«Преодоление нейтрального статуса»: почему Швеция решила заключить военный союз с Норвегией и Данией
Швеция, Дания и Норвегия намерены подписать соглашение о военном сотрудничестве для противостояния вызовам в области безопасности в Балтийском регионе. По словам главы Минобороны Швеции Петера Хультквиста, потенциальная угроза якобы исходит от России, которая «готова использовать свою военную мощь для достижения политических целей и задач». Эксперты считают, что Стокгольм пытается привлечь к себе внимание США как к игроку в Арктическом регионе, при этом балансируя на грани своего нейтралитета и фактически сближаясь с НАТО.
Швеция, Дания и Норвегия намерены заключить договор о сотрудничестве в военной сфере, чтобы противостоять угрозам в области безопасности в Балтийском регионе. С таким заявлением выступил министр обороны Швеции Петер Хультквист. По его словам, страны обеспокоены ухудшением ситуации в проливе Эресунн и в Северном море, а также озабочены военными учениями, которые проводит Россия.
«Разумеется, (военные учения РФ. — RT) влияют (на безопасность региона. — RT). Россия готова использовать свою военную мощь для достижения политических целей и задач», — заявил Хультквист в эфире шведского телеканала TV4.
Он отметил необходимость формирования подобного союза скандинавских государств для укрепления потенциала «в целях повышения порога для различных кризисов».
«В случае кризиса мы сможем действовать быстрее или, что тоже возможно, если вероятный противник увидит, что у нас есть и чем мы занимаемся, то он решит отказаться от реализации негативных планов против нас», — выразил уверенность шведский министр.
В погоне за «российской угрозой»
Петер Хультквист не в первый раз выступает с подобным заявлением. В мае на весенней онлайн-сессии Парламентской ассамблеи НАТО он сказал: «Россия готова использовать военную мощь для достижения политических целей. Они делают то, что им нужно в какой-то ситуации, если не могут решить проблему другим способом».
В качестве примера он привёл ситуацию с Белоруссией, на которую Москва якобы всячески оказывает давление, чтобы добиться своих целей, прибегая к «психологической войне, личным контактам и разным видам угроз». Другим примером демонстрации военных амбиций РФ министр назвал проходившие весной учения российских войск в Южном и Западном военных округах.
«После так называемых учений у нас сложилась более сложная ситуация, чем до, потому что у них больше возможностей действовать. Россия мыслит стратегически, они делают то, что им нужно в конкретных ситуациях. Я не думаю, что для этого есть какие-то особые ограничения», — цитирует ТАСС министра.
О «российской агрессии» в июне высказался и главнокомандующий Вооружёнными силами Швеции Микаэль Бюден. В интервью Шведскому радио он даже не исключил возможности «вооружённого нападения» РФ, в связи с чем указал на необходимость увеличения оборонного бюджета страны.
В России раскритиковали подобные заявления, назвав их оправданием для наращивания военного потенциала. В частности, официальный представитель МИД Мария Захарова тогда отмечала, что такие высказывания со стороны шведского военного руководства стали регулярными.
«Воспринимаем это как целенаправленную кампанию по раздуванию на грани паранойи фобий в шведском обществе о российской военной угрозе. Видимо, в мифы об «иностранных подводных лодках», которые были ассоциированы с нашей страной, в Стокгольмском архипелаге уже мало кто в них верит», — заявила дипломат.
«Теперь шведским военным потребовались новые надуманные аргументы для оправдания продолжающегося беспрецедентного даже по меркам холодной войны наращивания военных статей бюджета в Швеции», — считает Захарова.
При этом, по её словам, Стокгольм уже несколько лет игнорирует предложения Москвы возобновить диалог по военной линии, который был заморожен по инициативе Швеции в 2014 году.
К примеру, со стороны России неоднократно поступали предложения возобновить контакты между военными экспертами арктических стран, в том числе Швеции. Об этом, в частности, говорил посол по особым поручениям МИД, старшее должностное лицо Арктического совета от России Николай Корчунов.
«Мы можем подумать о том, чтобы вернуться к диалогу (в совещаниях генеральных штабов стран Арктического региона. — RT)… с уровня военных экспертов, аналитиков, то есть тех, кто оценивает риски и угрозы для военной безопасности своих стран. Когда бы эксперты сели, обсудили и тем самым содействовали бы укреплению доверия в Арктическом регионе», — отметил Корчунов, выступая на VI Международной конференции «Арктика — 2021».
Напомним, в декабре 2020 года шведский парламент одобрил увеличение оборонного бюджета с 2021 по 2025 год на 40% — к 2025 году объём средств на военных нужды Швеции достигнет 89 млрд крон ($10,3 млрд). По словам Петера Хультквиста, который представил проект оборонной стратегии, это увеличение «является самой крупной инвестицией с 1950-х годов».
В Москве обратили внимание на то, что в этом документе Россия упоминается более ста раз, «в основном в качестве потенциального источника угроз шведской безопасности». В связи с этим МИД выразил сожаление по поводу нагнетания напряжённости в регионе.
«Надуманные антироссийские фобии — не в последнюю очередь результат целенаправленного давления на Стокгольм извне, прежде всего со стороны Североатлантического альянса, который, по нашим оценкам, ответственен за нагнетание напряжённости и эскалацию военной деятельности в регионе Северной Европы — до недавнего времени одном из самых стабильных в мире», — подчеркнула Мария Захарова.
Наперекор нейтралитету
Эксперты полагают, что посредством заключения оборонных союзов с соседями Швеция пытается показать свою независимость в принятии решений, одновременно пытаясь сохранить нейтралитет, который, однако, в последнее время вызывает всё больше вопросов.
«В целом Стокгольм несамостоятелен, ведь всевозможные материалы в СМИ, которые якобы свидетельствуют о потенциальной агрессии России, транслировались также и в Норвегии, что свидетельствует о том, что Швеция потеряла свою субъектность. Однако де-юре она не хочет этого признавать, именно поэтому создаёт подобный оборонный союз со странами, которые объективно не обладают мощным военным потенциалом в случае противостояния с Россией, чтобы якобы сохранить нейтралитет», — пояснил в разговоре с RT заместитель директора Института стратегических исследований и прогнозов РУДН, член Общественной палаты России Никита Данюк.
Кроме того, по его словам, на антироссийских настроениях зарабатывают себе очки определённые политические круги в стране, которые нацелены на укрепление отношений с НАТО и Соединёнными Штатами.
«С одной стороны, шведские политики говорят о сотрудничестве с Россией, ведь Швеция, как и РФ является арктической державой и, соответственно, они должны взаимодействовать в этом регионе. Но в тоже время для определённых политиков в Швеции выгодно использовать антироссийскую риторику, ведь они не только набирают политические очки, но и заручаются поддержкой США», — подчеркнул эксперт.
Данюк также выразил мнение, что союз со странами — членами альянса де-факто сближает Швецию с НАТО, несмотря на её нежелание присоединяться к блоку.
«Потому что координация с этими странами, тем более в Балтийском море и арктическом регионе, подразумевает тесное взаимодействие со структурами Североатлантического альянса», — добавил аналитик.
Вместе с тем, как ранее признавали эксперты Шведского агентства оборонных исследований (FOI), в случае гипотетического конфликта на севере Европы у России будет преимущество перед странами НАТО, так как её структура командования «хорошо подготовлена и испытана, равно как передвижение и тыловое обеспечение многочисленных сил на территории и вблизи территории России». Тогда как в общей оборонной подготовке альянса наблюдаются пробелы, представляющие собой «слабость в сравнении с Россией». Кроме того, по мнению авторов доклада, военная политика и доктрина НАТО «обременяются различием взглядов относительно угроз и приоритетов, а также неясностью ролей и обязанностей в области решения ряда проблем, связанных с вопросами войны и мира». У России же в этом плане военная концепция более проработана и предусматривает определённое реагирование на различные спектры конфликтов.
С тем, что Стокгольм постепенно отходит от принципа нейтралитета согласна и профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ Наталья Ерёмина.
«Конечно, статус нейтральной стороны даёт определённое преимущество Швеции, в том числе позволяя во многих случаях стоять над конфликтами. При этом уже сейчас происходит преодоление этого нейтрального статуса и, по всей видимости, в политическом плане Швеция сделала выбор в пользу сотрудничества с НАТО», — сказала собеседница RT.
Помимо этого, эксперт предположила, что военная активизация Швеции является реакцией на просыпающийся интерес к Арктике таких крупных игроков как США, а также попыткой заявить о себе как о самостоятельной военной единице с целью привлечь к себе внимание Вашингтона, который в этом регионе в большей степени рассчитывает на Норвегию.
«В арктическом регионе у США по числу совместных учений и проектов, связанных с радиолокационными станциями, главную роль играет больше Норвегия. При этом сегодня Норвегия и Швеция конкурируют между собой, в том числе в том, кто будет нести повестку безопасности и реализовывать её. Ведь это две ведущие страны, которые могут играть роль главного партнёра США в Арктике», — резюмировала Ерёмина.