Царь Борис Годунов северянам пожаловал

Велик вклад поморов, крестьян, служивых людей Русского Севера в дело освоения Арктики, Урала и Сибири. В поисках лучшей доли туда отправлялись представители некоторых семейств. Возвращались иные воодушевлённые плодородностью нетронутых плугом дальних земель, их никем неограниченными для пользования площадями. Помолясь, трогались с мест целые семьи, за ними и другие родственники и соседи тянулись. Бывало и сбегали иные без требуемых в те времена разрешений. И всё же не они были первыми - дорогу им торили промысловые и торговые люди. О них и давних временах начала освоения северных и сибирских краёв напоминает изданная ровно 425 лет назад, в январе 1600 года «Царская жалованная грамота Пинежским и Мезенским промышленным людям, о дозволении им промышлять и торговать с Самоедами мягкою рухлядью и незаповедными товарами, со взносом в казну десятой пошлины». Впервые она опубликована в 1841 году во втором томе сборника «Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссиею». (СПб.: Тип. 2-го Отд-ния Собств. Е. И. В. Канцелярии). Грамота подписана царём Борисом Фёдоровичем Годуновым (1552-1605) и его сыном Фёдором (1589-1605). Государева казна всегда нуждалась в доходах. Северные и сибирские земли обладали их значительными источниками, главным из которых была «мягкая рухлядь» - так называлась пушнина. Она служила денежным эквивалентом и экспортировалась в другие страны. Заповедными, то есть исключёнными из оборота, товарами традиционно являлись огнестрельное оружие и припасы к нему, а также табак. Соответственно, незаповедные - не исключённые из оборота товары. Самоедами назывались именовались некоторые северные и сибирские народы. Итак, текст Грамоты 1600 года: «Божіею милостію мы Великій Государь и Великій Князь Борисъ Ѳедоровичу всеа Русіи Самодержецъ, и нашь сынъ Царевичь Князь Ѳедоръ Борисовичъ всеа Русіи, пожаловали есмя Двинского уѣзда Пѣнежапъ и Мезенцовъ, Угримка Иванова да Ѳедулка Наумова, и всѣхъ промышленыхъ людей Пѣнежанъ и Мезенцовъ. Били намъ они челомъ, чтобъ намъ ихъ пожаловати, велѣти имъ ѣздити, промышляти и торговати, въ Мунгазѣю, моремъ и Обью рѣкою, на Тазъ и на Пуръ и на Енисею, и съ Самоѣдми, которые живутъ па тѣхъ рѣкахъ, торговати поволно. И мы Великій Государь Царь и Великій Князь Борисъ Ѳедоровичу всеа Русіи Самодержецъ, и нашъ сынъ Царевичь Князь Ѳедоръ Борисовичъ всеа Русіи, Пѣнежанъ и Мезепцовъ, Угримка Иішнова да Ѳедулка Наумова, и всѣхъ промышленыхъ людей Пѣнежанъ и Мезенцовъ, пожаловали: въ Мунгазѣю, моремъ и Обью рѣкою, на Тазъ и на Пуръ и на Енисей, имъ ходити и съ Самоѣдми, которые живутъ на тѣхъ рѣкахъ, на Тазу и на Пурѣ и на Енисеѣ, имъ торговати велѣли поволно; а нашу десятую пошлину, отъ девяти десятое, изъ соболей лутчей соболь, а изъ куницъ лутчая куница, а изъ лисицъ лутчая лисица, а изъ бобровъ лутчей бобръ, а изъ песцовъ лутчей песецъ, и изо всякіе мягкіе рухляди и изо всякого товару десятое, тѣмъ торговымъ людемъ Пѣнежаномъ и Мезенцомъ, Угримку Иванову да Ѳедулку Наумову съ товары щи, велѣли есмя давати па Мезени, въ Окладниковѣ слободкѣ, приказнымъ людемъ и старостамъ и цѣловалникомъ, а опричь Окладниковы слободки, что на Мезени, нигдѣ десятого давати есмя имъ не велѣли; о у кого какіе рухляди будетъ болши десяти, или менши, и съ того имъ десятую пошлину давати по росчету, въ правду,по нашему креотному цѣлованью, л*шимъ промысломъ велѣли есмя имъ промышляти; авозити имъ съ собою тамъ нашихъ государствъ Русскіе товары незаповѣдные да съѣстные всякіе запасы; а про своюнужу имати имъ съ собою, по топору человѣку или по два, да ножей по два или по трипожи человѣку, да по саадаку да по рогатинѣчеловѣку, для того, что они тамъ для своихъпромысловъ живутъ года по два и по три иимъ безъ того быти нелзѣ, а болши того имъсъ собою оружья, и топоровъ и ножей, неимати и того имъ ничего не продавати; а заповѣдныхъ имъ товаровъ, пищалей и зелья пищалного, и саадаковъ, и сабель, и луковъ и стрѣлъ, и желѣзецъ стрѣлпыхъ, и доспѣховъ, и копей и рогатинъ, и иного никакого оружья, на продажю, и топоровъ и ножей, и всякихъ заповѣдныхъ товаровъ не возити, и лутчихъ имъ соболей и куницъ и песцовъ и лисицъ, и всякіе мягкія рухляди и товаровъ, для нашіе десятины не таити; а Пустоозерцомъ съ нихъ десятины не имати, и ни въ чемъ обидъ и насилства никоторого имъ не чипити; а учнутъ Угримко и Ѳедулко съ товарыщи какую мягкую рухлядь и товары, лутчее, для нашіедесятины таити, и имъ отъ пасъ бытн въ опалѣ. Дана ся наша Царская грамота въ нашемъ царствующемъ градѣ Москвѣ, лѣта 7108 Генваря мѣсяца». Январь 1600-го сменился февралём, в 19-й день которого в далёкой южноамериканской колонии Испании Перу началось извержение вулкана Уайнапутина, которое стало причиной глобального похолодания, называемого «Малым ледниковым периодом». Заморозки на русских землях в 1601-1604 годах не прекращались и в летние месяцы, в сентябре уже устанавливался нетающий снежный покров. Начался страшный, массовый голод. Не повезло в общем-то далеко не самому плохому в нашей истории царю. Для разрешения критической ситуации Борис Годунов приказал раздавать нуждающимся хлеб и деньги. Вполне возможно, что в этом деле успела поучаствовать и поступающая в царскую казну от пинежских и мезенских промышленников и торговцев десятинная пошлина. Увы, нуждающихся было слишком много. Государство пошло в разнос. 13 апреля 1605 года в возрасте 52 лет скончался Борис Годунов. Царём стал образованный и чрезвычайно умный сын Бориса – Фёдор, которому принадлежит печальный «рекорд» самого короткого срока правления среди всех мужчин на российском престоле. 1 (11) июня 1605 года он и его мать убиты. Наступило Смутное время. Знали ли об этом пинежанин Угримка Иванов и мезенец Федулка Наумов, нам неведомо. Благодаря проявленным смекалке, настойчивости, находчивости, возможно, связям, требующим щедрых подношений, и другим полезным качествами и умениям Угрим и Федула сумели дать нужный ход челобитной, получив в итоге полезный для себя и земляков документ. Остались их следы в истории. Памяти достойны герои на северной родине. Александр Чашев Фоторепродукция с картины Александра Кухтерина «Мангазея»