В Бейруте в результате взрыва разрушены памятники истории и культуры
В Бейруте в результате мощного взрыва в порту разрушены памятники истории и культуры.
Разрушенный город с высоты птичьего полета. Трагедия в порту — это не только огромные человеческие жертвы и разрушения, но и удар по культурному наследию.
Роскошное прошлое Бейрута можно увидеть в этих изысканных арках и кусках декоративной лепнины. Это здание Министерства иностранных дел Ливана. Постройка начала ХХ века. Такой восточный стиль с итальянскими нотками. Вот так здание выглядит после разрушительного взрыва.
Ашрафия — христианский район Бейрута. Некогда роскошный особняк навевает лишь тоску о былой красоте. Дворец принадлежал Генри Фараону — политику и бизнесмену. Именно он, кстати, придумал ливанский флаг.
Дворец Сурсок. Здание, построенное 160 лет назад, пережило обе мировые и гражданскую войну. Теперь в полуразрушенном музее гуляет ветер.
То ли итальянская вилла, то ли мавританский дворец — в сердце исторического Бейрута на вершине холма с видом на разрушенный порт. В просторном саду прошел не один аристократический прием. А это — музей современного искусства, расположенный на этой же улице. Сотрудники музея — в касках, так как устойчивость бетонных перекрытий никто гарантировать не может. Одна из крупнейший культурных площадок Ближнего Востока. Ударной волной уничтожены три зала и десятки экспонатов.
Мириэль Каваджи, руководитель службы коммуникации Музея современного искусства в Бейруте: «Мы видим здесь металлические конструкции. Они были огромные, на всю стену. На них крепились картины».
Григорий Серов — известный в Ливане архитектор. Родился и вырос в Бейруте. В свое время реставрировал дворец Сурсок. А еще он родной внук знаменитого живописца Валентина Серова, сын которого эмигрировал в Ливан еще до революции. Вот он — в пронизанной ощущением мимолётности картине «Дети».
Бейрут, конечно, не был центром русской эмиграции, но заметный русский след в развитии Ливана остался. В начале ХХ века сюда приезжали инженеры и техники, бывшие офицеры армии и флота. Ядром русской колонии стали топографы и чертежники кадастровой службы.
«Колония русская, много было их, думаю, 400 семей, может быть. И другие русские приезжали из других стран. Первая волна началась с русскими топографами», — рассказал архитектор Григорий Серов.
Христианское кладбище в центре Бейрута. Сотни фамилий на кириллице. Наши соотечественники, внесшие весомый вклад в развитие экономики и культуры страны. Здесь, например, похоронена оперная певица, звезда Мариинки, которая блистала на сценах Милана и Парижа, Лидия Липковская. Здесь же — живописцы и музыканты. Наши соотечественники воспитали целое поколение исполнителей и композиторов. Прежде всего это Аркадий Кугель — основатель первого в Ливане симфонического оркестра и института музыки. В Бейруте проводили русские балы, на которые съезжались богатейшие женихи со всего Ближнего Востока. В городе была школа русского языка.
Это, пожалуй, самое красивое место Бейрута. Городская набережная. С одной стороны море, с другой — элитные дома, рестораны и отели. К строительству этого района приложили руку выходцы из России. Сегодня для жителей ливанской столицы — это излюбленное место для прогулок.
В городе до сих пор ходит легенда: сделать ее такой широкой, с большой пешеходной зоной, предложил именно русский инженер. Ударная волна после взрыва в порту обошла этот район стороной.
Евгений Давыдов
Новости культуры