Как неспособность сохранить СССР вылилась в антисоветский переворот

События 19-21 августа 1991 года обычно именуют августовским путчем, но переворот с целью разрушения Советского Союза начался осуществляться много раньше, а завершился 8 декабря 1991 года «официальным» объявлением о том, что СССР перестал существовать. Годы спустя после августа 1991 года последний председатель Верховного Совета СССР Анатолий Лукьянов заметил: «Где вы видели путч, который не ломает ни одно государственное учреждение? Путч – это слом системы. А тут все осталось на своем месте – Верховный Совет, правительство. Где вы видели переворот, который имеет целью не изменение общественного строя, а защиту того строя, который был? Переворот в защиту советской власти. Интересный переворот! Но уже за августовскими событиями последовали три настоящих переворота: в сентябре 1991-го – антикоммунистический, в декабре 1991-го – антисоюзный, в сентябре-октябре 1993-го – антисоветский». По-всякому говорят о событиях 30-летней давности, когда советские люди хоронили Советский Союз. Однако о внутренних механизмах, которые привели в действие силы разрушения, мы до сих пор доподлинно не знаем ничего. …28 августа был упразднён Совет министров СССР, заменённый невнятным «межгосударственным комитетом», и уже никого больше не интересовало, что за полгода до этого на всесоюзном референдуме более 70% граждан великой страны высказались за сохранение Советского Союза. * * * Тогдашний первый секретарь Московского городского комитета ЦК КПСС, член Политбюро ЦК КПСС Ю.А. Прокофьев сегодня говорит об августовских событиях 91 года: «Это была провокация типа поджога Рейхстага в 1933 году. Она привела к закрытию Коммунистической партии и изменению общественно-политического строя в стране». Объявление о создании ГКЧП было сделано за день до запланированного на 20 августа подписание нового Союзного Договора, который превратил бы превратить СССР в аморфную квази-конфедерацию. Предшествовал этому многомесячный «парад суверенитетов», с провозглашением Верховными Советами союзных республик «приоритета» республиканского законодательства над общесоюзными. Государство разваливалось на глазах у всех, а Центр (Горбачёв/Яковлев) фактически санкционировал этот развал. Эпизодические попытки остановить разрушительный процесс, как, например, в январе 1991 года в Вильнюсе, что-либо изменить уже не могли. Честные офицеры, верные присяге, остались в меньшинстве. А «верхи» предательски молчали. Тогдашний председатель Верховного Совета РСФСР Хасбулатов впоследствии заявил: «Наши прославленные спецслужбы оказались «плюшевыми медвежатами»: в нужное время они не смогли защитить государство, а ведь только офицеров КГБ СССР тогда было порядка 200 тыс. человек!». Тот же Хасбулатов недоумевал, зачем «вытащили из нафталина» Союзный договор 1922 года, и говорил, что «сама идея Союзного договора [в 1991 году] была порочная, провокационная». Так или иначе, в августовские дни 1991 года командование армии, руководство КГБ заняли, скажем мягко, выжидательную позицию. Огромную роль сыграло непонимание происходящего подавляющим большинством советских руководителей. Два дня спустя после ввода войск в Москву министр обороны СССР и член ГКЧП Д. Язов отдал приказ вывести войска из столицы. «Да, 19 августа в Москву вошли танки, но мы четко знали, что не должна пролиться кровь», – так оправдывал впоследствии своё поведение и поведение своих единомышленников бывший секретарь ЦК КПСС и член Совета обороны Олег Бакланов. Главнокомандующий Сухопутными войсками В. Варенников был единственный из привлечённых к суду по делу ГКЧП, кто отказался принять амнистию от новых властей. Боевому генералу вменяли… «действия, противоречащие воле Президента СССР». Сейчас это вызывает горький смех. О какой «воле» Горбачёва можно говорить?! Был ли у этого человека когда-либо хоть малейший след самостоятельной политической воли?! Генерала Варенникова оправдали «за отсутствие состава преступления», и он, в отличие от других членов ГКЧП, не выступил с «покаянными» письмами и заявлениями. Ну а Ельцин, ставший «первым человеком на Москве» после возвращения из Фороса Горбачёва, представил уже ушедшего в политическое небытие генсека «жертвой путча» – в обмен на убедительно продемонстрированную Горбачёвым неспособность противостоять замыслу ликвидации СССР. * * * Заслуживающие внимания, известные историкам документы, которые позволили бы исследовать подготовку и организацию растянувшегося на годы государственного переворота в СССР, на сегодняшний день недоступны. Недавнее прошлое, ещё не ставшее историей, слишком сильно резонирует в настоящем, чтобы могло быть иначе. Не будем умножать и без того большое количество домыслов и «версий». Будем надеяться. Надеяться на то, что прошлое нашего Отечества не останется для нас безвестным навсегда. Юрий Носовский Художник: Н. Баскаков