Кто на самом деле был радисткой майора Вихря
Повесть Юлиана Семёнова «Майор Вихрь» завоевала всенародную любовь.
Но мало кто знает, что её персонажи не вымышлены, а являются вполне реальными людьми. С военным разведчиком Овидием Горчаковым, ставшим прототипом главного героя, ответственное задание Ставки Верховного Главнокомандующего выполняла Тамара Сафронова.
Разведчицей она стала совершенно случайно. Отец умер ещё до войны, оставив мать с тремя детьми. Тамаре, старшей, пришлось бросить школу, хотя училась она блестяще — благодаря феноменальной памяти. Пошла работать — скромной зарплаты матери на четверых не хватало. По вечерам бегала на курсы ОСОАВИАХИМа, учила азбуку Морзе. Прибывшие в сентябре 1941-го представители военной разведки выделили из группы сметливую Сафронову. Пробовала отказаться, её остановил суровый взгляд офицера: «Родине не возражают!» Попала в группу из 20 человек, которую под Москвой готовили для разведотдела Генерального штаба. Готовили для заброски в немецкий тыл. Тамара быстро освоилась с рацией, научилась стрелять, прыгать с парашютом, освоила навыки конспирации.
В январе 1942 года группу из семи разведчиков, носившую кодовое название «Пожарник», забросили на Брянщину. Две ночи подряд У-2 из-за обстрелов возвращался на аэродром. Лишь третья попытка оказалась удачной. Если не считать, что Тамара по неопытности зацепилась за сосну стропами парашюта. Но выбралась и разыскала своих. Перед заброской в Москве ей выдали зимнее пальто с цигейковым воротником, шерстяное платье, вязаный платок да лёгкие кожаные сапожки. В этом «обмундировании» она и прошагала всю войну, ни разу не надев военной формы. Называлась по-разному — Киселёвой, Ромашиной, Потуловой.
С Большой земли партизаны получали боеприпасы, продукты, медикаменты. Назад отправляли раненых. Без чётко налаженной связи приходилось туго. Прибытие радистки сняло многие проблемы. Тамаре приходилось выходить на связь под обстрелами, в условиях непрерывных карательных операций — гитлеровцы днём и ночью прочёсывали лес. Особо опасным оказался переход, когда группа получила приказ передислоцироваться под город Мглин. После жестокого боя из пятнадцати человек уцелели двое — радистка и командир. К месту назначения они шли пешком почти триста километров. Как выдержала этот переход худенькая девчонка, нагруженная 20-килограммовой рацией, остаётся только предполагать. Однажды пришлось просидеть в ледяной воде почти двенадцать часов, пережидая, пока пройдут немецкие колонны с орудиями и танками. Но задание Центра было выполнено, и Сафронова была награждена первым в своей жизни орденом — Красной Звезды.
Весной 1943 года разведчиков перебросили в Белоруссию. В районе Гомеля и Могилёва они собирали сведения о скоплениях немецких войск, охране железных дорог, местонахождении аэродромов. Исправно работавшая рация Сафроновой явно нервировала немцев. За ней начали охоту. В небе всё чаще стали появляться «рамы», снабжённые пеленгаторами. В итоге группа попала в «петлю»: с востока — гитлеровцы, с запада — каратели из их местных пособников, с юга — болота. Лишь север был свободен, именно туда вытесняли разведчиков. И тогда они пошли через болото.
Двадцать человек двигались гуськом. С тяжёлой рацией, которую не доверяла никому (в штабе предупредили: «потеряешь — ответишь головой»), Тамара тащилась позади всех. Раздался выстрел, она упала. Товарищи подумали, что немцы попали ей в спину. А она всего лишь (не чудо ли?) споткнулась, наступив в высокой траве на собственное пальто. Грохнулась в болото на миг раньше выстрела, что её и спасло. После перестрелки разведчики пытались найти девушку, но — тщетно.
Очнулась она лишь к ночи. Собрав силы, взвалила на себя рацию, блоки питания. Мокрая одежда стала втрое тяжелее. Стограммовой шоколадки, оказавшейся в кармане, хватило ненадолго. Держалась тем, что слизывала с листьев росу. Однажды метрах в двадцати от неё прошли каратели с собаками. Она в это время пряталась в яме, заполненной водой. К счастью, собаки её не учуяли.
Когда через неделю обнаружила своих, те решили, что это не Тамара, а её тень вышла из леса. «Ну, молодчина, ещё и рацию спасла», — поразились разведчики.
После этого эпизода, ставшего известным Центру, Сафронову взяли для выполнения особо важного задания. Возглавил группу опытный военный разведчик Овидий Горчаков, тот самый, которого описал Юлиан Семёнов в повести «Майор Вихрь». Подтянутый, немногословный, он произвёл впечатление на Тамару своей эрудицией и высокой профессиональной подготовкой. Представитель командования, прибывший из Москвы, объяснил суть задания. Готовилось освобождение Польши. На конспиративном заседании в Варшаве, состоявшемся ранней весной 1944-го, руководители Сопротивления из Крайовой Рады Народовой приняли решение послать в Москву делегацию из четырёх человек. Цель — установить контакты с Союзом польских патриотов и Войском Польским, сформированным в СССР. А также — с советским правительством.
Линию фронта предстояло пересечь на двух самолётах У-2. Первой вылетела Тамара. Начавшаяся гроза помешала приземлению. К тому же партизаны, как выяснилось, посадочную полосу сделали слишком короткой. «Рубите лес ещё метров на пятьдесят!» — успел крикнуть на бреющем полёте пилот.
С того момента гитлеровцы учуяли неладное. Их «викинги» неустанно начали прочёсывать лес. А партизаны устраивали им игру в «жмурки». Почти каждую ночь зажигали ложные посадочные костры, скрывая истинное расположение аэродрома. Зарядившие дожди грозили размыть и без того хлипкую посадочную площадку.
14 мая 1944 года Овидий и Тамара перед вторым вылетом написали письма родителям. Оба понимали — возможно, этот полёт будет последним. И всё же самолёты приземлились благополучно. Для того чтобы вместе с польскими пассажирами под покровом ночи взлететь незамеченными, оставались считанные минуты, поскольку немецкие «мессеры» почти всю ночь кружили над лесом. Но нашим У-2 удалось ускользнуть. Позже Тамара поймала на свой «Север» голос Левитана: «В Москву прибыли уполномоченные Крайовой Рады Народовой».
В партизанском отряде близ Бреста, где гости ожидали вылета, их называли согласно подпольным псевдонимам — Марек, Тадек, Янек, Казек. Это потом стало известно, что среди них, в частности, были и будущий министр национальной обороны, а затем председатель Государственного Совета ПНР маршал Мариан Спыхальский и будущий председатель совета министров ПНР Эдвард Осубка-Моравский. Соответствующую выписку из архива Генерального штаба Вооружённых Сил СССР прислал Тамаре впоследствии Овидий Горчаков. Эту бумагу, которая подтверждает, что в 1944-м она участвовала в «важнейшей военно-политической операции, предпринятой по заданию Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина», Тамара Фёдоровна хранила долгие годы.
Четыре года войны подорвали здоровье юной радистки. С острым нервным заболеванием — практически отнялись руки и ноги, не в силах была ходить, не могла даже поднести ложку ко рту — Тамара попала в госпиталь, где долго лечилась. Личная жизнь не сложилась. Но родился сын, растила его одна. 30 лет работала проводницей.
После доставки членов польского правительства Овидий Горчаков получил новое задание. Майор Вихрь снова отправился в тыл врага. Впоследствии он стал писателем, и в одной из своих документальных повестей — «Прыжок через фронт» — рассказал и о Тамаре, где вывел её под именем Валентины Потуповой.
После войны, уже много лет подряд, снился Тамаре Фёдоровне один и тот же сон: выпрыгнув из самолёта, она стремительно летит к земле, а парашют не раскрывается…
По материалам Л. Карамышева