Не с вашей бригадой. Ответ на колонку Леонида Гозмана о том, как же построить Россию без Путина
Здорово, что Леонид Яковлевич нашел время и прокомментировал мою реакцию на его статью (в русском варианте тут и тут), написанную в соавторстве с Андерсом/Андершем Аслундом/Ослундом. Прокомментировал — и еще раз продемонстрировал читателям главную, ключевую проблему отечественной либеральной оппозиции, без избавления от которой они никогда, ни при каких обстоятельствах не придут к власти электоральным путем
Между «а» и «о»
В Финансовом университете при правительстве России я веду лекции и семинары, в том числе и по журналистским дисциплинам. На журфаке не учился, но опыт работы имеется — как-никак за плечами более 3,5 тысячи написанных авторских текстов. И один из советов, которые я даю студентам-пиарщикам, таков: никогда не врите по фактуре. Можно писать свой, пусть даже сомнительный анализ фактов, можно делать спорные выводы — но никогда нельзя приводить недостоверные факты, поскольку это позволяет вашим критикам зацепиться за них и создать атмосферу недоверия к вашему тексту со стороны читателя. Атмосферу, не позволяющую им принять ваши выводы и аналитику.
К сожалению, Леонид Яковлевич на мои лекции не ходит, а никто другой ему об этом, видимо, не говорил. Поэтому он, вероятно, решил, что можно нивелировать значимость критики автора за счет его дискредитации, и стал приводить недостоверную фактуру. Так, например, Гозман решает высечь Мирзаяна за выбор произношения фамилии господина Ослунда через «а»: «Так вот, именно Ослундом его всегда и называют! Видимо, Геворг Мирзаян просто не бывал на тех многочисленных конференциях в России, на которых Андерш Ослунд — признанный специалист, причем отнюдь не только по нашей стране, автор многих фундаментальных книг. Зато слышал, как его называют “эксперты” нашего телевидения, которые не всегда способны правильно произнести написанное латинскими буквами слово. Ну, если ты не слишком в теме, зачем же рецензию писать?»
Желание Леонида Яковлевича доказать, что автор «не слишком в теме» и является лишь очередной говорящей головой из телика, опирается на тезис о том, что он не знает господина Ослунда. Однако утверждение «всегда называют через “о”» легко разрушается банальным поиском в «Яндексе», где экономиста называют и через «о», и через «а». Рушится тезис господина Гозмана — рушится и весь его концепт об «авторе не в теме». Автор-то как раз в теме. Он понимает, что через «о» фамилия экономиста пишется в академической среде, через «а» — среди простых людей, не знающих нормы расширенной латиницы. И автор выбрал вариант через «а» потому, что учит своих студентов простой вещи: их текст должен быть понятен всем и каждому. Ведь, если мы напишем некоторые фамилии по правилам грамматики, люди могут не понять, о ком речь. Мало кто знает, например, Джона Уотсона — но все наверняка слышали о Джоне Ватсоне.
Автор нерукопожатен?
Другой пример — попытка доказать, что автора не нужно воспринимать всерьез из-за того, что он является завсегдатаем нерукопожатных для ряда либералов площадок. «Если бы Геворг Мирзаян высказал все это “Комсомольской правде” или Russia Today — на площадках, где он часто выступает, — я бы не стал отвечать», — пишет Леонид Яковлевич Гозман.
Геворг Мирзаян, однако, выступает на различных площадках, имеющих различную направленность. «Взгляд», «Эксперт», «Сноб», «Ведомости», «Газета.ру», «Вечерняя Москва», Первый канал, «Россия-1», НТВ, «Царьград», «Спас», «Украина.ру» (извините, коллеги, если кого забыл указать) — и, конечно, в КП и на RT. Однако на площадке последних двух автор, увы, выступает крайне редко. Для сравнения: на «Снобе» у автора в несколько раз больше текстов, чем на сайте RT. Чтобы понять это, Леониду Яковлевичу все-таки нужно почаще читать «Сноб».
Однако больше всего удивило все-таки высказывание Леонида Яковлевича относительно того, с чего вдруг автор решил написать рецензию на его с господином Ослундом статью, основные пункты которой господин Гозман приводил ранее в другом тексте. «Поверить в то, что он Republic не читает, зато внимательно следит за публикациями Атлантического Совета*, довольно трудно. Верю, что не читает ни то, ни то. Значит, попросили. И понятно, кто попросил. Или приказал?» — удивляется Леонид Яковлевич.
Уважаемый Леонид Яковлевич, напоминаю, что, во-первых, сайт Atlantic Council заблокирован Роскомнадзором (что было большой ошибкой, но тем не менее), поэтому россияне не имеют к нему доступа. Если вы заходите туда через VPN, не удивляйтесь потом, что ваши личные данные, в том числе и связанные с интернет-банкингом, ушли в чужие руки. И не обвиняйте ФСБ с Путиным в том, что сделали сами. Сразу скажу: я попросил скачать текст с сайта Atlantic Council и прислать его мне товарища из Украины.
Во-вторых, ваша статья в Republic и близко не имела такого же общественного резонанса, как текст, написанный в соавторстве с господином Ослундом. Именно он стал позиционироваться как программа российской оппозиции. И именно на это позиционирование (а не на сам текст, не представляющий — уж извините — особого академического интереса) я отреагировал своей статьей на «Снобе». Предложил тему — и ее взяли. И ваши намеки на то, что руководство «Сноба» согласилось принять фээсбэшную заказуху, считаю оскорблением одного из немногих серьезных российских изданий, которое публикует одновременно и либеральные, и консервативные тексты.
Иллюстрация: Gary Waters/Fanatic Studio/Getty Images
Ждем, пока убьет?
К большому сожалению, Леонид Яковлевич в своем ответе крайне мало внимания уделил сущностному обсуждению моих критических положений. Например, он никак не комментирует свой резонансный тезис о необходимости отказа от принципа сохранения территориальной целостности России. Его желание понятно: за такой тезис можно лишиться свободы на срок до пяти лет (ст. 280.1 УК РФ), однако Леонида Яковлевича никто не заставлял включать это положение в текст доклада. Желание господина Ослунда написать об этом понятно: он хочет закончить начатое им в 90-е годы, но зачем же так подставлять остающегося в России соратника? Также господин Гозман пишет о том, что «никто не доказал, что переход к парламентской республике — это плохо», хотя в моей рецензии (как он ее называет) все на эту тему было четко разложено. Российское общество ментально не готово к парламентской республике.
Тем не менее даже тех моментов, которые господин Гозман счел нужным, достойным и безопасным прокомментировать, оказалось достаточно для того, чтобы сделать вывод: он так и не понял сути моей критики. А она была в том, чтобы опустить его с идеологических небес на землю грешную, убедить прекратить передергивать факты и просто оглянуться вокруг. Но нет — он до сих пор называет ФСБ «тайной полицией», без которой «большинство стран благополучно живут» (хотя ФСБ и близко не является тайной полицией в классическом понимании этого выражения, а в Штатах АНБ имеет куда больше возможностей для контроля общества, нежели отечественные чекисты). Он пишет о необходимости освободить людей, сидящих по религиозным причинам, поскольку «мы считаем это первейшей необходимостью, люди не должны сидеть за веру». Наверняка господин Гозман не знает людей по имени Тидзуо Мацумото или Самир Салех ас-Сувейлем, но, вероятно, он слышал их другие имена — Сёко Асахара и Хаттаб. И уж точно знает, какие преступления они совершили, руководствуясь своей верой. Таких нелюдей — руководство тоталитарных сект и приверженцев радикальных форм ислама — надо изолировать до совершения преступления, а не после. Как, например, нужно изолировать алкоголика с демонстрируемыми им педофильскими наклонностями, угрожающего изнасиловать и убить резвящихся под его окнами детей, до убийства, а не после.
Это осознают многие, если не абсолютное большинство простых россиян, но почему-то не осознает Леонид Яковлевич. И в этом как раз главная проблема — и главная причина того, почему простые люди не готовы доверить таким либералам ничего сложнее написания текстов или выступления в эфире. Более того, по ним судят обо всем либеральном лагере, отрицая, к радости отечественных ура-патриотов и охранителей всех разливов, либерализм как концепцию. Поэтому ответ на вопрос Леонида Яковлевича «Как же построить Россию без Путина?» очень простой. Сначала отказаться от рвущейся к «ремонту» строительной бригады по причине того, что она предлагает строить на песке. Найти новых строителей, обучить их, собрать в команду и затем предложить заказчику — россиянам. Желательно представить им еще и портфолио — с примерами успешно выполненных работ на муниципальном или хотя бы районном уровне.
* Признан Генпрокуратурой нежелательной организацией в РФ.