Санкт-Петербург поддержал борьбу москвичей за честные выборы
В субботу, 3 августа 2019 года, в Санкт-Петербурге состоялся согласованный с властями митинг в поддержку москвичей, отстаивающих право на честные выборы в Мосгордуму.
По мнению недовольных жителей Москвы, поданные ими за независимых кандидатов голоса были необоснованно отбракованы Мосгоризбиркомом. В то же время, почти все подписи за провластных или лояльных кандидатов признаны удовлетворительными. Граждане, чьи подписи были отклонены, написали и представили в избирком заявления, где подтверждали, что это именно они оставляли подписи за кандидатов; записали и выложили на YouTube видеоролики, в которых демонстрировали свои паспорта и регистрации по указанным в подписных листах адресах. Избирательная комиссия проигнорировали большую часть этих доказательств. Возмущённые москвичи вышли на мирные акции, потребовав провести честное расследование и подтвердить подписи реальных людей — допустить независимых кандидатов на выборы. Власти ответили разгоном граждан, избиением и массовым задержанием протестующих. Многих участников демонстраций и митингов оштрафовали, часть отправили под административные аресты. Не сумев сломить москвичей, власти начали фабриковать уголовное дело о массовых беспорядках, угрожая протестующим заключением до 15 лет. Однако жители города вышли сегодня на новую многотысячную акцию с тем же требованием — вернуть Москве честные выборы.
Жители северной столицы решили поддержать москвичей и подали на сегодня заявку на митинг в Санкт-Петербурге. Власти города не стали вступать в конфронтацию с гражданами и согласовали время и место акции, однако предприняли беспрецедентные по питерским меркам меры давления на протестующих.
Доцент НИУ ВШЭ (СПб) Алексей Куприянов вышёл на митинг в Санкт-Петербурге как частное лицо выразить свою гражданскую позицию и понаблюдать за акцией. Он рассказал Викиновостям о своих впечатлениях и поделился кадрами с места событий.
Прибыл на митинг около 14:30 со стороны Боткинской ул. Еще на дальних подступах были заметны машины Росгвардии и уборочная техника. Среди прочего, заметил некоторое кол-во машин зеленого цвета с черными «военными» номерами, и около них — людей в полевой форме. Среди уборочной техники были машины с водяными баками. Такое впечатление, что готовились к разгону водометами.
Добравшись до площади был неприятно удивлен новшествами, которые опробовали на первомае, пока я преподавал в Вильно. Весь сквер на площади был огорожен решетчатыми ограждениями, вокруг было полно бойцов Росгвардии, допуск был только через рамки. У рамок стояли столы с бутылками воды, наполовину пустыми или наполовину полными. Моя была не распечатана, но и ее пришлось отдать (возвращаясь обратно, их, теоретически, можно было забирать, но мою кто-то уже к тому времени забрал без меня). Меры предосторожности при такой численности силовиков меня позабавили. Спросил: «Страшно?» Полицейский прекратил ощупывать мои карманы и посмотрел мне в глаза. «Похоже, что мне на двадцать четвертом году службы может стать страшно?» «А к чему тогда такие предосторожности?» «У шефов [возможно, там было какое-то другое, столь же неподходящее слово, но запомнилось так] спросите. Я бы с большим удовольствием в субботу с семьей дома посидел.» Внимательнейшим образом осмотрев все кармашки рюкзака, шариковые ручки и брелок к ключам из кусочка рога оленя с надписью Finland, пропустил.
Надо сказать, что для такого времени, такой повестки (солидарность с Москвой) и для тех мер устрашения, которые к нам применяли все это время, народу было довольно много. На глаз — не менее полутора тысяч. Меньше обычного бросались в глаза сотрудники в штатском, к обилию которых я уже привык. Знакомых видел мало. Если не считать городских политиков и активистов, известных в лицо (видел в начале Бориса Вишневского, потом Михаила Амосова, Максима Резника, на трибуне — Красимира Вранского и Дмитрия Скурихина), встретил только двух знакомых. Отдельно хотел бы отметить, что был приятно удивлен, увидев в самой гуще событий нашего городского омбудсмена Александра Шишлова.
В самом начале митинга что-то случилось, что я не застал, что, как я понял, вызвало вмешательство Росгвардии. Возможно, к этому имели отношение Стариков и группа молодых людей с флагами «Поколение Z» (их неоднократно просили флаги свернуть, а Старикова уже в конце митинга общим голосованием ором на сцену не пустили, хотя он снова рвался). «Космонавты», в результате, стояли в два ряда вокруг трибуны. У этого были свои издержки.
Например, когда Dmitry Skurihin призвал в другой раз не следовать покорно предлагаемому формату с загородками и рамками и собираться вне рамок, стоявшие за моей спиной офицеры Росгвардии начали переговариваться по рации, о том, что он призывает к насилию и что его надобно задержать (должен отметить, что это довольно вольная интерпретация того, что говорил Дмитрий, однако ожидать от Росгвардейцев понимания различий между призывами к гражданскому неповиновению и мирному протесту и призывами к насилию, пока трудно). Я стоял довольно далеко от сцены и пробраться / предупредить не было никакой возможности (да и неясно, сколько бы это помогло). Разумеется, как только Дмитрий спустился с трибуны, он сразу же был задержан отрядом космонавтов. Организаторы с трибуны обратились к полиции с требованием отпустить Дмитрий и собравшиеся дружными криками это требование поддержали. Сразу его не выпустили, но к концу митинга Дмитрий снова поднялся на сцену, поблагодарил за поддержку и призвал помочь освободить Дмитрия Гусева, задержанного ранее и все еще сидевшего в автозаке (как я выяснил уже добравшись до дому, его тоже удалось вызволить).
Странное впечатление производили сотрудники водоканала в костюмах, напоминавших костюмы пожарных, разматывавших сквозь толпу пожарные рукава («Это у вас шланги, а у нас — рукава») и наполнявших из них бассейн фонтана (снова казалось, что они готовят инфраструктуру для водометов).
С трибуны все время оглашали все новые и новые данные о численности задержанных в Москве. Выступающие выражали солидарность с Москвой, но не забывали и Петербургскую повестку. Давали слово кандидатам в муниципальные депутаты, которые рассказывали про проблемы с регистрацией, не раз звучала тема Беглова (популярный лозунг был «За любого, кроме Беглова»).
Через полтора часа после начала, вскоре после принятия резолюции митинга, Красимир Врански объявил о его завершении. На фоне событий в Москве, у нас все прошло предельно мирно.
После митинга люди начали медленно расходиться. Отступила и Росгвардия. Подивился тому, как некоторых из них возят. В грузовик с крытым верхом ставят не два (по бортам), а четыре ряда сидений (два еще в середине) и набивают, как сельдей в бочке. Небезопасно как-то, прямо скажем. Выглядят как совсем молодые ребята, чуть не срочники. В светло-сером камуфляже. Вообще, если такой мирный и локальный митинг оттягивает на себя такое количество бойцов Росгвардии (а ведь их еще надо было посылать на прайд-парад на Дворцовой, где тоже, как я узнал, вернувшись домой, занимались задержаниями), то одновременные митинги солидарности по всей стране могли бы серьезно помочь.