На что будет жить Южная Осетия в 2024 году?
0
16
Парламент Южной Осетии принял бюджет на 2024 год. Основной финансовый документ депутатам представил министр финансов Дзамбулат Тадтаев. Из чего он состоит и как изменился по сравнению с 2023 годом?
Что отличает бюджет на следующий год от предыдущего? Оговорюсь сразу, без учета поправок, принятых в середине года, но по запланированным и согласованным в большей его части с Москвой параметрам, приятым парламентом перед началом финансового года. Спонтанные телодвижения правительства прогнозировать невозможно. Очевидно, поправки в бюджет будут приниматься и в следующем году, пытаться предугадать их дело неблагодарное.
Формально главный финансовый документ принимается республикой самостоятельно – правительство сверстывает бюджет, а парламент его утверждает. Но основные его доходные и расходные позиции согласовываются с Москвой, потому что на 80% бюджет состоит из российской помощи.
В 2024 году доходная часть бюджета РЮО составит 8 835, 8 млн рублей, из которых 7 035, 8 млн рублей – российская помощь. В том числе программа социально-экономического развития республики на 2024 год – она составит 5 942,3 млн рублей, а также бюджетные инвестиции – 1 093, 5 млн. рублей.
Здесь необходимо пояснить. В программу соцэкономразвития входят зарплаты бюджетников, пенсии, расходы на содержание инфраструктурных объектов, жилья, ЖКХ и т.п. Программа наполняется целым комплексом российско-югоосетинских межведомственных соглашений. В бюджетные инвестиции входит строительство гражданских объектов и инфраструктуры.
Эти позиции разделены и рассматриваются отдельно на всех стадиях согласования с Москвой. Почему так? Дело в том, что «бюджетные инвестиции» – логическое продолжение программы послевоенного восстановления республики. После завершения она была переименована в Инвестпрограмму. Очевидно, таким образом Межправокомиссия подвела черту под восстановлением разрушенного жилья и перешла к следующему этапу – инвестициям. Принимается эта программа (перечень объектов и их стоимость) на межправительственном уровне и не нуждается в рассмотрении и одобрении парламентом. Депутаты голосуют за нее уже в контексте принятия годового бюджета.
В 2024 году Инвестпрограмма сокращается на 121, 5 млн рублей по сравнению с 2023 годом, и, как предполагается, со временем, когда, условно говоря, послевоенное приведение республики в порядок завершится, она вообще должна будет уйти, и останется только программа развития.
В отличие от Инвестпрограммы, программа соцэкономразития рассчитывается на несколько лет вперед (сейчас реализуется на 2022-2025 годы). Ее выполнение расписывается по годам и отдельными частями входит в годовые бюджеты. Эта программа, напротив, рассматривается и утверждается парламентом, но и там одобрение депутатов носит символический характер, потому что она состоит из средств, которые российское правительство считает необходимым или возможным выделить республике. В 2024 году программа соцэкономразвития на 70 млн рублей больше, чем в 2023 году.
Бюджет принят с дефицитом в 305 миллионов рублей (3,3%), и это при том, что в части собственных доходов правительство указывает на значительное повышение собственных поступлений – на 1 800 млн рублей. Для сравнения: собственные доходы на 2023 год составляли 1 694 млн рублей, но и их выполнить не смогли, в том числе по объективном причинам. Например, закрылся Международный расчетный банк. После решения Москвы о присоединении ЛНР/ДНР пропала необходимость в оффшорных услугах. Не сбылись прогнозы по развитию реального сектора экономики...
Правительство отчиталось о выполнении бюджета на 2023 год в части собственных доходов на 90%, но местные эксперты считают эти цифры явно завышенными. Тем не менее власти рассчитывают увеличить доходы в следующем году. Прогнозы строятся на нескольких позициях. Есть неучтенные в этом году доходы от увеличения сборов НДФЛ за счет повышения окладов силовикам в середине года. Они не были отражены в бюджете на 2023 и не учтены в бюджете на следующий год. В этом смысле они составляют финансовую подушку Минфина.
Кроме того, правительство рассчитывает на увеличение сборов с ввозимых из России товаров. С одной стороны за счет расширения налоговой базы, с другой – в руководстве есть убежденность, что объем импорта вырастет. Это звучит довольно странно на фоне того, что происходит сегодня на границе. Напомню, после того, как Россия ввела экспортные пошлины на границе с Южной Осетией, товары первой необходимости в республике подорожали почти вдвое. Но, как заверил депутатов министр финансов Дзамболат Тадтаев, вопрос о снятии 7% таможенных пошлин с российскими партнерами уже решен, в ближайшее время цены начнут снижаться, а товарооборот увеличится.
Кроме этого, правительство рассчитывает на рост экспорта в Россию товаров собственного производства. Прежде всего, продукции «Высокогорной кельской пивоварни». Это предприятие было построено в рамках Инвестпрограммы содействия социально-экономическому развитию Южной Осетии.
30 июня предприятие посетил замминистра Минэкономразвития России Дмитрий Вольвач. В интервью местным СМИ российский чиновник заявил, что на заводе стоит российское оборудование, это значит, что инвесторы и собственники предприятия могут рассчитывать на поддержку со стороны правительства России в рамках Инвестпрограммы:
«Первая партия пива, изготовленная на «Высокогорной кельской пивоварне», была уже экспортирована в Россию. Это говорит о том, что продукция, выпускаемая в Южной Осетии, может выставляться как на внутренний рынок республики, так и на экспорт в другие страны».
Возможно, это означает, что местной продукции дадут нишу на российском внутреннем рынке.
Кроме того, правительство рассчитывает на расширение предприятия швейного производства БТК-4, разговоры об этом шли весь год, и увеличение экспорта минеральной воды «Багиата». Это из того, что лежит на поверхности. Очевидно, у югоосетинского правительства есть и другие резоны.
Пока остается открытым вопрос: чем закрывать дыру в бюджете этого года, возникшую из-за непредвиденных расходов в середине года – повышения денежного довольствия силовикам, финансовой поддержки ГУПов и покрытия задолженности республики за электроэнергию. По уверениям югоосетинского Минфина, еще в августе российские партнеры обещали им 284 миллиона рублей на покрытие части незапланированных расходов, но эти деньги пока не поступили.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Facebook
Telegram
Instagram
X (Twitter)
Youtube
Что отличает бюджет на следующий год от предыдущего? Оговорюсь сразу, без учета поправок, принятых в середине года, но по запланированным и согласованным в большей его части с Москвой параметрам, приятым парламентом перед началом финансового года. Спонтанные телодвижения правительства прогнозировать невозможно. Очевидно, поправки в бюджет будут приниматься и в следующем году, пытаться предугадать их дело неблагодарное.
Формально главный финансовый документ принимается республикой самостоятельно – правительство сверстывает бюджет, а парламент его утверждает. Но основные его доходные и расходные позиции согласовываются с Москвой, потому что на 80% бюджет состоит из российской помощи.
В 2024 году доходная часть бюджета РЮО составит 8 835, 8 млн рублей, из которых 7 035, 8 млн рублей – российская помощь. В том числе программа социально-экономического развития республики на 2024 год – она составит 5 942,3 млн рублей, а также бюджетные инвестиции – 1 093, 5 млн. рублей.
Здесь необходимо пояснить. В программу соцэкономразвития входят зарплаты бюджетников, пенсии, расходы на содержание инфраструктурных объектов, жилья, ЖКХ и т.п. Программа наполняется целым комплексом российско-югоосетинских межведомственных соглашений. В бюджетные инвестиции входит строительство гражданских объектов и инфраструктуры.
Эти позиции разделены и рассматриваются отдельно на всех стадиях согласования с Москвой. Почему так? Дело в том, что «бюджетные инвестиции» – логическое продолжение программы послевоенного восстановления республики. После завершения она была переименована в Инвестпрограмму. Очевидно, таким образом Межправокомиссия подвела черту под восстановлением разрушенного жилья и перешла к следующему этапу – инвестициям. Принимается эта программа (перечень объектов и их стоимость) на межправительственном уровне и не нуждается в рассмотрении и одобрении парламентом. Депутаты голосуют за нее уже в контексте принятия годового бюджета.
В 2024 году Инвестпрограмма сокращается на 121, 5 млн рублей по сравнению с 2023 годом, и, как предполагается, со временем, когда, условно говоря, послевоенное приведение республики в порядок завершится, она вообще должна будет уйти, и останется только программа развития.
В отличие от Инвестпрограммы, программа соцэкономразития рассчитывается на несколько лет вперед (сейчас реализуется на 2022-2025 годы). Ее выполнение расписывается по годам и отдельными частями входит в годовые бюджеты. Эта программа, напротив, рассматривается и утверждается парламентом, но и там одобрение депутатов носит символический характер, потому что она состоит из средств, которые российское правительство считает необходимым или возможным выделить республике. В 2024 году программа соцэкономразвития на 70 млн рублей больше, чем в 2023 году.
Бюджет принят с дефицитом в 305 миллионов рублей (3,3%), и это при том, что в части собственных доходов правительство указывает на значительное повышение собственных поступлений – на 1 800 млн рублей. Для сравнения: собственные доходы на 2023 год составляли 1 694 млн рублей, но и их выполнить не смогли, в том числе по объективном причинам. Например, закрылся Международный расчетный банк. После решения Москвы о присоединении ЛНР/ДНР пропала необходимость в оффшорных услугах. Не сбылись прогнозы по развитию реального сектора экономики...
Правительство отчиталось о выполнении бюджета на 2023 год в части собственных доходов на 90%, но местные эксперты считают эти цифры явно завышенными. Тем не менее власти рассчитывают увеличить доходы в следующем году. Прогнозы строятся на нескольких позициях. Есть неучтенные в этом году доходы от увеличения сборов НДФЛ за счет повышения окладов силовикам в середине года. Они не были отражены в бюджете на 2023 и не учтены в бюджете на следующий год. В этом смысле они составляют финансовую подушку Минфина.
Кроме того, правительство рассчитывает на увеличение сборов с ввозимых из России товаров. С одной стороны за счет расширения налоговой базы, с другой – в руководстве есть убежденность, что объем импорта вырастет. Это звучит довольно странно на фоне того, что происходит сегодня на границе. Напомню, после того, как Россия ввела экспортные пошлины на границе с Южной Осетией, товары первой необходимости в республике подорожали почти вдвое. Но, как заверил депутатов министр финансов Дзамболат Тадтаев, вопрос о снятии 7% таможенных пошлин с российскими партнерами уже решен, в ближайшее время цены начнут снижаться, а товарооборот увеличится.
Кроме этого, правительство рассчитывает на рост экспорта в Россию товаров собственного производства. Прежде всего, продукции «Высокогорной кельской пивоварни». Это предприятие было построено в рамках Инвестпрограммы содействия социально-экономическому развитию Южной Осетии.
30 июня предприятие посетил замминистра Минэкономразвития России Дмитрий Вольвач. В интервью местным СМИ российский чиновник заявил, что на заводе стоит российское оборудование, это значит, что инвесторы и собственники предприятия могут рассчитывать на поддержку со стороны правительства России в рамках Инвестпрограммы:
«Первая партия пива, изготовленная на «Высокогорной кельской пивоварне», была уже экспортирована в Россию. Это говорит о том, что продукция, выпускаемая в Южной Осетии, может выставляться как на внутренний рынок республики, так и на экспорт в другие страны».
Возможно, это означает, что местной продукции дадут нишу на российском внутреннем рынке.
Кроме того, правительство рассчитывает на расширение предприятия швейного производства БТК-4, разговоры об этом шли весь год, и увеличение экспорта минеральной воды «Багиата». Это из того, что лежит на поверхности. Очевидно, у югоосетинского правительства есть и другие резоны.
Пока остается открытым вопрос: чем закрывать дыру в бюджете этого года, возникшую из-за непредвиденных расходов в середине года – повышения денежного довольствия силовикам, финансовой поддержки ГУПов и покрытия задолженности республики за электроэнергию. По уверениям югоосетинского Минфина, еще в августе российские партнеры обещали им 284 миллиона рублей на покрытие части незапланированных расходов, но эти деньги пока не поступили.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Telegram
X (Twitter)
Youtube