Центральная Африка: уход французов открывает региону новые возможности
На днях выведены последние военные базы Франции с половины африканского континента – из Западной и Центральной Африки, в частности из Республики Чад и из Сенегала. В конце декабря прошлого года об эвакуации тех же баз объявили власти соседнего Кот-д'Ивуаара: это произойдет в феврале-апреле 2025 г., и уже происходит. Имущественные вопросы стороны договорились урегулировать в первом квартале с. г.
Процесс ликвидации военного присутствия Франции в этих регионах стартовал в начале 2020-х годов в бывших французских колониях Мали, Буркина-Фасо и Нигере. А к 2025 году эта тенденция распространилась на другие страны тех же регионов. В результате к настоящему времени фактически одновременно завершается военно-политическое присутствие Парижа в Центральной и Западной Африке.
Немаловажно и нежелание государств Сахеля присоединяться к антироссийским санкциям бывшей метрополии и Запада в целом. Более того, власти африканских стран стимулируют экономическое взаимодействие с Россией.
Достаточно сказать, что за 2022-24 годы суммарный товарооборот РФ с тремя вышеупомянутыми государствами возрос более чем наполовину. Торговые контракты и соглашения, подписанные в 2023-24 гг., предусматривают увеличение объемов торговли с ними России к концу 2020-х годов более чем вдвое в сравнении с минувшим годом.
Характерно, что власти данных стран отказались от военных парадов и других торжественных церемониалов в связи с выводом оттуда французских войск. Например, соответствующая процедура в Нджамене, по официальным данным минобороны Франции и Чада, сопровождалась «строго военной церемонией» с передачей объектов под юрисдикцию стран их теперь уже бывшего пребывания. Кстати, любопытный штрих: до 1972 г. включительно столица получившего независимость в 1960 г. Чада носила французское название: Форт-Лами – именно «форт», поскольку здесь находился основной военный контингент Франции в Центральной Африке...
Когда в конце декабря 2024 года первое подразделение французских ВВС, базировавшихся в Чаде более 60 лет (!), покидало эту страну, французская Ouest-France напомнила, разумеется, с явной досадой: «...Центральноафриканский Чад был ключевым звеном французского военного присутствия в Африке. Представляя собой последний плацдарм Парижа в Сахеле» (африканский регион между пустыней Сахара и Атлантическим океаном. – Прим. ред.) «после принудительного вывода французских войск из Мали, Буркина-Фасо и Нигера, которые ранее прекратили военное сотрудничество с Францией». К слову, в 2021-22 гг. французские военные базы были выведены и из соседней Центральноафриканской республики (ЦАР) по решению ее правительства.
Напомним в этой связи, что французские войска вторглись в Ливию в 2011 г. в том числе и со своих военных баз в соседнем Чаде. Именно оттуда планировались военные интервенции бывшей метрополии в первой половине 2020-х годов в Нигер и ЦАР. Использовались они и в операциях Франции / НАТО в Сомали и Демократической Республике Конго (бывшее бельгийское Конго).
Впрочем, столь обширный регион Африки теряет не только шатающийся режим Макрона: согласно оценке Euronews в конце января с. г., с уходом бывшей метрополии «наносится весомый удар и по прочным, как казалось, позициям Евросоюза в Западной и Центральной Африке... в отличие от активно укрепляющихся позиций России в этих регионах и в целом в Африке».
Сказать, что парижане покинули Чад без эксцессов, было бы упрощением. Едва ли случайно, что в первой декаде января, в самый канун окончательного спуска французского флага, в африканской стране была предпринята попытка государственного переворота. Группа террористов окружила президентский дворец и ряд правительственных учреждений в Нджамене, вознамерившись захватить власть, однако армейские части оперативно разгромили террористов. Согласно некоторым местным источникам, в случае успеха мятежа предпринявшая его вооружённая группировка должна была немедленно обратиться к французским военным «за помощью в стабилизации обстановки в стране», однако в Париже эту версию предпочли не комментировать.
Что же, такой способ сохранения военно-политических позиций апробирован спецслужбами Пятой республики: делалось это неоднократно во многих бывших колониях в Африке, включая тот же Чад. В Москве незамедлительно отреагировали на попытку переворота, вполне чётко заявив о том, что «...силы безопасности и войска отразили атаку террористов и, по поступившей от официальных властей республики информации, ситуация на данный момент находится под контролем. Россия решительно осуждает террористическую вылазку, направленную против легитимного руководства Республики Чад».
В настоящее время торговля России с этой страной в «сердце» Африки характеризуется позитивной динамикой. Подробную информацию о комплексном сотрудничестве с Чадом представил министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в июне 2024 г. с президентом и правительством Чада: «...постоянно поддерживается политический диалог. В начале 2024 г. в Москве состоялись содержательные переговоры президентов России и Чада», причём обе стороны «взаимно заинтересованы в расширении торгово-экономического и инвестиционного взаимодействия. Здесь есть немало инициатив со стороны экономических и финансовых ведомств, деловых кругов… на встрече с нами президент Идрис Деби заверил: он лично направляет деятельность министерств, ведомств и компаний своей страны, которые смогут реализовывать в Чаде взаимовыгодные проекты совместно с российскими партнерами в упомянутых и других областях».
Так, в Чаде предлагают России инвестировать в создание в этой стране единой железнодорожной сети и ее ответвлений в соседние ЦАР, Нигер и Камерун. Кроме того, как уточнил посол РФ в Нджамене Владимир Соколенко, «обсуждается вопрос выхода железных дорог и автодорог Чада через Судан к портам Красного моря и через Алжир в Средиземноморье, а также подключение к панафриканской транзитной структуре. Чадская сторона предлагает РФ также инвестировать в создание нефтепереработки, ирригационной системы. Есть предложения по организации в Чаде сборки – обслуживания российских грузовых авто. С предоставлением бессрочных налоговых и смежных льгот компаниям и предприятиям РФ – участникам таких проектов». По словам С. Лаврова, африканские партнёры заинтересованы в совместных с РФ в геологоразведке, освоении запасов минерального сырья, электроэнергетике, агропромышленном комплексе, а также в здравоохранении и подготовке кадров.
В частности, намечено российское содействие в сооружении крупной ГЭС на одной из рек южного Чада, впадающих в «центральноафриканский Байкал» – трансграничное одноимённое озеро, а также в доразведке запасов нефти, вольфрамовой руды, урана, золота, железной и марганцевой руд. По имеющейся информации, совместная российско-чадская экспертная группа в первом полугодии 2025 г. определит условия и очередность реализации упомянутых предложений и проектов.
Заметим, ещё во «французский» период (то есть до 1961 года) здесь были выявлены немалые запасы этих видов сырья, но бывшая метрополия предпочитала сохранять и за постколониальным Чадом (и не только за ним) незавидную роль своего аграрно-сырьевого придатка – поставщика арахиса, хлопка, шерстяного и кожсырья, тропических фруктов, ценных пород тропической древесины...
Таким образом, вполне можно согласиться с послом РФ в Чаде Владимиром Соколенко: «Наступило время переориентировать национальные богатства в пользу Чада. И максимально избавить страну от колониально-сырьевых схем, по которым работают западные компании – американские и французские». А Россия в этой комплексной политике, по оценке дипломата, «как раз является стратегическим партнером: чадцы доверяют России и не доверяют западным компаниям».
Здесь, правда, надо отметить, что выдворение французов едва ли ведёт к заполнению оставленного ими вакуума только лишь Россией: помимо размещённых в прошлом году в Чаде военнослужащих из Венгрии, динамично развивается диалог с Турцией. Так, в середине января было достигнуто соглашение об использовании турками авиабазы в Абеше на востоке страны, подконтрольной французам до декабря 2024 года. Ранее Турция поставила Чаду лёгкие штурмовики HÜRKUŞ и учебно-тренировочные самолёты, а также дроны Aksungur и ANKA. По мнению местных военных экспертов, всё это может принести стабильность в регион, сопредельный с охваченным гражданской войной и массовыми беспорядками Суданом. Кроме того, беспилотники появились вблизи базы Файя-Ларо недалеко от северной границы с Ливией, где уже обосновались турецкие военные советники под предлогом оказания помощи местным формированиям. Заметим, на фоне неясной судьбы российских военных объектов в Сирии появились сообщения об участившихся рейсах военно-транспортной авиации РФ, минуя турецкое небо, на базы Аль-Хадим и Аль-Джуфра на территории, подконтрольной «Ливийской Национальной Армии» Х. Хафтара, соперничающего с протурецким правительством А. Дбейбы в Триполи. Расширение военного присутствия Турции в Чаде, как и в других государствах Сахельской зоны, является частью её более широкой стратегии по усилению своего геополитического влияния в Африке, включая посредничество в региональных конфликтах, а также экономические инвестиции по всему континенту. В прошлом году совокупный товарооборот между Турцией и африканскими странами достиг 32 миллиардов долларов, в то время как турецкие подрядчики активно участвуют в инфраструктурных проектах по всему континенту в сфере энергетики, строительства, образования и др., что отражает комплексный подход к партнёрству с Африкой. Важно, что стремящиеся уйти от колониальной опеки местные лидеры не рассматривают турок как проводников западного влияния, что создаёт предпосылки для их конкуренции с Россией по ряду направлений, включая «экспорт безопасности».