Компромисс или уловка? Что значит для Украины нейтралитет по-шведски и к чему это приведет
Представители Киева предлагают создание на Украине демилитаризованного государства по типу Австрии или Швеции, сообщил руководитель российской делегации, помощник президента России Владимир Мединский. Это заявление можно считать первым сдвигом в позиции «самостийников», вынужденных считаться с продолжающимся расширением зоны контроля ВС РФ на украинской территории. Что может означать этот предложенный статус, чем вызвана такая инициатива и как она может сказаться на ходе военной операции российских военных, попытался понять журналист amic.ru Андрей Магас.
Вена или Стокгольм как образцы
Мединский рассказал, что в ходе переговоров обсуждается целый комплекс вопросов — сохранение и развитие нейтрального статуса Украины, ее демилитаризация, возможный размер ВСУ в будущем и др. По его словам, эти моменты также обсуждаются представителями министерств обороны двух государств. Он напомнил, что «именно при условии нейтралитета Украина вышла из состава Советского Союза в 1991 году, и этот нейтралитет записан в Декларации о суверенитете Украины». Также, по словам помощника президента РФ, для российской стороны ключевыми остаются вопросы статуса Крыма и Донбасса, права русскоязычных граждан и денацификация.
На эту новость уже откликнулся пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. Он сообщил, что австрийский или шведский вариант демилитаризованного нейтрального государства «действительно сейчас обсуждается и может рассматриваться как определенный компромисс».
Эксперт указывает, что Украина находится на геополитическом разломе, она часто была буферным государством, находившимся между Московским царством и Речью Посполитой, Советским Союзом и враждебной Польшей в предвоенный период, а также Россией и западным блоком — в постсоветский.
«Поэтому нейтральный статус для нее может носить исключительно временный характер — все равно довольно скоро она станет уходить от него, а политический маятник быстро качнется или в сторону России, либо коллективного Запада», — заключает эксперт.
При этом Александр Перенджиев вообще сомневается, что целью российско-украинских переговоров является определение статуса сопредельного государства.
«Для России главное — отработать управление отношениями в ходе вооруженного конфликта. Результат здесь не столь важен, потому что любые договоренности, в частности о гуманитарных коридорах, другая сторона отвергает или не соблюдает. Поэтому важно отработать переговорную модель как таковую», — убежден эксперт.