О книге, мечте и делах давно минувших дней
В поисках нужной книги вытащил с полки увесистый фолиант в роскошной суперобложке, чтобы вынуть соседнее издание. Невольно вспомнилась занятная история из середины 1990-х, которую давно стоило бы рассказать.
Как-то я захожу в кабинет Варвары, тогдашнего секретаря И.А. Антоновой, по каким-то делам. И обмираю: на стене висит роскошный постер с изображением колоссальной головы Аменхотепа III из Луксорского музея. Фактура, ракурс, полиграфия – ну просто невероятно хорошо.
- Откуда? – спрашиваю почти вожделенно.
Оказывается, ГМИИ давал на сводную выставку по эпохе Аменхотепа III, которая прошла в Париже и США ту самую знаменитую египетскую ложечку в виде пловчихи с цветком водяной лилии в руках. Шедевр вернулся домой, а с ним – роскошный постер и два экземпляра каталога выставки «Аменхотеп III. Фараон-Солнце». Один – в научную библиотеку ГМИИ, другой – в личную библиотеку Светланы Ходжаш, у которой я тогда работал в Отделе Востока. В отделе Светлана Измайловна, как это за ней водилось, ничего о книгах не сказала. О постере, подаренном Антоновой, которая на дух не выносит древневосточное искусство, - тоже.
- А ты не спрашивал, вот я и не сказала. – Ходжаш, пожав губы и совершенно органично смотрясь на фоне египетских рельефов в хранении, была явно недовольна моими восторгами по поводу постера и книг. Книги она давала кому-либо с колоссальным нежеланием, что, впрочем, можно было понять. Пришлось клянчить. Дня через три она, тяжело вздохнув, позвала к себе домой: «Попрешь сам, она тяжеленная, в музей не повезу!»
И вот этот роскошный том с обложкой, полностью повторяющей постер, у меня в руках. Действительно увесистый. Один из двух в стране: в «Ленинке» и «Историчке» ничего подобного не было, уже успел к тому времени проверить.
После очередного занятия по египетской иероглифике в Кабинете египтологии Института Востоковедения РАН мы все, замирая, рассматривали роскошные страницы фолианта. Да-да, тогда многое еще не превратилось в бессмысленную помойку по отмыванию грантов и после изучения языка мы часто смотрели редкие книги, которые я приносил, одалживая на один вечер, из музея.
Книга казалась чем-то невозможным. Чтобы окончательно поставить точки над «i»: шел 1995 год, интернет по системе dial-up с гудящим и пикающим модемом в РАН пришел год тому назад и ценился на вес золота, информации было мало, все, когда могли, возили книги из-за рубежа (сейчас тоже возим) и такой фолиант был для Москвы событием почти международного масштаба.
Собираясь в первую поездку в Египет, я невольно задал себе вопрос: что бы мне хотелось оттуда привезти. И мысленно прошептал: каталог «Фараон –Солнце!».
Возвращаясь вечером после долгих прогулок по гробницам Саккары, мы со Светлана Левина были почти полностью покрыты пылью. Это были последние дни июня, воздух в Каире казался остекленевшим, у раскаленных пирамид мы были одни, однако это не останавливало и только наоборот добавляло радости: нам не мешали вездесущие туристы. По совету старших коллег я заглянул в знаменитый французский букинист на улице Каср эль-Нил.
Суета осталась за порогом. Внутри было прохладно, тихо и умиротворенно. Хозяйка магазина – пожилая, по-восточному эффектная армянка, бегала за мной буквально в полуметре: тощий юноша с безумным от впечатлений взглядом, полностью покрытый пылью, точно должен был что-то украсть.
Роскошные фолианты в их почти убивающем изобилии были аккуратно упакованы в пленку, один к одному, горделивые, невероятные и желанные. Хотите полное многотомное издание Франсуа Дома по храму Хатхор в Дендере? Пожалуйста! Или, может быть, нужны тома по скульптурным портретам Среднего царства – так вот же, полкой ниже. Это был кошмар наяву.
Остановившись перед каким-то стеллажом в центре магазина, я уже не глядящими глазами посмотрел перед собой. Упакованный в целлофан, передо мной стоял он, «Фараон-Солнце». Книгу я узнал по корешку, не доставая. Загаданную просьбу исполнили.
Я вытащил книгу. 110 долларов тогда были очень большой суммой, за 150 в Москве можно было месяц снимать неплохую квартиру, не говоря уже о том, что научный сотрудник в Египетском музее тогда часто получал около 45 долларов. И это была ровно половина моих наличных денег в той студенческой поездке. Отбросив сомнения, я протянул книгу бдевшей поблизости владелице магазина. В конце поездки с деньгами было очень туго, но покупка того стоила.
- Месье не желает открыть книгу перед покупкой? – Соболиные брови негодующе-презрительно поднялись вверх, а уголки губ, наоборот, опустились.
И тут мы разговорились. Я рассказал историю о музее, постере и мечте. Через пару минут был чай, удивленные улыбки из-за того, что молодые русские бегло говорили по-французски, и извинения за недоверие. Она никак не могла предположить, что такие пыльные люди с безумным взглядом способны покупать такие дорогие книги ))
Мадам Наринэ давно нет в живых. Магазин процветал до 2018 года, но потом, увы, закрылся после смерти нового владельца - оперного певца Хассана Ками. А я, когда «Фараон-Солнце» оказывается у меня в руках, вспоминаю эту историю об одной из самых желанных и любимых книг моей библиотеки.
P.S.Принес книгу в музей, похвастаться. Светлана Измайловна полистала.
- Слушай, в каком хорошем состоянии! А моя порвалась по дороге… - Лицо Ходжаш вдруг просветлело. - А давай меняться: твою на мою, но я тебе свою подпишу на память, а?
Я отказался.
- Жмот! – Вердикт был неумолим, со мной почти не разговаривали два дня.
После смерти С.И. Ходжаш одна из ее преемниц – печально известная своим невежеством Ольга Васильева, ныне – заведующая Отделом Востока ГМИИ – не уведомив библиотеку музея, распродавала книги бывшей начальницы по списку всем желающим, разбазарив её собрание.
(c) Виктор Солкин