Оглянись, благодаря

Виктор Кирюшин

Климент (Капалин), митрополит Возлюбих благолепие дому Твоего… – Калужская епархия Русской православной церкви, 2024. – 208 с.: ил.

Жизнь каждого человека – готовая канва романа. Сколько удивительных ситуаций, знаменательных встреч, удач, оборачивающихся поражениями, и поражений, делающих нас сильнее! И всё промыслительно, если прислушиваться к собственной душе и верить Творцу. Об этом я думал, погружаясь в книгу председателя Издательского совета Русской православной церкви митрополита Калужского и Боровского Климента «Возлюбих благолепие дому Твоего…».

Самые тёплые страницы посвятил владыка описанию своего детства, родителям, отчему дому. Семья Капалиных была верующей, никогда этого не скрывала, что в то время требовало определённого мужества. Ладно от взрослых, а каково детям было выслушивать насмешки от сверстников и проработки учителей в связи с их хождением в храм, ношением крестика. К тому же детство автора выпало как раз на времена правления Хрущёва, развязавшего оголтелую атеистическую кампанию с закрытием церквей и шельмованием верующих и церковнослужителей. Вот как об этом вспоминает автор. «Директор школы неоднократно вызывал маму и убеждал её, что нельзя водить детей в храм. Местные власти угрожали моим родителям, что заберут нас в детдом, если мы будем поститься и ходить в церковь. Представители уличного комитета несколько раз приходили и проверяли, как мы живём, нормально ли питаемся. Но Господь меня и нашу семью не оставлял».

Всё-таки далеко не все вокруг были рьяными атеистами. С благодарностью вспоминает владыка учителя истории и своего классного руководителя Дмитрия Михайловича Богородского. По возможности он старался защищать братьев Капалиных от нападок: «Учатся хорошо, по поведению замечаний нет. Какие к ним могут быть претензии? Мы должны показывать, что у нас свобода». Своеобразная эта демагогия нередко срабатывала.

Между тем деревянный Троицкий храм в подмосковном посёлке Удельная для Геры Капалина стал вторым домом. Да и в семье его называли «наш», по воскресеньям на службу ходили туда все вместе.

Всё от семьи – убеждён сегодня Владыка Климент. «Если бы не поддержка мамы и пример старших братьев, все нападки пережить было бы трудно. Мама нас всегда наставляла: «От Бога не отрекайся. Смотри, как святые поступали, когда их мучили, и они получили венец». Глядя на неё, я усвоил, что жить по вере – это счастье».

Примеры такой жизни черпались не только из книг. С семи лет Герман Капалин стал бывать в Троице-Сергиевой лавре, а с двенадцати регулярно ездил туда уже самостоятельно. С благодарностью и глубочайшим уважением вспоминает Владыка насельников лавры того времени: схиархимандрита Серафима (Шинкарёва), архимандритов Петра (Семёновых), Феодорита (Воробьёва), Тихона (Агрикова), олицетворявших собой личное смирение, безропотность и любовь к ближнему.

Так постепенно складывался характер, где в основе Вера и Верность. Сегодня с высоты прожитых лет, многое испытав, повидав и осмыслив, владыка Климент утверждает: «Не коллективизация была главной проблемой России, не национализация имущества, которая произошла после революции, а что народ лишили веры, потому что без веры построить нормальную жизнь страны, села, семьи невозможно. У народа отобрали веру, значит, отобрали и самое главное в жизни – её смысл».

В выборе жизненного пути юный Герман Капалин не сомневался: сначала семинария, затем духовная академия.

Необычайно интересны в книге страницы, посвящённые служению владыки Климента в качестве управляющего приходами в Канаде и временно в США. Первой трудностью было незнание английского языка. Пришлось интенсивно учиться. Через полгода уже мог объясняться и читать по-английски, а через год начал произносить проповеди и вести беседы без переводчика. Но главный урок всё-таки был не в этом. «Америка мне помогла усвоить, – пишет владыка, – что надо уметь понимать других, даже тех, кто имеет иное мышление и иные взгляды на жизнь». Но и вывод, как результат долгого общения и наблюдения: «Не та глубина веры. В России вера была выстраданная, её отстояли и сохранили, она была в глубине сердца человека. А там слова «I am Orthodox» воспринимались как заявление о принадлежности к культурной традиции».

Кстати, изучение деятельности Русской православной церкви на Аляске со временем стало темой сначала кандидатской, а затем и докторской диссертации владыки Климента.

А впереди были бурные девяностые годы. После возвращения из США, владыка стал архиепископом Калужским и Боровским и одновременно заместителем председателя Отдела внешних церковных сношений. Вот где пригодился опыт служения за границей! Огромных усилий потребовало и возрождение православия на калужской земле. «Вообще в то время руководство области не проявляло заинтересованности в возрождении церкви, – вспоминает владыка. – Калужскую область, в силу особой «научности» считали вполне атеистической – родина Циолковского, крупный наукоград Обнинск, много вузов, много интеллигенции, которая считала, что образование и Бог будто бы несовместимы; в духовном плане здесь была настоящая пустыня. Такие города, как Обнинск, Кондрово, Балабаново, Жиздра, Жуков, Юхнов, Мосальск, Воротынск, и целые районы – Думиничский, Хвастовичский, Жиздренский, Куйбышевский, Барятинский, Мосальский, Юхновский, Износковский, Тарусский, Ферзиковский – до 1988 года не имели ни одного храма». Понадобились годы неустанного труда, чтобы ситуацию в корне изменить.