своё миропонимание, особенно в такой безапелляционной форме, по меньшей мере, неэтично. Депутат призвала руководство РПЦ «урезонить» священнослужителей, которые позволяют себе оскорблять женщин, выразив надежду, что подобные высказывания – это лишь частные мнения, а не позиция всей Церкви.
Заместитель руководителя синодального отдела Московского патриархата по взаимоотношениям с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе поспешил заверить общественность, что все эти рассуждения – не более чем частные мнения отдельных священнослужителей. Что ж, спасибо за разъяснение, но почему эти «частные мнения» так часто вызывают общественный резонанс?
Монашеские «соки»: что движет святыми отцами?
На фоне всех этих дискуссий уже не удивляет и недавнее откровение протоиерея Андрея Ткачёва, который, видимо, решил подлить масла в огонь, рассуждая о… сексуальной жизни монахов. По его словам, монахи будут абсолютно здоровы, если их «жизненные соки» «взыграют», и они смогут «возжелать бабу и не только ее». Тут, правда, стоит сделать оговорку: протоиерей не стал уточнять, кого ещё, кроме женщин, могут возжелать монахи, но, в общем, «это и так понятно».
При этом Ткачёв подчеркнул, что интерес к женщинам – это ещё «лучший случай», а «бывают и худшие». Чтобы избежать последних, монах должен быть «немного болен». Если, уважаемые читатели, вы смогли понять глубинный смысл этих слов, то мы искренне рады. Нам же остаётся лишь развести руками и задаться вопросом: имеют ли священнослужители право на публичное высказывание столь неоднозначных, а порой и откровенно шокирующих мнений? Или это та самая «частная» позиция, которая подрывает авторитет всей Церкви?
В эпоху, когда информация распространяется со скоростью света, каждое слово, сказанное с амвона или перед камерой, обретает колоссальный вес. И если эти слова вместо духовного наставления несут лишь растерянность и возмущение, то, возможно, стоит задуматься: кому на самом деле служит такая «откровенность»?