Сильнее огня и разлуки: трогательные письма времен Великой Отечественной войны
В годы Великой Отечественной войны женщины, дети и пожилые люди с трепетом ждали писем с фронта. Для них заветные конверты были единственной живой связью с близкими, которые находились на передовой. Послания, пусть и редкие, приносили утешение и дарили надежду.
Письмо 1941 года в экспозиции Государственного музея обороны Москвы.
Письмо с фронта — драгоценный подарок. Он мог развеять неопределенность, связанную с судьбой родного человека. Конверты хранили в себе чувства, мысли и переживания солдат. Их семьи и друзья бережно хранили послания. Хранят до сих пор — как символ мужества, стойкости и героизма.
Полевая почта. Великая Отечественная война 1941-1945 гг.
Почтовая служба в годы войны представляла собой жизненно необходимый, а потому высокоорганизованный механизм. Наладить доставку корреспонденции удалось уже к концу 1941 года — ежемесячно отправлялось до 70 миллионов писем, а за четыре года войны почтальоны смогли доставить адресатам свыше десяти миллиардов конвертов.
Память о героях, которые отдали жизнь ради будущих поколений, жива до сих пор. Жива в том числе на пожелтевших листах, праздничных открытках и солдатских треугольниках.
«В этом году мы победим» — 1941
Олег Аркадьевич Сальников был призван в Рабоче-крестьянскую Красную армию в 1940 году. В период с 1941 по 1944 годы он воевал на Карельском фронте, командовал отделением артиллерийского дивизиона. Когда война закончилась, поступил в Московский механический институт и закончил его с отличием.
Далее — аспирантура и работа в Лаборатории «В». Там Олег участвовал в создании первой в мире атомной электростанции.
Олег Аркадьевич умер в 1993 году. Он был доктором физико-математических наук, физиком-экспериментатором с мировой известностью, почетным доктором университета города Дебренцева в Венгрии.
А в годы войны Олег был солдатом, которого терзала тоска по дому. Он писал:
«Милая мамочка!
Пишу тебе новогоднее письмо. Вот кончается 1941 год, начинается 1942 год, в этом году мы победим и навсегда разобьем фашистскую сволочь. Пишу тебе письмо, а от тебя вот уже три месяца нет писем. Иван Александрович пишет мне, что он переслал тебе мой адрес. Странно, что ты не пишешь. Иль может быть идет где-нибудь и мне письмо. Хорошо бы завтра получить.
Ну, у меня все в порядке, одет тепло, сыт и даже собираются давать по 100 гр. Но меня это мало интересует, т. к. я твердо решил не пить. Вот бы Мику сюда, а то у вас наверно туго с этим товаром!
Как-то ты там живешь? Напиши мне скорей, а то ни слуху ни духу.
Где няня? С вами ли она? (Кстати И. А. пишет, что моя кошка нашлась). С Микой ли его спаниель?
Как у вас жизнь в Пензе?
Как хорошо, что немцев отбросили от Москвы!
Теперь все. Им больше никогда не наступать. Теперь наступать будем мы. Как бы я хотел быть под Москвой! Ну ничего, мы здесь делаем свое дело.
Ну вот и все.
Целую тебя крепко-крепко.
Олег.
Привет няне и Микки.
Целую их.
Олег»
Олег получит ответ от матери. Письмо обрадует его, а новости от близких — нет. Окажется, что няня, которую Сальников «очень любил, несмотря на ее ворчливость», умерла. Солдат с трудом осознал случившееся. В любом случае, он старался держаться — с матерью все было хорошо, она не жаловалась на здоровье. Отправила адреса Вити и Зои, Олег обещал написать им.
А вот писать отцу Сальников не стал. Тот дал матери адрес до того, как немцы заняли Елец. Олег предполагал, что мужчина сразу покинул оккупированный город и вряд ли вернулся туда после того, как Красная Армия его отбила. Адрес старый, письма там ни к чему.
«Тяжело тебе пришлось учиться» — 1942
Дмитрий Александрович Петунин всегда находил время, чтобы написать своим дочерям Риточке и Алечке. Он был подполковником, служил в автобронетанковых войсках. Прошел всю войну. Получил множество государственных наград, в числе которых орден Ленина.
Автобронетанковые войска — ключевой род войск. Они участвовали в механизированных и танковых операциях, обеспечивали мобильность и огневую мощь армии.
Дмитрий писал:
«Здравствуйте, мои дорогие детки: Алечка и Риточка!
Позавчера получил ваше письмо, за которое крепко-крепко вас целую и желаю всего наилучшего. Очень рад, Алечка, за твои успехи в учебе, хотя и тяжело тебе пришлось учиться, но все-таки ты добилась хороших успехов. Учись также и дальше.
За Риточку тоже рад, что она уже знает буквы и может их писать. Это очень хорошо, так как в этом году Риточка пойдет в школу, и эти знания облегчат ей учебу»
«Возможно, он мне сохранил жизнь» — 1942
Моисей Семенович Шарлат был ранен в бедро под Ржевом в феврале 1942 года.
Родился он в городе Вилейка БССР. На фронт ушел ополченцем из Москвы в сентябре 1941 года. Получив ранение, попал в госпиталь. Специальность Моисея — артиллерист-минометчик. В 1943 году они принимал участие в Сталинградской битве. Там снова был ранен — снайпер выстрелил в спину, пуля прошла навылет.
Участвовал в наступлении в Европе. В Праге 9 мая 1945 наконец закончил войну.
После первого ранения, находясь в госпитале, Моисей писал своим близким:
«Мои дорогие и драгоценные!
28 февраля я вам сообщил открыткой, что я ранен в бедро. Кость не задета. Буду здоров. Пока двигаться не могу. Не беспокойтесь и не расстраивайтесь. Дело общее так должно быть, могло быть хуже. Здесь лежать не придется.
Отсюда раненых эвакуируют в другие госпитали Союза. Где я буду находиться определенно пока не знаю. Ранен 21 февраля. Как я жажду читать ваши письма, но увы, временно от вас получать не придется.
Манечка милая! Особенно тебя прошу быть человеком и не расстраиваться. Я буду здоров. Я же знаю, как ты расстроишься. Но лучше знать все, чем жить в безызвестности.
Фаинька дорогая! Вот и пришла очередь твоему папе бить фашистского гада, но он сволочь налетел на нас с аэроплана и бросил бомбу, и ранил меня осколком. Сделали мне через пять дней операцию, и вытащили большой осколок, который я и не чувствовал в бедре.
Как напишу вам мой адрес, так тут же пишите мне все. О Москве я ничего не знаю с 4 февраля.
Вот пока все.
Будьте здоровы.
Целую вас крепко-крепко.
Отдельно обнимаю и целую Фиму. С его именем я шел в бой, и возможно он мне сохранил жизнь.
Ваш незабвенный папа Миша»
Немногим позже Моисей получил ответ. Писал его отец — Семен Шарлат. Он известил сына, что каждое его письмо получал в срок. Следил за тем, где Моисей находится. Сообщил, что с женой и детьми все хорошо, а подробности солдат прочтет в послании Мани — своей супруги.
Но главное, чем хотел поделиться отец с сыном — своей гордостью за него. Семен писал, что тоже ощущает себя участником боя за Родину. Что глубоко и ясно чувствовал боль раны Моисея и страдает от нее вместе с ним.
«Ведь в твоих жилах течет моя кровь, и вот почему я так ясно чувствую свое участие в битвах с нашими врагами и твое ранение. И вот почему мое сердце наполнено гордостью и за тебя, и за себя», — писал он.
«Прошу сообщить мне судьбу моего лучшего друга» — 1944
Афанасий Семенович Бирюков и Александр Алексеевич Яковлев были призваны в 1939 году. Они вместе служили в Подмосковье на станции Хлебниково. На фронт тоже отправились вдвоем, их закинуло в Смоленскую область.
В одном из сражений Афанасий потерял своего товарища из виду. Одно мгновение разделило их навсегда. Солдат писал родителям Александра, полный надежды:
«Здравствуйте, многоуважаемые знакомые!
Примите мой привет и самые наилучшие пожелания в вашей текущей жизни.
Вы меня извините, постольку, поскольку я даже забыл как зовут у моего друга родных.
Я вас убедительно прошу, сообщить судьбу моего лучшего друга Саши Яковлева.
Я, конечно, уже много раз брал адреса Саши, но не мог связаться с ним.
А почему я решил написать, лишь только потому, что мой братик пропал без вести, а сейчас нашелся ровно через два года.
Так я еще раз прошу, если имеете переписку со своим сыном Александром, то сообщите мне его судьбу. А также мою ему.
Вот все, прошу извините за беспокойство.
До свидания.
P. S. привет вам. Я вас всех знаю.
С приветом Афанасий Семенович Бирюков»
Александр погиб в сентябре 1941 года в возрасте 23 лет. Его товарищ прошел всю войну и дошел до Берлина.