Как пандемия повлияла на оборот наркотиков в России и в мире

Насколько серьезен этот вызов, оценили в Международной полицейской ассоциации.

В эту организацию входит более полумиллиона человек из 70 государств мира. Ее участники занимаются как правоохранительными проблемами, так и международным сотрудничеством в решении многих, общих для всех полицейских, гуманитарных проблем.

Российскую секцию Международной полицейской ассоциации возглавляет генерал-лейтенант, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист России Юрий Жданов.

Он рассказал "Российской газете" о тенденциях наркоторговли в условиях коронавирусной пандемии и глобального экономического кризиса.

Юрий Николаевич, в полицейских сводках сообщения о задержании наркокурьеров, ликвидации подпольных лабораторий и плантаций занимают львиную долю от всех прочих. По количеству они затмили телефонные и Интернет-мошенничества, не говоря об убийствах, грабежах и кражах. В каких российских регионах за первые пять месяцев этого года наиболее заметен рост наркопреступлений?

Юрий Жданов: В России действительно выросло число преступлений, связанных со сбытом, производством и пересылкой наркотиков. Особенно заметный рост произошел в Липецкой, Новгородской, Тульской, Челябинской, Псковской, Курской областях, Чувашской республике, Республиках Марий Эл и Дагестан, Ставропольском крае. Но через месяц-другой это печальное "первенство" может перейти другим регионам. Тут дело не в каких-либо особенностях той или иной области, республики или страны. Причины более глубокие и более общие.

Кто-то уже изучал серьезно эту проблему?

Юрий Жданов: Разумеется. Управлением ООН по наркотикам и преступности подготовлено исследование "COVID - 19 и цепь поставки и производства наркотиков". А Европейским центром мониторинга наркотиков и наркомании и Европолом опубликован доклад "COVID - 19: влияние на рынки Евросоюза". Эти документы представляют большой интерес для углубленного понимания происходящих событий и их влияния на национальную безопасность в нашей стране.

Какие выводы и прогнозы сделали эти эксперты?

Юрий Жданов: Они не утешительны. В краткосрочной перспективе нестабильность рынка наркотиков может привести к росту опасных методов употребления наркотиков и к появлению новых стратегий групп наркобизнеса, направленных на преодоление возникших препятствий. Люди, употребляющие наркотики, станут все чаще пользоваться даркнетом, чтобы преодолеть последствия личного контроля, а доставка наркотиков по почте будет пользоваться еще большей популярностью.

Например, распространение наркотиков с использованием почтовых услуг не прекращалось, и в странах ЕС его объем вырос. Для того, чтобы скрыть товар, преступники пользовались сложившейся ситуацией, например, растущим спросом на такие товары, как перчатки, маски и средства для дезинфекции рук, поскольку они надеются, что пограничный контроль за этими видами товаров окажется менее строгим. Так, в апреле 2020 года пограничный контроль в Великобритании обнаружил 14 килограммов кокаина, спрятанного в партии масок для лица.

Веб- и даркнет-рынки, социальные сети и защищенные шифрованные коммуникационные приложения теперь, по-видимому, играют более заметную роль в поиске наркотиков пользователями. Для отдельных сделок все больше пользуются доставкой на дом, количество личных сделок и зависимость от наличных денег как формы оплаты снижаются, и вполне возможно, что установившись, подобные поведенческие изменения сохранятся на долгий период времени. Весьма очевидно, что все новшества наркомафии сохранятся, потому что они гораздо удобнее для ведения бизнеса.

Кризис может усугубить социально-экономическое положение уязвимых групп населения, которые, в свою очередь, станут все чаще прибегать к незаконной деятельности.

Вы имеете в виду тех людей, которые в период пандемии потеряли работу?

Юрий Жданов: Да. Все большее число людей вполне может попытаться с помощью криминала компенсировать потерю законных доходов и безработицу.

Даже когда ограничения будут сняты?

Юрий Жданов: Так ведь для многих мало что изменится - работа уже потеряна, накопления потрачены, доходов нет. Экономические потрясения могут привести к росту потребления наркотиков, как уже неоднократно наблюдалось в прошлом.

В целом экономические последствия пандемии станут ключевым фактором в формировании будущего ландшафта организованной преступности.

Какие еще достижения науки и техники, кроме "электронной конспирации", используют наркодиллеры?

Юрий Жданов: Например, усовершенствовано снабжение наркотиками в тюрьмах .

Чтобы предотвратить распространение COVID-19 в тюрьмах, в некоторых странах были внесены изменения в тюремные правила. Например, ограничения на посещение и другие внешние контакты. Это косвенно привело к снижению доступности наркотиков и вызвало бурную реакцию заключенных во Франции, Италии, Испании и Великобритании. В этих более жестких условиях могут появиться новые методы незаконной доставки наркотиков в тюрьмы. Например, эксперты Европола ожидают, что вырастет количество случаев использования дронов, о чем свидетельствует инцидент вблизи периметра тюрьмы в Великобритании в мае 2020 года.

Но ведь от пандемии пострадали не только законные предприятия, но и подпольные фабрики. Особенно - глобальные цепочки поставок. Наркодельцы как-то корректируют свои бизнес-модели?

Юрий Жданов: На самом деле перевозка коммерческих грузов не была дестабилизирована настолько, насколько личный пассажирский транспорт. Поэтому трафик наркотиков морским транспортом или коммерческими воздушными перевозками в Европу, вероятно, продолжился в тех же масштабах, что и до пандемии.

Например, в конце марта голландские правоохранительные органы изъяли 2 тонны кокаина в порту Роттердама. В начале мая 500 килограммов кокаина было изъято с судна под флагом Черногории, следовавшего из Бразилии через Великобританию в Гамбургский порт в Германии. Кроме того, были изъятия героина и смолы каннабиса.

С 1 января по середину мая этого года в колумбийских портах было 10 изъятий кокаина, половина из которого предназначалась для Бельгии. Его вес составил 1 138 килограммов - это 73 процента от общего объема. Сравнение объема изъятого в Бельгии кокаина в первом квартале 2020 и 2019 годов демонстрирует, что в этом году он увеличился на 6 тонн по сравнению с 2019 годом - 18 тонн против 12 тонн.

И это несмотря на усиление пограничного и таможенного контроля, другие ограничительные меры?

Юрий Жданов: По-видимому, пандемия не достигла своего пика в основных регионах производства кокаина и регионах, охватывающих морские пункты погрузки Южной Америки. Правоохранительным органам в этих регионах приходится усиливать контроль за соблюдением общественного порядка и карантина, в результате чего они не могут уделить достаточное внимание борьбе с наркопреступностью. Имеется риск того, что в ближайшие несколько месяцев это приведет к дальнейшему сокращению проверок в пунктах отправления и к увеличению потока кокаина в ключевые пункты въезда в Европу.

А что с другим культовым наркотиком - героином?

Юрий Жданов: Примерно то же самое. Пандемия COVID-19 не оказала влияния на производство героина на сегодняшний момент. Но это неудивительно, принимая во внимание время сбора урожая опийного мака. Большая часть героина, продаваемого в Европе, производится из опийного мака, выращиваемого в Афганистане и перерабатываемого в героин в этом же регионе.

В этом году урожай опия пришелся на конец марта - начало июня. Во всех провинциях, выращивающих опийный мак, были подтверждены случаи COVID-19 , а во многих городах были введены ограничения на передвижение. Урожай зависит от очень большого числа сезонных рабочих, которые часто мигрируют из других районов страны или из соседних стран, например, Пакистана.

В западных и южных провинциях страны наблюдается нехватка сборщиков мака, в основном из-за закрытия официального пограничного перехода с Пакистаном. Однако, в процесс сбора мака активно вовлекаются женщины из хозяйств, занимающихся выращиванием этих растений, как, собственно, и все те, кто потерял работу в связи с кризисом из-за пандемии. Похоже, что по сравнению с предыдущими годами выросла и оплата труда занятых на уборку урожая 2020 года - примерно с одной шестой до одной трети от урожая, приходящегося на всех сборщиков, что говорит о возможной нехватке сборщиков и высокой урожайности.

А наркотрафик продолжается по большинству основных маршрутов.

Потребители героина составляют большую часть потребителей опиоидов в ЕС, то есть - почти 80 процентв от примерно 1,3 миллиона потребителей опиоидов высокого риска. Большинство потребителей героина страдают наркозависимостью, поэтому с большей долей вероятности можно заключить, что спрос остался на том же уровне, несмотря на пандемию COVID-19.

Кстати, Европе грех жаловаться на ввоз наркотиков. Она сама производит и экспортирует немало "дури"

Юрий Жданов: Это правда. Европа является важным производителем амфетамина, MDMA и метамфетамина для потребления на внутреннем и на экспортном рынках. Ни для кого не секрет, что производства амфетаминов и MDMA находятся в Нидерландах и Бельгии. Нидерланды и, в меньшей степени, Бельгия постепенно превращаются в производственные центры, выпускающие значительные объемы метамфетамина, предназначенного для трафика за пределы ЕС, в Японию и Австралию. Исторически, центром европейского производства метамфетамина была и остается Чехия. Однако главным поставщиком в Европу прекурсоров и химических веществ, используемых для изготовления наркотиков, является Китай.

Ограничения, связанные с пандемией COVID-19, не затронули производство синтетических наркотиков в Нидерландах и Бельгии. Например, нидерландская полиция ликвидировала лабораторию по производству синтетических наркотиков, оснащенную оборудованием, способным производить до 5 000 таблеток экстази в час. Нидерландская полиция также сообщила, что количество случаев сброса отходов нарколабораторий по сравнению с аналогичным периодом прошлого года не изменилось.

Кстати, эксперты отметили, что на синтетические наркотики даже несколько выросла розничная цена. Так, Дания сообщила о росте розничной цены амфетамина.

Понятно, что наркобизнесом в одиночку заниматься невозможно. Пандемия внесла какие-то изменения в структуру наркомафии?

Юрий Жданов: В структуру - вряд ли, скорее - в стратегию и тактику действий. В наркотрафике участвуют все типы организованных преступных групп - от иерархических организаций до разрозненных сетей, а также клановых или этнических. Они полагаются на брокеров для посредничества и установления контактов между ОПГ, специализирующихся на различных задачах. Таких как производство, транспорт и логистика, вывоз из порта, оптовая торговля и розничное распространение. Большое число ОПГ занимается предоставлением этих конкретных видов преступных услуг другим ОПГ в обмен на определенный процент от ожидаемой прибыли.

Сотрудничество весьма динамично и партнерские отношения часто длятся лишь небольшой период времени. Брокеры часто сотрудничают с ОПГ по отдельным сделкам или операциям и не поддерживают долгосрочных партнерских отношений. Из-за нестабильности этих отношений ОПГ и брокеры находятся в постоянном поиске новых потенциальных партнеров. Брокеры также играют ключевую роль в установлении контактов с посредниками в организации заказных убийств. Брокеры из ЕС присутствуют в регионах происхождения и производства кокаина для организации поставок крупных партий от имени все растущего числа разрозненных и сегментированных сетей наркотрафика. Брокеры базируются в ключевых точках, таких как Объединенные Арабские Эмираты, и предоставляют услуги по отмыванию денег, другие криминальные услуги, что подчеркивает исключительно международный характер глобальной торговли наркотиками.

Например, в относительно благополучной Швеции в 2019 году отмечалось большое количество инцидентов со стрельбой и взрывами, приведших к многочисленным убийствам и еще большему числу покушений на убийство. Все это - "разборки" внутри наркомафии. Известно, что доступ к огнестрельному оружию для многих ОПГ не представляет проблемы, несмотря на меры по борьбе с распространением COVID-19.

Как наркомафия воспользуется спадом в экономике?

Юрий Жданов: В более долгосрочной перспективе последствия пандемии COVID-19, вероятно, повлияют на отмывание доходов, полученных от нелегальных наркотиков. Экономический спад понизит барьеры для вовлечения в коррупцию и в другие практики, способствующие развитию наркобизнеса.

К примеру, обладающие крупными денежными средствами преступные организации могут взять под свой контроль финансово неблагополучные законные предприятия либо уже в настоящее время, либо в долгосрочной перспективе.

Не будем лукавить - абсолютно, под корень ликвидировать наркомафию невозможно. Но насколько реально в нынешних условиях ограничить ее деятельность?

Юрий Жданов: Реакция правоохранительных органов должна быть и, безусловно, будет. Вопрос - на что надо реагировать и как?

Производители, торговцы и распространители наркотиков преодолевают сегодня трудности, связанные с пандемией. Они, например, изобретают новые алгоритмы совершения преступлений, используя новые маршруты или переводя свою деятельность в он-лайн. Оперативная среда так называемой "новой нормальности", хотя и полна вызовов для правоохранительных органов, но и предоставляет возможность активизировать расследования опасных организованных преступлений.

Сегодня из-за частичного смещения оперативного внимания на охрану общественного порядка временно сократилось количество личного состава полиции, необходимое для проведения следственной и оперативно - розыскной работы в отношении серьезных ОПГ, вовлеченных в многочисленные виды преступлений. Задача всех правоохранительных органов состоит в том, чтобы не снижать активность в разработке высокорисковых ОПГ и их лидеров, которые занимаются крупномасштабным производством и оборотом наркотиков.