«Воля монарха превыше всего»: как Пётр I внедрял в России европейскую моду и к чему это привело

14 января 1700 года царь Пётр I подписал указ «О ношении платья на манер венгерского», с которого началась кампания по внедрению в России европейской моды. Впрочем, историки называют эту реформу непрактичной и способствующей усилению социальной розни.

Указ Петра I «О ношении платья на манер венгерского»

В 1697—1698 годах Пётр I инкогнито совершил поездку в Западную Европу, путешествуя под именем урядника Петра Михайлова в составе Великого Посольства. Царь хотел избежать лишних формальностей и ознакомиться с европейской жизнью без дополнительных протокольных мероприятий. По словам историков, во время поездки Петру пришлись по душе не только европейские технологии и административное устройство, но и культура быта.

Вернувшись в Россию, царь начал собственноручно стричь бороды представителям знати, а для тех, кто не желал бриться, впоследствии ввёл крупные налоги. Также царь занялся одеждой своих подданных. 14 января 1700 года он подписал указ «О ношении платья на манер венгерского».

«Боярам и окольничим и думным и ближним людям и стольникам и стряпчим и дворянам московским и дьякам и жильцам и всех чинов служилым и приказным и торговым людям, и людям боярским, на Москве и в городах, носить платья, венгерские кафтаны, верхние длиною по подвязку, а исподние короче верхних, тем же подобием; и то платье кто успеет сделать, носить с Богоявления дня нынешнего 1700 года; а кто к тому дню сделать не успеет; тем делать и носить, кончая с нынешней сырной недели», — говорилось в этом документе.

До этой реформы традиционной одеждой у русских мужчин были длиннополые кафтаны, шапки с меховой опушкой и штаны, заправленные в сапоги, а у женщин — сарафаны. После петровского указа всё начало меняться.

Правда, сроки проведения «модной реформы», обозначенные царём, оказались слишком сжатыми. Кроме того, Пётр, видимо, посчитал венгерскую одежду недостаточно европейской. Поэтому уже в августе 1700 года появился новый указ, в котором венгерское платье было дополнено немецким, а сроки исполнения царской воли перенесли на конец года.

«Решение Петра I перевести Россию на европейский костюм было связано с отходом от патриархальности... Но иногда переход на иноземное платье принимал анекдотические, порой карикатурные формы», — отметила в разговоре с RT завкафедрой словесных искусств факультета искусств МГУ имени М.В. Ломоносова, доктор филологических наук Ольга Крюкова.

Как изменилась мода в России с 1700 года

Мужчины должны были носить распространённые в Германии узкие кафтаны длиной до колена, камзолы, короткие штаны, чулки и башмаки на каблуке, женщины — корсетные платья с глубоким декольте.

В 1702 году вышел новый царский указ, согласно которому в праздничные и «церемониальные» дни знати и горожанам надлежало носить французские наряды.

«На самом деле объективных причин для заимствования европейского костюма не было. Просто царь во время поездки в Европу был ею очарован. Представьте себе, каково пришлось людям, которые жили в нашем климате и носили тулупы, когда их заставили надеть короткое европейское платье и чулки. О каком-то удобстве говорить не приходилось», — подчеркнул в беседе с RT профессор кафедры истории и теории искусства Санкт-Петербургского государственного университета промышленных технологии и дизайна, доктор исторических наук Алексей Аранович.

Он также напомнил, что европейцы, приезжая в Россию, адаптировали свои костюмы под местный климат.

«Обратите внимание — архитектор и инженер Доменико Трезини на памятнике возле Благовещенского моста в Санкт-Петербурге изображён в тёплой шубе», — отметил Аранович.

При этом требования относительно «европеизации» костюма не распространялись на представителей духовенства и «пашенных» крестьян, составлявших около 90% населения страны. Кроме того, послабления были сделаны для жителей Сибири. На практике «модная реформа» не затронула даже каждого десятого россиянина.

«Переход дворян на европейский костюм ещё более подчеркнул сословные различия, так как другие сословия придерживались патриархального костюма. Парики, кюлоты, жабо и прочие модные аксессуары в народной и околонародной среде были немыслимы. В результате русские аристократы приблизились в своём костюме сначала к немцам, потом к французам, и ещё сильнее разошлись в бытовом поведении с собственным народом. Таким образом европеизация костюма ослабляла национальную идентичность», — рассказала Ольга Крюкова.

Помимо одежды гражданского населения, Пётр I занялся и обновлением военной формы. По словам историков, традиционная униформа русских стрельцов ассоциировалась у царя с бунтом 1682 года, стоившим жизни его дяде Ивану Нарышкину и свободы деду Кириллу Нарышкину.

Пётр переодел военных в кафтаны до колена, короткие штаны, чулки, башмаки и шляпы. В ненастную погоду униформа дополнялась епанчой — широким плащом.

«Реформа военной формы шла параллельно с преобразованием всей армии. У Петра была психологическая травма по поводу стрелецких полков, и он отказался от стрелецкой формы, хотя она была гораздо удобнее в наших условиях, чем немецкая или французская. Неважно было — удобно или нет, главное, чтобы не так, как раньше», — говорит Аранович.

Впрочем, по его словам, в историографии нет данных о том, чтобы кто-то замёрз в новой форме. В то же время новая экипировка не могла не сказаться на небоевых потерях, поскольку она хуже защищала солдат от холода, что неизбежно приводило к болезням.

Реакция русского народа на европейскую моду Петра I

Как отмечают специалисты, в целом «модная реформа» Петра Великого оказала сильное влияние на быт знати и горожан, в особенности на женщин. Им пришлось адаптировать под русскую зиму французскую одежду и терпеть неудобства, связанные с ношением корсета.

Настоящим психологическим переломом стал отказ от платков у замужних дам. Ведь ходить с непокрытой головой взрослым женщинам веками считалось неприличным. С другой стороны, в России стало быстро развиваться парикмахерское искусство, в моду вошли дорогие украшения.

Людям старшего возраста было довольно трудно привыкнуть к новшествам в отличие от молодёжи: по словам историков, послепетровские поколения дворян и горожан воспринимали европейскую моду как нечто само собой разумеющееся.

«Реформу костюма нельзя вырывать из контекста петровской эпохи в целом. Изменения происходили по принципу «воля монарха превыше всего». Дворяне должны были беспрекословно подчиняться царю во всём», — подытожил Алексей Аранович.