Оперная певица Шамаева: Не бойтесь конкуренции — стремитесь быть лучше себя вчерашней

Полина Шамаева — обладательница роскошного меццо-сопрано. Она победительница популярного телевизионного проекта «Большая опера», а совсем недавно стала лауреатом национальной оперной премии «Онегин» в номинации «Фаворит» (приз зрительских симпатий). Награду вручили за исполнение партии Кармен в одноименной опере Жоржа Бизе на сцене московского театра «Новая опера». Здесь же 29 декабря артистка исполнит одну из своих любимых ролей. О предстоящем спектакле, серьезной конкуренции среди оперных певиц и хоровом прошлом Полина Шамаева рассказала в интервью ФАН.

— Почему почти все меццо мечтают спеть Кармен?

— «Кармен» — одна из самых популярных опер в мире, в которой меццо-сопрано исполняет главную партию и имя этой героини вынесено в название самой оперы. И если учесть, что для меццо-сопрано, в принципе, написано не так много ведущих партий в оперных спектаклях, то «Кармен» среди них, бесспорно, — самая яркая как в вокальном, так и драматургическом плане. Мне кажется, каждая женщина хочет почувствовать себя Карменситой.

Но для этой партии нужно дорасти. Во-первых — это огромный объем материала, пусть даже и вокальная партия написана удобно для голоса — в ней действительно нет запредельных технических трудностей, которые подвластны лишь нескольким певицам в мире, но Кармен фактически на протяжении всего спектакля не уходит со сцены, а это четыре действия и больше трех часов. Во-вторых — чтобы раскрыть образ этой героини, нужно иметь определенный жизненный опыт, пережить любовь в разных сценариях и эмоционально наполнить, раскрасить характер Кармен.

— А сколько лет Кармен ? В новелле Проспера Мериме речь идет о молодой испанской цыганке, а конкретного возраста не называется? Это принципиально?

— Хороший вопрос. Думаю, Кармен где-то за 30. Ведь она уже через многие испытания, в том числе любовные, прошла в своей жизни и в определенный момент решила, что вольна делать все, что хочет. Она свободна и выбирает то, что ей нравится, привычные вещи ей наскучили, и она ищет новые эмоции, ощущения. Поэтому, взявшись за эту роль, нужно постоянно находиться в тонусе и удерживать внимание зрителей динамичным действом, в котором нет проходных фрагментов. Расслабляться негде. Конечно, многое зависит от того, как видит образ режиссер-постановщик. У каждого большого мастера своя версия.

— То есть мнение певицы не учитывается?

— Двух одинаковых Кармен не бывает даже у одного и того же режиссера. Например, в одной постановке несколько исполнительниц этой роли, и каждая из них видит этот образ по-своему, каждая органична в своих переживаниях, и режиссера это устраивает. В такой многомерности образа и заключается магия Кармен.

— История знает немало интересных версий прочтения образа Кармен. Елена Образцова пела, например, босиком. Чем вы собираетесь удивить публику?

— У меня не стояло задачи обязательно чем-то поразить, удивить публику и превзойти все постановки этой оперы, которые были поставлены до меня. Я стремлюсь быть органичной в этом образе, поэтому по определению не могу быть на кого-то из других певиц похожа. Мы сошлись с режиссером в том, что Кармен — это сильная женщина, она своей харизмой перекрывает и Хозе, и Эскамильо. Она самодостаточна, она бандерша и с легкостью решает все вопросы и за себя, и за более слабых мужчин, ее окружающих. Я понимаю так свою героиню, хочется прожить этот образ максимально искренне, чтобы публика мне поверила.

— Сейчас в оперном мире очень много талантливых и ярких певиц. Конкуренция — это двигатель к совершенствованию мастерства или изматывающая нервотрепка?

— Певиц хороших сейчас действительно очень много. С одной стороны — конкуренция подстегивает в профессиональном плане. При этом когда ты видишь чужие успехи, достижения, а в нынешний век соцсетей мониторить ситуацию просто и можно быстро узнавать, где и какие спектакли в оперных театрах ставятся и с кем, какая была критика, то есть волнение, если честно. Но к вопросу конкуренции нужно подходить мудро и не нужно сравнивать себя с другими певицами. У каждого из нас свой путь, и нужно ориентироваться прежде всего на себя. Не стоит бояться конкуренции — нужно стремиться быть лучше себя вчерашней. В конце концов, виртуальная картинка в соцсетях может быть обманчива и лукава, а настоящее мастерство видно лишь на сцене и в живом спектакле.

— История знает примеры, когда молодые певицы заменяли приболевших примадонн, после чего карьера у них шла в гору. Так было с Монсеррат Кабалье (заменила Мэрилин Хорн в концерте в Карнеги-холле). Вы верите в его величество случай?

— Сегодня судьбу молодых певиц на Западе решают агенты. Они, как правило, и занимаются заменами, если исполнитель по каким-то причинам не может спеть спектакль. У нас в стране такая модель не работает. Есть лишь единичные случаи. Мы идем по пути, скорее, личных связей, знакомств...У меня был такой случай, когда внезапно заболела певица и мне позвонили с предложением ее заменить. Я выучила партию за две ночи и срочно вылетела в Казань, чтобы спеть партию Марты в опере «Иоланта» [Петра] Чайковского. К слову сказать, остальные певцы готовили свои партии в течение нескольких месяцев, прежде чем репетировать с маэстро Александром Сладковским.

— Дирижерско-хоровое прошлое помогает быстро читать и учить партитуры?

— Я с ним не порываю. В оперных проектах занята не так много, как многие мои коллеги. Я с удовольствием исполняю произведения в кантатно-ораториальном жанре. Часто пою с хоровыми коллективами в качестве солистки.

— Но такие концерты уступают по популярности опере. Плюс в кантатах, мессах, ораториях — сложнейшие партии для солистов. Вам не жалко своего голоса?

— Да, партии сложные. Я недавно собрала каталог из сочинений, спетых в этом жанре, и получилось, что их больше сорока. Причем некоторые звучали на сцене всего по одному разу. Но такие опыты интересны для интеллектуального развития, и всегда хочется узнавать что-то новое. Я исполняю очень много современной и старинной музыки, что, опять же, мне позволяет делать мое дирижерско-хоровое образование — быстро учить партитуры, с полуслова понимать дирижера. Это моя ниша.

Я не знаю других обладательниц меццо-сопрано, кто так охотно соглашался бы на такие проекты. Не так давно в Казани я исполняла сочинение классика авангарда [Карлхайнца] Штокхаузена на фестивале современной музыки имени Софии Губайдулиной.

Недавно спела мировую премьеру «Реквиема» американо-израильского композитора Эли Тамара для меццо-сопрано и смешанного хора в 14 частях. Я пела 45 минут практически без перерыва. Плюс сложнейшая по языку партитура, построенная на полутонах, и в отсутствии оркестра нужно держать строй. После этого Штокхаузен показался легким! (смеется). Конечно, можно было отказаться от этого проекта, но в этом случае велика вероятность, что это сочинение, написанное в период коронавируса, никто никогда не исполнит и не услышит. Это был вызов себе как профессиональный, так и личностный.

— Сейчас время умных певиц?

— Сейчас время жестких требований к певцам. Нужно не только быстро запоминать материал, но и правильно коммуницировать с приглашающей тебя на проект стороной. Важно, насколько ты можешь адекватно общаться с коллегами и создателями спектакля. Необходимы сильные актерские данные. Плюс ты должен хорошо выглядеть. Все хотят видеть на сцене певицу с модельной внешностью — стройную, высокую, и никого не интересует, что для красивого звучания голоса нужна не только школа, но и соответствующие физиологические данные — широкая грудная клетка. Ты должен быть топ-моделью, но при этом звучать как Монсеррат Кабалье! Вот такая головоломка, которую нужно решить, чтобы быть востребованным артистом.

Но часто от тебя не все зависит. Сейчас на кастинг на одну партию часто приходят по 20 певиц, и те люди, которые выбирают с самого начала, знают, что все претендентки поют хорошо, но им нужна, например, в данный момент высокая блондинка с голубыми глазами. Конечно, я немного утрирую, но, по сути, именно так проходят отборы.

— Оперный певец — это свободная профессия?

— В моем случае — да. Я пою только то, что хочу. Если мне не походит для голоса материал, я отказываюсь вне зависимости от размера гонорара. Я отказывалась от многих проектов и не жалею нисколько об этом. По большей части это современные проекты на политические темы. Я считаю, что музыка должна всех объединять, а не транслировать со сцены государственные конфликты. Чтобы участвовать в таких постановках, нужно хорошо разбираться в современной политике. Я прежде всего музыкант и большую часть жизни посвящаю вокальному искусству. Я считаю, что задача искусства — привносить гармонию в общество.

Полина Шамаева родилась в Майкопе в 1987 году. Окончила Воронежский музыкальный колледж имени Ростроповичей (2006-й, факультет хорового дирижирования) и Академию хорового искусства имени Попова по специальностям «Хоровое дирижирование» (2011) и «Сольное пение» (2016).

В 2016-м выступила на II Международном конкурсе вокалистов Евы Мартон (Будапешт) и в качестве спецприза конкурса получила престижное приглашение в Венгерскую государственную оперу на сезон 2017/2018 (постановка оперы Рихарда Штрауса «Ариадна на Наксосе», партия Композитора).

Шамаева сотрудничала с такими известными дирижерами, как Валерий Гергиев, Владимир Спиваков, Михаил Плетнев и другими. В репертуаре певицы более 20 оперных ролей, а также более 40 партий меццо-сопрано в произведениях кантатно-ораториального жанра.

С 2016 года солистка театра «Новая опера».