Вместе с народом: как российская культура страдает от пандемии

Елена Иванова, Наталья Сейбиль Иосиф Пригожин зол на Сергея Шнурова. Он сердится за обидные стишки в Инстаграме этой весной, за нападки на Валерию, за матерные приколы и за то, что Шнур месяц назад троллил его самого и жену за отпуск в Дубае. Но больше всего Иосифа Пригожина обидело, что он, Пригожин, вступился за целую отрасль, а вместо поддержки от коллеги получил недобрые насмешки и скрытые обвинения в лицемерии. Есть отрасль, есть индустрия, в которой трудится 600 000 человек, в этой индустрии есть разные люди. Есть большие звезды, есть маленькие звездочки, есть техники по звуку и по свету, есть работники концертных залов. О них говорил Пригожин весной, и был не понят своим же братом-артистом. Это Иосифа Пригожина выводит из себя: - Мнение человека зависит от того, насколько ему безразлично все, что происходит вокруг него, или небезразлично. И любой богатый человек маломальский может мгновенно стать бедным, потому что если нет прихода, а есть только расходы, то доходы человек, который даже заработал какие-то деньги, он все равно тратит. И цены не падают, они только растут. Приходится оправдываться постоянно из-за таких чертей, как Сережа Шнуров, вот чистый черт просто, взял, выдернул из контекста общий смысл и преподнёс это в абсолютно поганом свете, просто взял, обесценил все мыслимые и немыслимые вещи, понимаете. Разве можно всё превратить в стеб и насмешки, когда развлекательная отрасль находится в тяжёлом положении, говорит продюсер. После начала пандемии заполняемость залов не превышает 25%. На этой отметке артисты и продюсеры работают себе в убыток. Если бы залы разрешено было заполнять хотя бы наполовину, шоубизнес работал бы "в ноль". При этом речь идёт только о покрытии расходов, которые к тому же не включают гонорары артистам. Пригожин не обращался за помощью к государству, но те, кто обращались, быстро поняли, что ждать её не приходится. Печальные итоги года В целом Информационное агентство «ИнтерМедиа» оценивает потери культурных индустрий в 2020 году в сумму около 400 миллиардов рублей. Относительно 2019 года доходы сферы культуры упадут на 11%. Заместитель главного редактора ИнтерМедия Наталья Галиулова говорит, что кажется, это не так много. Но это поверхностное суждение. Если начать разбираться детально, выяснится, что падение в предпринимательском секторе ставило 65-75%, в кинопрокате – 55-60%, не говоря уже о туризме, клубах, международных культурных обменах и многих других сегментах рынка. По концертам и другим зрелищным мероприятиям Главный редактор Евгений Сафронов описывает картину, близкую к апокалипсису: - Больше всего пострадали самые крупные - организаторы фестивалей и больших концертов российских и зарубежных звезд. Им запретили работать и, соответственно, выполнять обязательства по уже заключенным много месяцев назад договорам, причем, без компенсаций. Акты властей не давали возможности говорить о форс-мажоре, а соответствующие справки Торгово-промышленной палаты судами РФ не признавались. В результате многие оказались под судами, проходят процедуру банкротства. Те, кому повезло больше, просто прекратили деятельность. Множество специалистов, артистов, техников оказались на улице. Концертная индустрия парализована, говорят на рынке. Система так и не была выработана, диалога с индустрией нет, как нет понимания значимости зрелищных индустрий и культуры в целом для общества и государства. С наступлением пандемии власти всех уровней начали лихорадочно вводить непродуманные и бессистемные ограничения, а потом этим и ограничились, говорит Евгений Сафронов: - Такой подход полностью дестабилизирует индустрии, но власти не видят в этом проблемы - о компенсациях даже речи нет, разве что разрешили в ряде случаев не сразу возвращать деньги за билеты, то есть, отчасти решили вопрос за счёт и так перевозбуждённого населения. Выглядит эта стратегия крайне недальновидной. Помощь шоу-бизнесу была оказана минимальная, капля в море. Многие не смогли получить даже эти крохи из-за несовершенства законодательства. Как выяснилось, концертная деятельность в государственном списке разрешенных бизнесов даже не значится. Поэтому доказать необходимость помощи смогли немногие. Сам бизнес скорее мертв, чем жив. Продажи концертных билетов составляют только 5% от прошлогоднего уровня. Исполнительный директор Ассоциации концертных, театральных и билетных организаторов Владимир Зубицкий считает ситуацию в концертной индустрии «критической». Если бы государство запретило концерты полностью, толку было бы больше. Ситуация была бы понятнее, можно было бы рассчитывать на компенсацию. Вместо этого в Москве сначала разрешили 50%-ю заполняемость залов, в ноябре её урезали до 25%. В провинции ещё жестче – там концерты не проводятся с марта, потому что ответственность организаторы мероприятий и владельцы площадок несут сами, и за то, чтобы все посетители носили маски, и за то, чтобы они соблюдали социальную дистанцию, хотя в некоторых регионах разрешено почти всё. Владимир Зубицкий считает, что запрети государство все концерты, тогда можно было бы получить от него господдержку, а сейчас отрасль поддерживают зрители: - 10 млн билетов за отмененные концерты в данный момент по-прежнему находятся на руках у зрителей, т.е. в подвешенном состоянии, а перенесенные на 2021 год концерты с таким же успехом могут переместиться и на 2022 год. Онлайн – спаситель культуры? Рост развлекательного бизнеса в Интернете – устойчивая тенденция. По данным ИнтерМедиа, легальные сервисы аудио выросли с 2018 по 2019 годы на 83.3% и составили 5.5 млрд. рублей. Видеосервисы увеличились на 65,7% и достигли 41,2 млрд. рублей. Пандемия стала сильнейшим катализатором этого тренда. Но концертам это поможет мало. Евгений Сафронов категоричен – никаких онлайн-концертов не существует, это миф: - Зрелищное мероприятие - это древнейший вид культурной деятельности, основанный на личном групповом общении, невероятно привлекательный для людей интерактивный общественный ритуал, возникший одновременно с возникновением цивилизации. «Онлайн-концерт» - это аудиовизуальное произведение, практически, телевизионная программа. Иногда за доступ к телепрограмме платят деньги, - но она от этого не становится концертом и никак не может его заменить - так же, как кино не может заменить театр. Иосиф Пригожин сравнивает работу артистов в онлайне с сексом по телефону. Если артистическая молодежь привыкла общаться с поклонниками в Интернете, то «взрослые» артисты там не так востребованы, как молодые: - Артисту необходимо живое общение, то есть, напрямую контактировать и видеть отдачу от зрителей, чувствовать её. С финансовой точки зрения, эти мероприятия не приносят артистам ничего. Пригожин знает, что маленькие коллективы давали онлайн-концерты, но зарабатывать на них нельзя. Евгений Сафронов вспоминает, что 5 лет назад артисты и авторы могли получить 2 тысячи рублей в месяц за распространение своих роликов в Интернете: - Сейчас они могут получить 5 тыс., а через 10 лет получат 15 тыс. Можно считать это подвижкой, но лучше подсчитать сотни миллиардов долларов, которые на их произведениях зарабатывают корпорации. Кино как чудо Продюсеру и режиссёру Ренату Давлетъярову очень повезло. Две картины, которые снимала его компания в 2020 году, попали в локдаун на стадии постпродакшна. Если бы карантин пришёлся на съемки или подготовительный период, то пришлось бы останавливать работу. А так только сроки сдвинулись. Те кинематографисты, которые планировали на весну съемки, пострадали значительно сильнее, хотя и у Давлетьярова были проблемы: - Мы не могли вызвать актёров на озвучание, потому что все студии были закрыты. Нам была необходима небольшая досъёмка, а это было сделать нельзя. Но государство в лице Фонда кино предусмотрело небольшие компенсации. Требовалось предоставить доказательства, мы показали, сколько потратили, и компенсацию получили. Съёмки во времена пандемии – дело новое. По инструкции Роспотребнадзора, компания-производитель обязана обеспечить за свой счёт анализы на коронавирус для всех, кто занят на съёмочной площадке и вокруг неё: - В нашей группе сто пятьдесят человек. Мы обязаны были обеспечить саннадзор на площадке, купить санитайзеры, маски, перчатки, организовать измерение температуры. Эти расходы никто никогда в жизни не закладывал в смету, не предполагал, что такое может понадобиться. Таким образом, мы потратили несколько миллионов. Социальная дистанция на съемках – вещь тоже условная. Например, обед приходилось организовывать в несколько этапов, чтобы люди не толпились у раздачи. Съёмки с массовкой – ещё более сложная вещь. Если в съёмочной группе все, вплоть до рабочих, работают друг с другом годами, то массовка – люди случайные. Но и они добросовестно выполняли все предписания. - У меня снималась сцена любви в кровати. Мы долго думали, как это снять? В масках и перчатках?, - говорит Ренат Давлетъяров. - К счастью, у нас никто не заболел. Мы немедленно провели второй анализ по окончании съёмок. К счастью, не выявили ни одного случая. Всё дисциплинированно выполняли эпидемиологические требования. Но основная проблема кинопроизводства во времена пандемии в другом. Съемочный график составляется за год до начала самих съёмок. Расписан каждый час: когда каждый артист приезжает, когда он уезжает, потому что он занят в спектакле в театре. Все места съёмок определяются и арендуются заранее, часто за предоплату. А потом всё летит к чёртовой матери, говорит Давлетъяров. Государство выплатило компенсации на все издержки в кинопроизводстве, связанные с пандемией. Что важно - 10 апреля правительство внесло в список пострадавших отраслей кинотеатры. На них стал действовать мораторий на банкротство, а выплата кредитов отсрочили без начисления штрафов и пени. Для киноотрасли это решение было очень важным, потому что Интернет не может быть альтернативой кинотеатрам по сборам, по крайней мере, пока: - Наши убытки не могут быть компенсированы размещением в интернете. Удачный кинопрокат не сопоставим ни с доходами от телетрансляций, ни с доходами от размещения на киноплатформах в сети. Хотя на этих платформах – огромный прорыв. Российский сериал «Эпидемия» вошёл в десятку лучших сериалов платформы Netflix. Я сейчас начал смотреть и впервые в жизни по-хорошему завидую, настолько классно сделано, мировой уровень. Я считаю, что платформы, кроме того, что дали дополнительный ресурс продакшн-компаниям, обеспечили ту меру свободы обращения с материалом, которая позволила сделать большой шаг вперёд. Так случилось ноябре с комедией «Непосредственнно Каха» режиссёра Виктора Шамирова. Сначала неизвестные ребята несколько лет выпускали скетчи на Ютубе, а потом решили сделать из них кино. При всех ограничениях получился невероятный результат - фильм собрал в прокате полмиллиарда рублей. Поэтому кино – это чудо, восклицает Давлетъяров. За время карантина накопилось большое количество картин, которые не вышли в прокат. Такая ситуация не только в России, но и в Америке, в Европе. Это новая проблема, и непонятно, как рынок будет реагировать на перепроизводство. Поэтому девиз сейчас один – как можно дольше не тратить деньги на производство, пока не начнёт проясняться ситуация. Евгений Сафронов тоже считает, что восстановление зрелищных индустрий будет заметным только не раньше, чем через полгода после полной и окончательной победы над вирусом. Может быть, в 2021, может, в 2022 году: - Вы знаете, когда настанет эта победа? Вот и я не знаю. Интервью с кинопродюсером и режиссёром Ренатом Давлетъяровым и главным редактором "ИнтерМедиа" Евгением Сафроновым читайте в "Новых известиях".