Куруш: Там, где лес не растет

Кизяк как основной вид топлива, валуны на крышах, даргинское чуду с капустой – это все Куруш. Самое высокогорное и южное село России. С видом на Базардюзю и священную гору Шалбуздаг, на которой, говорят, можно загадать желание – и оно обязательно сбудется. Куруш – самый высокогорный аул России и всей Европы (если границу между Европой и Азией проводить по Кавказскому хребту) и самый южный аул в России. Высота центра села – 2560 метров над уровнем моря. Расположен на юго-восточном склоне горы Шалбуздаг, в долине реки Усухчай. Численность населения – около 700 человек. Здесь вы сможете витать в облаках, чувствуя при этом под собой землю. Здесь попробуете свежий, горячий лезгинский хлеб, приготовленный с помощью высушенного навоза. И, наконец, где вы увидите столько капусты?! Море капусты! Если только в Акушинском районе. До Куруша (из Махачкалы) – 250 с лишним километров и примерно 4–5 часов езды. И если вы любите поспать в дороге, как я, забудьте об этом. Потому что вряд ли уснете. Горные дороги здесь – это почти как американские горки, только хуже. Изумрудный город и курицы-нефоры Останавливаемся в Магарамкенте – это первая и последняя наша остановка. Заправки (их было три) не в счет. Продавщица овощей и фруктов, не зная, что с нами переводчик, сказал своему коллеге на лезгинском языке: «Мы отсюда в Куруш не можем поехать, а они из России приехали». Тридцать минут по горным дорогам – и мы в Куруше. Первое, что я почувствовала, когда выходила из маршрутки, – это запах навоза. А чуть позже запах свободы (к запаху навоза я к тому времени, как ни странно, привыкла). Куруш зеленый. Дома почти все зеленого цвета. Иногда встречаются бордовые и синие. На крышах – валуны. – Чтобы шифер не снесло от сильного ветра. Это валуны с речки. Тут и снега много. Приходится убирать. В день пять-шесть раз меняется погода. То дождь, то туман, то солнце, то снег. – А газ у вас есть? – Газа нет. Деревья не растут, лесов нет у нас. Кизяком печку топим. Заборы из запасов кизяка на зиму здесь вокруг почти каждого дома. Куруш зеленый еще и потому, что здесь много зелени, много кустов картошки и капусты. Последнюю здесь добавляют в даргинское чуду. Не знаю, можно ли после этого называть его даргинским. – Капуста, картошка, мясо – это ПП-чуду даргинское (ПП – правильное питание. – «МД»). Капусту у меня мама добавляет, чтобы облегчить пищеварение. Некоторые капусту не любят, не добавляют, – объясняет Эльнара, наша попутчица и переводчица. В одном из дворов обнаруживаем розовых куриц. – А почему курицы крашеные? – спрашиваю у хозяйки дома. – Не знаю. Просто так, – отвечает немногословная женщина в халате того же цвета, в который выкрашены ее куры. Как выяснилось позже, это курицы-«нефоры». А если честно, так делают, чтобы не перепутать свою курицу с чужой. Вдруг вы не знали. Жизнь среди волков Курушцы (не все, наверное, а только те, кого мы встретили, гуляя по селу) называют людей, не говорящих на лезгинском языке, русскими. В селе есть все что нужно: «Почта есть. Есть мечеть. Школа есть, и она рядом со спортзалом – это центр села. Учителя все местные. Детей сейчас мало. В каждом классе по три-четыре человека. А раньше, когда мы учились, до 2015 года, по 20 было. Все уехали в город учиться», – рассказывает нам местный житель. Почта двухэтажная. На первом этаже – скот, на втором – люди. По такому же принципу построены дома. В Куруше есть дорожные знаки – даже обозначающий второстепенную дорогу. Здесь есть овцы, а значит, волки, а значит, и собаки, которые защищают овец. – А ружья у всех есть? – Да. У всех. Волки нападают на овец. В последний раз 12 забрали. Замужество как работа Жили мы в гостевом доме с домашним туалетом и ванной! Вместе с жителями дома, которые выделили нам кухню и спальню. На обед хозяева приготовили для нас безумно вкусный тонкий хинкал, посыпанный фаршем и зеленью. Сыр, помидоры, огурцы, лезгинский хлеб – по умолчанию. Проснулись вместе с криком петуха и продолжили путешествие по селу, надеясь все еще увидеть Базардюзю и Шалбуздаг во всей красе. Но облака отказывались рассеиваться. Хотя мне и так нравилось. Гулять по селу лучше в резиновых сапогах: «Природа нас испачкала (навоз) и сама же очистила (трава)». Хотя женщины умудряются в туфлях на каблуках и платьях. Но им можно, у них свадьба. А какая свадьба без ссоры или драки? Старший (лет 45) не разрешает брать ключи от машины или мотоцикла младшему (едва совершеннолетнему) с виду, который может напиться и сесть за руль. Младший: «Я что, маленький?» Мне говорят, что «сейчас на одного человека, который работает с четырех утра, стало больше в селе». «Кто это?» – интересуюсь. «Невеста. Когда замуж выходят, золовка отдыхает, а невестка работает». А мужчины что-то бурно обсуждают на годекане и машут рукой, приветствуя туристов. – Как вам Куруш? – Очень нравится, красиво.