Друг оказался вдруг. Как в горах я узнал своих старых знакомых совсем с другой стороны
Склон тянулся вверх, к небу, терялся в облаках. Наша группа, рассыпавшись по белоснежной наклонной плоскости, ползла к скалам Ленца. Скалы — серо-коричневые груды камней — разбросаны тут и там до высоты чуть больше пяти километров. Где-то далеко внизу, даже не разглядеть уже, остались наши палатки. Погода в эти минуты хороша, а горы ослепительны: на снегу сверкает солнце, две вершины Эльбруса белеют на фоне синего неба.
Горы в последние годы стали популярны чисто по эстетическим соображениям: производители одежды создают красивую экипировку, фотографы снимают умопомрачительные пейзажи, моя лента в фейсбуке наполнена Непалом, Кавказом и Альпами. Мы же прилетели в Минеральные Воды, проехали несколько часов на автомобиле, выгрузили рюкзаки и отправились в путь к вершине стратовулкана Эльбрус: 5642 метра, самая высокая точка России.
Наш маршрут тянулся по северному склону, не такому популярному у восходителей, как южный. На южном, как известно, вся инфраструктура, хорошие приюты для ночевки, связь. Многие вообще большую часть подъема преодолевают на ратраках — доезжают на них чуть ли не к самой вершине. У нас же все менее роскошно: тащим двадцатикилограммовые рюкзаки на себе почти с самого низа, спим в палатках.
В первый день часов за восемь добрались до высоты 2800 метров и заночевали. Утром, как и ожидал по опыту предыдущих восхождений, проснулся с головной болью и депрессией: жизнь не удалась, скоро старость, я ничего не успел. Ощущения горной болезни обычно напоминают мне симптомы самого жуткого в жизни похмелья.
Снова выдвинулись в путь. Постепенно, с набором высоты, буйная природа, цветущие луга вокруг сменялись аскетичными видами, окружающий пейзаж серел, появился снег — сначала грязный, а чем выше, тем более сверкающе-белый.
Пройдя во второй день еще часов десять, мы добрались до места, откуда обычно штурмуют вершину: от отметки в 3600 метров до цели что-то около десяти часов пути. На небольшой территории у склона расставлено несколько десятков палаток, среди них и наши.
Где-то в районе этой высоты со многими восходителями уже начинаются чудесные превращения. Эти изменения ничуть не менее интересны, чем виды вокруг. Причина проста: чрезмерные нагрузки, к которым мало кто привык в обычной жизни. Плюс высотная гипоксия — болезненное состояние, связанное с кислородным голоданием из-за понижения парциального давления кислорода во вдыхаемом воздухе. Если объяснять по-человечески, каждый шаг на высоте дается с трудом: ты дышишь не в полную грудь, а словно половиной легкого. Даже по ровной местности двигаться нелегко, а когда предстоит идти несколько часов наверх, становится совсем туго.
«Внизу ты можешь как угодно цвести здоровьем, бегать по утрам, тягать штангу, а на высоте силы тебя могут оставить. Это нормально!» — сообщает наш гид Максим Богатырев, это он ведет нас к вершине.
У кого-то из нашей группы не выдерживают не только мышцы, но и нервы. Вот Миша, высокий большой парень, первую половину пути шел вальяжно и уверенно. Мне казалось, что уж он-то точно зайдет наверх. А потом вдруг словно что-то сломалось, треснула какая-то деталь: Миша внезапно отказался идти дальше. Заявил, что никакая вершина ему не нужна, он отправится вниз прямо сейчас. Ушел, устроив скандал. Богатырев, бывавший на разных горах по всему миру, взбиравшийся на Эверест и опасную Аконкагуа, сказал мне: «Бывает сложно предсказать, как кто-то покажет себя на высоте. Я видел, как здоровенные мужики, пышущие силами в городах, уже на 4500 метрах превращались в нытиков и чуть не плакали. Однажды топ-менеджер крупного российского бизнеса устроил мне истерику».
Выходим на штурм ночью, но не все. Пара человек из нашей группы решают остаться в лагере: нет сил. А вот Арсений — последние несколько лет он просидел рядом со мной за рабочим столом. Никогда не увлекался экстремальным спортом, не проявлял интереса к фитнес-залам. Поначалу вроде бы совершенно лишившись сил, он падает куда-то на снег и заявляет, что для него, пожалуй, поход закончился. А потом, словно найдя что-то внутри себя, встает и идет дальше: маленькими шагами, постоянно останавливаясь, но все же продвигается вперед и вверх.
Мы с ним вдвоем плетемся в гору — в самом конце нашей группы. Волочемся, оседаем на снег, но идем. Я подбадриваю себя и Арсения: «Давай десять шажочков. Топ-топ. Потом отдыхаем минуту».
Это тогда казалось нам великим планом: десять шагов и минута отдыха. Но именно так за час преодолели около сотни метров!
Что же касается нашего гида Максима, то вдруг из простого парня из Майкопа, того, который встретил нас в аэропорту Минеральных Вод (спортивные штаны, стоптанные кроссовки), он превратился в супергероя. В то время как мы еле передвигали ноги и хватали ртом воздух, Богатырев быстро и уверенно двигался по склону, контролируя обстановку, успевая пообщаться с каждым. В тот момент я вспомнил старую историю про него, о которой когда-то писал статью: Богатырев вынес нескольких погибающих человек из «зоны смерти» в Китае, с высоты 7000 метров. Макс заворачивал их, обессиленных, в спальники и стягивал по одному вниз. Когда чуть позже на Эльбрусе начнется буран, когда ветер задует со скоростью машин на шоссе, когда одна из девушек нашей группы временно потеряет зрение (травма глаза кусочками льда), именно Максим уверенно выведет всех через трещины и метель вниз, к лагерю.
Из-за бурана до вершины не дошел никто из нашей группы.
Я же повернул раньше, чем остальные, до непогоды, еще на высоте около 4800 метров. Начавшийся с раннего утра кашель выворачивал меня наизнанку, и, вспомнив, как с прошлых гор спустился с воспалением легких, я решил, что рисковать не буду.
Уже потом, размышляя обо всем, я подумал, что горы могут быть хороши и без вершины. И еще там, на склоне, я вдруг понял для себя важную вещь: в городе, где проводишь большую часть своей жизни, о людях, которые тебя окружают, непонятно ровным счетом ничего. Годами можешь думать, что Вадим О. — хороший друг: раз пять он довез тебя пьяного на такси до дома, одалживал до зарплаты, подарил на день рождения картину любимого художника… Но все это не значит ровным счетом ничего. Как поведет себя Вадим, если уровень нагрузок превысит предельный?
Какие банальные мысли, подумал я, отправляя в рот кусок шашлыка. Спустившись вниз, мы сидели с Арсением в одном из кафе Пятигорска. Я налил себе еще вина и подумал: зато теперь я знаю, как Арсений (любитель смешных видеороликов в Сети и хороших книг) может идти вперед, идти, когда воздуха не хватает и после каждого шага хочется сесть и отдохнуть.
Я достал смартфон и написал своему другу детства в Питер: «Надо нам сходить в горы…» Нет, не сходили пока.