От шин до аккумуляторов: какие автозапчасти было не купить в СССР
Действительно, настрой покупателей был определенным: бери, а то завтра этого не будет! Продают предохранители на 8 А или на 16 А – надо брать. Выбросили тормозные колодки – надо хватать комплект: вот они уже лежат по четыре штуки, в промасленную бумагу завернутые. Дают моторное масло – занимаешь очередь и бежишь звонить знакомым: дуй сюда, мол… Видишь распредвал – грустно отходишь в сторону: это для «Волги», поэтому никто и не берет… На газовских машинах они вообще не изнашиваются.
Но были такие запчасти, которые в свободную продажу практически никогда не попадали. Почему – вопрос другой. Начнем с шин. Даже не с зимних, а с обычных.
Опять-таки, покрышки для той же Волги в продаже были почти всегда. А вот с жигулевскими шинами – беда. А с учетом того, что выхаживали эти покрышки до обидного мало – тысяч по 30-40, становилось совсем грустно: где их брать-то? Но, к счастью, молва иногда приносила добрую весть: в субботу в магазине таком-то будет запись!
Дальше все было предсказуемо. Приехать в магазин, убедиться, что перед тобой топчутся уже человек сто-двести, добраться до головы очереди, найти человечка, который добровольно всех записывает на листик бумажки, продиктовать ему свою фамилию, узнать свой порядковый номер, тут же выяснить, что надо иметь почтовую открытку, которую у тебя заберут, броситься искать открытку, по дороге объясняя вновь прибывшим, что нужно делать… Часов, эдак, через 5-6 ты оказывался под крышей магазина, поглядывая свысока на мокнущую снаружи очередь. Показываешь техпаспорт, сдаешь открытку местным героям труда (а вдруг неправильно заполнил – надо было пару штук сразу купить!) и делаешь глубокий вдох: на сегодня – всё! Через Эн месяцев, обнаружив открытку у себя в почтовом ящике, выходишь на финишную прямую. Берешь деньги – самая простая шина 6.15х13 для Жигулей стоила примерно 60 ₽, а брали, как правило, комплект из пяти покрышек: итого – триста рэ. Добираешься до магазина, предъявляешь открытку, несешь деньги в кассу, получаешь рукописную отметку в техпаспорте (он был в виде книжечки) и навьючиваешь на себя вожделенный дефицит. Кстати, отметка в техпаспорте говорила о том, что в ближайшее время ни тебе, ни твоим иногородним знакомым в этом магазине уже ничего не продадут…
Примерно такой же алгоритм действовал при попытках приобрести аккумуляторную батарею. Но там была дополнительная сложность. Мало записаться и недостаточно предъявить открытку: необходимо еще сдать справку о том, что свою старую батарею ты официально сдал на переработку. При этом – о ужас! – не приведи Бог сдать батарею не там, где требуется. Например, такие организации, как Мостехобслуживание и Мособлтехосблуживание почему-то не признавали справок, выданных братьями по разуму. Скажем, если москвич сдал батарею в Люберцах и получил там справку – гуляй, Вася… Вместе со своей справкой – у нас они не действуют! Кстати, батарея 6СТ-55 стоила примерно 60 рублей.
Супердефицитной деталью эпохи 70-х почему-то стал жигулевский распределительный вал. За него добрые люди просили по 250 – 300 рублей: сколько он стоил на самом деле, уже никто и не помнил. Раз в двадцать дешевле как минимум. Записаться на него было почти невозможно – проще было посетить черный рынок. Одно время жутким дефицитом были задние тормозные цилиндры, но на них никто и не записывал: ищите сами, мол.
В целом поиск запчастей порой напоминал охоту на редкого зверя: выследить, устроить засаду, произвести точный выстрел… Но это было привычной нормой жизни, а покупка тех же шин приносила радость. Сегодня это, конечно же, трудно понять.