Знакомство с родителями. Дело было в Москве.

В 2000 году я был молодым оболтусом, студентом - раздолбаем и человеком, искренне верующим в любовь. Ах да, я ещё Москву покорял.  Типичный лимитчик,  короче. В общем, на рубеже веков я запросто мог ту самую Москву покорить самым простым и приятным способом. Через постель.

Я подрабатывал охранником в своём же ВУЗЕ,  сторожил учебные корпуса родного  института.  Что во мне нашла Оксана, шикарная девушка с параллельного курса, отличница,  красавица,  и не будь 91 года уж точно комсомолка, мне категорически не ясно. 

Каждую четвертую ночь я проводил на рабочем месте, на рабочей койке и положа руку на руку, половину своего скромного заработка должен был отдавать Оксане, ведь она не пропускала ни одной моей смены. 

Через три месяца родители моей красавицы стали что-то подозревать и возжелали познакомиться со мной. Мама у Оксаночки работала каким-то начальником на мясокомбинате,  чему мой студенческий желудок был крайне рад. Позже, когда наш роман скоропостижно скончался, я пытался анализировать , что же именно волновало и манило меня  к Оксане . Ее  задорный смех, пышные волосы или высокая грудь третьего размера, то был вынужден себе признать,  что бекон и окорок с маминой работы. 

Папа у Оксаны был полковником.  Ну настоящим полковником, служакой,  боевым офицером и КМС по боксу. Ну почему по боксу (!!!), вопрошал я свою судьбу , разглядывая синяки на своем фэйсе несколько позже. Ну да ладно, обо всем по порядку.

Дело в том, что я  был латыш.  В смысле широкая душа, ещё кое что и... И все. Хотя нет, было моё не превзойденное чувство юмора. Дело в том, что Оксану я любил. Любил за задорный смех, пышные волосы, грудь третьего размера и мамин окорок. Пытаюсь перевести все на юмор, но реально любил, и даже сделал ей предложение. Студентам - женатикам положена отдельная комната в общаге и в этом случае Оксаночка попадала в мое полное и законное распоряжение, а не раз в четыре ночи.

Чуть позже после моего предложения руки и сердца , лёжа на "рабочей" скрипучей кровати, я как обычно юморил:

"Оксана,  я тебя люблю за твою прописку, за твою московскую прописку, за возможность остаться в столице". Оксана задорно смеялась, я одной рукой гладил её шикарные волосы , а другой ещё кое что, что в ней любил (подсказка.  Это был не мамин бекон!!!).  Я её на самом деле любил, на каникулах хотел везти к родителям знакомиться в родной Каменск - Уральский и сообразить на двоих минимум двух детишек. Дело не в беконе, честно, хотя пожрать я люблю))).

Когда  заходил в квартиру Оксаниных родителей, я так волновался, что запнулся о порог, долго возился со шнурками и вдруг начал заикаться во время первого разговора с её отцом. Как вы поняли я предстал серьезным, уверенным в себе молодым человеком.   Уверенности в себе поубавилось ещё больше, когда мой скромный тортик, купленный по дороге, буквально утонул на столе, заставленный фруктами, коньяком и всевозможными колбасами. 

Папа, который полковник, все подливал коньяка и вёл натуральный допрос, лишь немного припорошенный элементами светской беседы. Весь диалог вился вокруг лимитчиков,  понаехавших и альфонсов.  Моя Оксана сидела напротив и всячески не смотрела на нас. Её папаша, рассказывая очередную историю, как некий молдованин обрюхатил соседку и автоматически стал москвичем, ждал моей реакции. А я сидел и смотрел на мою Оксаночку.  Смотрел как она прятала глаза, как она не защищала меня и нашу любовь. Она же знала, что я любил её как человека,  как женщину,  ну знала же.   Мы эту тему ни раз проговаривали,  и всерьёз проговаривали когда мне хохмить надоедало.  Её родители не в Москве родились, да и за МКАДом люди живут... То есть варианты были, вся жизнь впереди,  и для двоих молодых людей отсутствие / наличие  московской прописки одного из них  не должна быть преградой. В общем я понял, что Оксана не моя, она папина.  И я  буду "подполковником ", я должен буду подчиниться ему, этому властному человеку если буду с Оксаной. 

Её папаша хлопнул рюмашку , хитро мне подмигнул и доведительно спросил (в который раз !!!) зачем мне его дочь. Я смотрел на Оксану напротив и чувствовал себя преданным, потом стал прощаться. Я налил полную рюмку коньяка , я закусил бужениной, я оглядел богатый, просто роскошный стол для студента - "латыша ", я попрощался со всем этим , а потом повернулся к полковнику и сказал именно то, что он хотел слышать:

"Знаешь, Сергей,  как там тебя, Икторович  (на этом месте икнул ),- потом решил продолжить прощание со столом, с коньяком и мясокомбином,  выпив ещё стопку для храбрости и заев её для вкусности,- А ты же прав. Ты мне прописку так в паспорт поставь , а бабу себе я и без неё найду. Смех бесит, причёска раздрожает и все остальное тоже. Вы колбасу мне в общаге высылайте и я от вашей телочки отстану ".

Через пять минут я благодарил судьбу за то, что на дворе май, а то моя левая нога точно бы замерзла. Правым то ботинком Оксанин папаша метко швырнул мне в голову. В ту самую голову, которая послужила боксерской грушей чуть ранее  (не, ну почему он именно боксер,  нельзя ему чтоли быть КМС по шахматам), а левый башмак остался у этой семейки в виде трофея. 

Ещё спасибо судьбе,  что москвичи крайне расточительные люди, иначе мне было бы не найти сапог в мусорке.  Пусть рваный, пусть резиновый, пусть на не ту ногу, пусть меньшего размера и пусть женский, но и то вперёд.  И вот иду я такой задумчивый, а тут менты остановились. Чё остановились не понятно : то ли "лунная походка" после пол - литра коньяка их заинтересовалась,  то ли ещё что.

"Молодой человек, ваши документы".- геркул мент.

"Разбитый нос, рваная футболка и рваный сапог - вот мои документы ",- хотел сказать я , а в итоге спросил,- мужики,  у вас есть где переночевать? ".

Ясен пень, у мужиков было где переночевать, при желании мог бы и переспать, но презиков не было. Дело в том, что на районе был какой-то рейд и набили полный обезьянник проституток,  как минимум одна из которых при наличие резины готова была устроить акцию "битым студентам секс в подарок".С утра менты дали мне новые , пускай и зимние , ботинки и я добрался в родную общагу. 

Через две недели ночью кто-то робко постучал в окно , когда я охранял родной институт. Я вылез из своей сторожки и открыл дверь. Передо мной стояла Оксана, жалостливо просившая войти. Я не пустил её,  ведь на моей рабочей во всех смыслах кровати лежала Татьяна, и у неё перед Оксаной было одно неоспоримое преимущество - она была из Костромы.

Год назад у общих знакомых узнавал как сложилась жизнь у Оксаны. Сразу после института папа нашел дочке мужа. Хорошего, из военных. Из Питера. Через два года у них родился сын,  а муженек сбежал в город на Неве. Жизнь не сложилась, а её папаша - боксер ищет нового мужа среди военных, красивых,  здоровенных.