Меня не любят родители — что делать подростку
Что такое любовь для ребенка, и как быть услышанным теми, кто тебе ближе всего.
Родители часто хотят лучшего для своих детей, но это не обязательно означает, что они на самом деле знают, что есть правильно. Жизненный опыт, несомненно, помогает многим из них видеть дальше, осознавать проблему глубже, понимать больше, чем подростку, который ослеплен влечением, бунтует, самовыражается и т. д. Здесь важно понимать: родители действительно часто хотят избавить своих детей от болезненных уроков жизни. Но что делать если, вы, подросток, абсолютно уверены в том, что родители вас не любят, что они никогда вас не поддерживают, не советуют и не беседуют, а приказывают, не объясняют, да и вообще общаются с вами по принципу «есть мое мнение и неправильное»?
Я поговорила с Евгением Евгеньевичем Крашенинниковым, кандидатом психологических наук, доцентом кафедры психологии образования и педагогики факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова, старшим научным сотрудником лаборатории психологии детства и цифровой социализации Федерального научного центра психологических и междисциплинарных исследований, отцом пятерых детей, о том, что делать, когда вы искренне считаете, что ваши родители ошибаются, и что они вас попросту не любят.
Любовь, как мне кажется, понятие настолько относительное или, если угодно, многогранное, что мы часто не вникаем в суть. Ведь есть те, кто кинут к ногам весь мир; есть те, кто будет очень сильно любить, но будет флегматичным; есть те, кто много про это говорит, но мало делает. А еще есть нарциссы, одержимые, параноики и просто люди с психологическими травмами — и у каждого из них своя любовь (да, болезненная, и, как говорится, и бесплатно такая не нужна, но все же). Так что же это такое — любовь? Что такое безусловная любовь матери или отца? Что такое любовь между мужчиной и женщиной? Что такое любовь в 15 лет, в 30 и в 50?
Мы все употребляем в речи слово «любовь». Как по отношению к людям, так и к животным, книгам, природе и т. п. Нас сейчас интересует любовь как характеристика отношений между людьми. И тут главное — не перепутать, не назвать любовью то, что ею не является.
Такое суждение иногда вызывает недоумение или негодование: «Как это?! То есть, нужно дать определение любви? Любви, которая у каждого разная?» Да, разная. И даже не у каждого, а у одного человека любовь к старшекласснику в седьмом классе (бросает в краску, подгибаются ноги) и к однокласснику в девятом (взглянуть искоса, повести плечами) может сильно различаться во внешних проявлениях. Но тут важно, что именно во внешних. Потому что если мы два непохожих сюжета называем одним словом, то, значит, между ними должно быть существенное родство. И если мы в речи употребляем какое-то слово, то у него должно быть объективное, общее значение. Иначе юноша девушке объявляет, что ее любит, и она предполагает, что он собрался жить с ней до самой смерти в беде и радости и умереть в один день, а ему всего лишь хотелось пожить некоторое время в четырехкомнатной квартире на Садовом кольце.
При этом русский язык предлагает множество слов для описания отношений между теми же мужчиной и женщиной: страсть, похоть, влюблённость, интерес, вожделение, симпатия и т.п. Главное, помнить, что любовь — это не эмоция, а целостное состояние, при котором другой человек для тебя так важен, что ты хочешь, чтобы ему было хорошо во всех отношениях.
Чтобы ему было — а не тебе. Себе — это уже бонус. Потому что любовь всегда подразумевает другого человека. И чтобы его любить, надо его знать. Знать реального, истинного. Ведь нельзя же сказать: «Я люблю Сашу», а на вопрос: «А кто это?» — ответить: «Да не знаю: Саша – и все!» Если у нас в сознании придуманный образ Саши, не совпадающий с его свойствами личности в жизни, то значит, мы любим не его, а свой образ, образ, который находится в нас — то есть, свое, то есть, себя. А для этого можно подобрать в языке слова «себялюбие», «самолюбование» или иные — важно лишь, что это не будет про любовь.
Если рассматривать вопрос любви родителей к своему ребенку глобально — что бы вы, как специалист в психологии, назвали «родители не любят своего ребенка»?
Это означает, в первую очередь, что он им не интересен. Именно он — такой, какой есть.
Существует множество родителей, у которых как будто бы «вся жизнь в ребенке»: они что-то вечно ему покупают, что-то стирают, куда-то его водят, что-то ему вещают — да еще ночами не спят, волнуясь, а не забудет ли он послезавтра почистить зубы и не запутается ли в шнурках от кед на соревнованиях по стоклеточным шашкам. А ребенку все это не надо! Его не интересует эта одежда, он слушает другую музыку, а из всех видов спорта больше всего любит просмотр комиксов про Песочного Человека. И тогда получается, что «любящие» и заботливые родители все вышеперечисленное делали для себя, а не из любви к ребенку.
Нет, я ни в коем случае не утверждаю, что надо только удовлетворять все запросы самого ребенка и потакать всем его становящимся и достаточно хаотичным вкусам. Нет, конечно! Но чтобы его развивать, для начала надо его узнать.
Любовь к ребенку со стороны родителей будет, если так можно выразиться, меняться — к малышу это будут одни чувства, потому что он кроха, потому ничего еще не умеет и требует гораздо больше внимания. К младшекласснику уже «подход» другой. Что уж говорить о подростках, которые часто бунтуют, у которых уже масса своих секретов, уже даже есть какая-то своя жизнь. Как подростку понять, что его не стали меньше любить, а просто он взрослеет и «сюсюкаться» с ним, как раньше, просто уже даже неприлично? Кстати, это также касается такого момента: старшему ребенку кажется, что младшего любят больше.
Вот какой парадокс возникает в отношении подростка. Если любовь начинается с познания и понимания, то это может выражаться и, например, в том, чтобы не приставать к человеку со своей заботой тогда, когда ему этого не хочется. А подросток как раз и стремится быть очень самостоятельным; избыточная забота и чрезмерное внимание могут вызывать только отторжение.
Поэтому, чтобы лучше его знать, в семье в предыдущие возрасты должна быть создана доверительная атмосфера. Нет, в результате пятнадцатилетний отрок не прибежит к вам с жалобой, почему Земфира охладела и теперь не с ним слушает песни группы «Дайте танк!», а дома у Оскара перелистывает последние номера журнала «Играющий мальчик» на пару с хозяином. Но он будет внимательно слушать, когда родители за обеденным столом начнут вспоминать свои школьные увлечения, не ревнуя при этом друг друга к поцелуям с одноклассниками в кабинете пения и младшеклассницами в школьном тире; и как вы спорили с мамой о возможной длине юбки, а папа ваш приходил вечером из гаража в состоянии человека, пришедшего вечером из гаража. И подросток (хоть он, хоть она), может, даже ухмыльнется и криво пошутит — но он услышит, и какой-то опыт переживаний сможет применить и к своей жизни.
При этом, как вы точно заметили, несмотря на внешнее отторжение, подростку нужна и родительская ласка, и внимание. Просто это нужно делать аккуратно и исподволь: не надо уже поправлять ему шарфик перед выходом на мороз плюс два градуса и целовать при тете Зое, а лучше потрепать по плечу и ткнуть мягко в бок, сопровождая полушуткой. Что интересно, девочки в этом отношении не сильно отличаются от мальчиков, и восьмиклассниц, рассказывающих маме все про то, как пустынной улицей вдвоём с ним куда-то она шла, он курил, а она ела конфетку — таких дочерей в жизни мы встретим не сильно чаще, чем мальчиков, делящихся с папашами переживаниями, когда его девушка больна.
Стоит ли подростку набраться смелости и спросить родителей прямо — «вы меня больше не любите?»? Или, может, прямо сказать «вы меня никогда не любили и не любите». Есть ли что-то, о чем нужно подумать прежде, чем такое сказать?
Я понимаю, что нас сейчас читают не подростки. Но предположим, кто-то из них случайно заглянул через плечо отца, прильнувшего к монитору и изучающего психологию в нашем исполнении. И тогда я обращусь к ним (а заодно и ко взрослым): никогда не задавайте вопрос про любовь. Ни в отрицательной форме (ты меня не любишь?), ни в положительной (а ты меня любишь?). Во-первых, потому что, как уже выше обсуждалось, любовь — понятие сложное, мало кто твердо формулировал для себя, что это такое. А тогда и на ваш вопрос может возникнуть заминка, которая в реальности ничего не значит, но может нанести серьезную рану. Во-вторых, о любви вообще говорить не надо. Те, кто постоянно говорят ребенку «я тебя люблю», потому что прочитали в интернете, что нужно говорить эти слова как можно чаще, и само понятие любви дискредитируют (ведь одно из проявлений любви не зря имеет синоним «интимная жизнь», то есть не предъявляемая напоказ), и недоверие у ребенка формируют. Ну и в-третьих, надо помнить, что жизнь не статична, и в ней все может меняться.
Однажды мой школьный друг, будучи десятиклассником, познакомился с девочкой на два года младше, выгуливавшей своего добермана. Они гуляли по сентябрьскому Магадану и разговаривали о бруснике и Роберте Бернсе. А через несколько недель он взбодрился и спросил, любит ли она его. На что получил очень хороший ответ, что он замечательный человек, что она готова и дальше обсуждать с ним морошку и прозу Альберта Мифтахутдинова, но вот так, чтобы ответить «да», она не готова. Как вы думаете, что сделал мой друг? Надеюсь, читающие эти строки, обрадовались бы, что всё развивается хорошо, и продолжили бы хождения, постепенно заходя греться на квартиру и склоняться над альбомами с репродукциями Вильяма Бугро. Но друг мой уловил только то, что ответа не было, и история получила развитие, но уже с другими девушками. А не стал бы спрашивать, может, выгуливал бы сейчас четвёртое поколение доберманов.
Ну и слова произнесенные становятся реальностью, которая уже никуда не девается. Так что не нужно провоцировать детей на обсуждение того, кто кого как любит, кто больше, а кто и не любил.
Как вообще подростку выстраивать разговоры с непростыми родителями? Например, строгий отец, замотанная мать — у таких родителей любой вопрос может восприниматься в штыки. Как подростку не бояться спросить про эту самую любовь таких родителей? Есть ли инструменты (психологического характера), как подростку самостоятельно понять, что родители просто, может, не умеют выразить любовь словами, но на деле-то они показывают и заботу, и любовь?
В семье должен быть друг. Взрослый человек, друг родителей. Это может быть и мужчина, и женщина. Человек, которому подросток доверяет. Который его не воспитывает, но при этом «учит жизни» — так, что подросток не догадывается, что его учат. Который рассказывает про жизнь такое, что родителям рассказывать было бы неуютно. Который может и острые темы затронуть и даже что-то напрямик спросить. Помните, дядю в романе Юрия Коринца «Там вдали, за рекой»? Или Сириуса Блэка — крестного непростого мальчика, попадавшего из одной передряги в другую? Или Мэри Поппинс — да она была няней, но при этом как раз таким старшим другом своих воспитанников. Или вожатого из фильма «Друг мой Колька»?
Вот с таким человеком подростку комфортнее всего и полезнее обсуждать и свои отношения с родителями. Так как друг семьи любит и старших, и младших, то он будет хорошим посредником при выстраивании отношений, особенно в ситуации кризиса.
Что делать в случаях, когда ни на словах, ни на делах родители никакой любви не показывают? Что, если родители и правда не любят своего ребенка?
Странно, наверное, прозвучит фраза, но можно учиться любить своего ребенка. Я уже говорил, что любовь — это не эмоция. Да, конечно, она сопровождается переживаниями, но суть ее не в этом. Любовь — это желание добра.
Однажды, когда я был студентом, к нам на вечерний студенческий клуб пришел Семен Львович Соловейчик, замечательный педагог, автор книги «Учение с увлечением» и манифеста «Педагогика сотрудничества». Разговор зашёл как раз о любви; так как учился я на педагогическом факультете, то о любви к ученикам. И один старшекурсник спросил: «А что делать, если я не люблю своего ученика?» И он, и все зрители восприняли вопрос, как риторический: ну, действительно – что тут поделаешь… А Симон Львович посмотрел на него и после секундной паузы ответил: «Любить».
Если не любите, так начинайте любить! Для начала заботиться о нем — не тогда, когда ребенок перед глазами, а когда он отсутствует, а вы заранее думаете о том, как его встретить, когда он вернётся из школы. Не лезть в душу с расспросами, видя его угрюмое лицо: «Что? Что случилось? Нет, ты скажи — случилось что?» Знать его друзей, слушать его музыку — а вдруг в какой-то момент и вам понравится? Смотреть аниме, читать мангу, знать, кто такой Влад А4 и кто победил в полуфинале «Швайнкрафта». Не варить ему брокколи, «потому что это полезно», и уж тем более не убеждать, что это ради него, и что он это любил в три года.
Может, тогда и он в какой-то момент скажет: «Мама, ты сегодня устала, давай я сам посуду помою». Что, как вы понимаете, в переводе на русский язык означает: «Мама, я тебя люблю».
Любовь родителей, конечно, очень важна. Но что, если любви нет, — как принять и понять, что это не единственно важное в жизни? Это очень тяжело, это обидно и больно, но как найти в себе силы жить дальше; понять, что ты сам так со своими детьми никогда себя вести не будешь? Что нужно просто потерпеть до того момента, когда сможешь уже уйти в самостоятельную жизнь? Как вообще принять всю эту ситуацию?
Да, увы, такое тоже возможно. Да, действительно, есть родители, которые детей своих не любят. При этом в современной культуре пропагандируется идея, что лучше всего быть всегда искренним и ориентироваться на свои чувства. Ну не люблю его — и все. И родители не просто не любят, но и бравируют этим да ещё и перед ребёнком.
И, к сожалению, у этой ситуации может быть ещё одно прискорбное продолжение. Вот, казалось бы, как должна вести себя девочка, которая в детстве была лишена родительской любви, в ситуации, когда сама стала мамой? Логично, что она всё сделает так, чтобы такого не повторилось в ее семье. А в реальности очень часто бывает по-другому. Недолюбленный ребенок (или считающий, что его недолюбили) начинает бессознательно, а иногда даже и сознательно «мстить» своим детям, на них вымещать то, что наблюдал в своём детстве.
Тут нет никаких советов психологических; психология на многие вопросы не дает ответа. Но это не значит, что ответа нет; просто его надо искать в других сферах — тех, которые формируют ценности: в философии, в религии, формируя у себя понимание, зачем нужна жизнь и что есть добро.
Может ли подросток понять, как на него повлияло плохое отношение родителей и постараться поменяться? Например, подросток часто огрызается, хамит, обижает младших — как ему понять, что это в нем может говорить боль от того, что родители его не любят, дома нет никакого семейного тепла, задушевных бесед. Как не начать ненавидеть этот мир и всех окружающих?
Подросток находится в ситуации глобального изменения — физического, физиологического, психологического. Это возраст, который характеризуется потерей идентичности; трудно ответить на вопрос: какой я? Раньше нравилось бегать с ребятами во дворе, а теперь это кажется нелепым. Раньше мальчики (девочки) казались чудаковатыми существами, а теперь хочется быть именно в их компании. И странные физиологические явления в себе, говорить о которых не с кем, тоже не прибавляют уверенности.
И развитие в результате может пойти не по продуктивному пути. Подросток может найти компанию таких же, как он, у кого непонятно что за душой, но которые вместе воспринимают себя, как силу: особенно если у них на толстовках одинаковая символика, едины причёска и татуировки, и окружающие шарахаются по сторонам. А еще появляется лидер — такой же никакой, как и мы, но при этом сумевший стать главным; а значит и я — я! никто! — тоже могу им стать!
Чтобы этого не произошло, подросток должен понять, что он не пуст, что в нем есть много интересного. Значит, надо до кризиса, до подросткового возраста пробовать наполнить его жизнь этим интересным, что останется с ним и в дальнейшем. А для этого надо пробовать и искать — искать себя в разных деятельностях, менять увлечения, экспериментировать со своим досугом, сходиться и расходиться с новыми друзьями, задавать вопросы и искать ответы.
Как подростку общаться с родителями, которые его не любят?
Любая жизненная ситуация может повлиять на человека двояко: либо вогнать в состояние ступора, либо стать стимулом к развитию. Но ведь от того, что мы скажем это подростку (да и взрослому), ничего не изменится. Поэтому лучше прибегать к опосредованному влиянию. И это, в первую очередь, кино и книги. В этом отношении, роль старшего друга, о котором я говорил выше, может выполнить Чарльз Диккенс и Ролан Быков, Тамара Михеева и Джоан Роулинг, Илья Фрэз и Владислав Крапивин, Лариса Романовская и Александр Митта.
А еще помните: мы все были подростками, у нас у всех были трудности с родителями и переживания, все мы стали взрослыми и все-таки справляемся с жизненными задачами, и иногда даже очень неплохо. Так что и они справятся.