А судьи кто? Российское правосудие накануне грандиозной чистки

Общие и частные вопросы, связанные с реализацией правосудия в нашей стране, вынесены на повестку заседания Пленума Верховного Суда РФ (ВС), которое запланировано на 9 декабря. В современной России, пожалуй, ещё никогда не ждали этого события с таким нетерпением не только профессионалы, но простые граждане.

Многих россиян задела за живое ситуация, известная как «казус Долиной». Из-за странной трактовки судом обстоятельств дела о продаже квартиры певицей, добросовестный покупатель остался без жилья и без денег. Всего же по стране подобных дел насчитывается до трёх тысяч, а злополучную схему стали применять многие.

Помимо прямых убытков по конкретным делам, подобная практика подрывает доверие людей к институту частной собственности, к судебной системе и государству в целом, как гаранту права граждан на защиту. Обещания возврата денег «обездолиным» должны быть системно закреплены на будущее особым решением Пленума Верховного Суда.

Это лишь частный случай, правда, касающийся миллионов россиян, но множество кусков самой разнообразной, подчас удивительной, информации о судебных решениях, системе правосудия и о судьях персонально, вызывают всё больше сомнений в адекватности этой ветви власти, призванной служить справедливым арбитром в спорах всех уровней.

Арбитры сами должны быть безупречны. Однако выяснилось, что в стране существуют судьи-миллиардеры. Пусть не по всем случаям прошли разбирательства, ясно, что госслужащие вряд ли могут легально стать обладателями такого масштаба состояний. Многие имели целую «грибницу» номинальных владельцев активов, включая родню.

У бывшего главы Верховного суда Адыгеи Аслана Трахова государство забирает активы на 5,4 млрд рублей. По версии Генпрокуратуры, они имеют коррупционное происхождение. Ранее у экс-судьи, признавшегося в коррупционном проступке, отобрали имущество на 13 млрд рублей. Итого — 18 млрд — почти полбюджета республики.

В доход государства подлежат обращению более 630 объектов недвижимости, в том числе 442 земельных участка, 174 нежилых здания и помещения коммерческого назначения, 8 особняков и 9 квартир. А также ряд крупных сельхозпредприятий, зарабатывающих на тёплой краснодарской земле многие миллиарды.

У земляка Трахова и коллеги по судебной системе — бывшего председателя Краснодарского краевого суда Александра Чернова были изъяты активы на 13 млрд рублей: 87 объектов недвижимости, включая земельные участки, коммерческие здания и квартиры. Крупнейшим изъятием стало сельхозпредприятие с 5 тыс. га пахотных земель.

Наивысшее положение в судейской иерархии из раскулаченных занимал судья Верховного суда, глава Совета судей России Виктор Момотов, чья мошна после удовлетворения иска прокуратуры полегчала «всего» на 9 млрд рублей. Оспаривать решение об изъятии у него активов Мамотов не стал. Фактически признал вину.

«Ненасытная жажда корысти дошла до того, что некоторые места, учреждаемые для правосудия, сделались торжищем, лихоимство и пристрастие — предводительством судей, а потворство и опущение — одобрением беззаконникам» — такие слова из указа императрицы Елизаветы цитировал в суде обвинитель. Момотов приводил их раньше в своём учебнике.

Подобный разрыв между словом и делом, пагубный в любой профессии, в судействе выглядит особенно циничным.

Подкованные в искусстве россияне, вероятно, вспоминают в такие моменты знаменитое полотно кисти голладского художника «Сдирание кожи с продажного судьи», хранящееся в ратуше Брюгге в назидание потомкам.

Интересно, что владельцы изымаемых активов не находятся пока на скамье подсудимых, хотя любой другой госслужащий — например, генерал Минобороны, уличенный в хищениях, давно оказался бы за решёткой. Возможно, органы хотят расплести всю возможную сеть коррупционеров и потому не торопятся с уголовным наказанием персоналий.

Выявление целой когорты судей-коррупционеров (приведены лишь самые известные случаи) не могло не отразиться на авторитете судебной системы в глазах других ветвей власти: исполнительной и законодательной. Обсуждение в Госдуме закона о пожизненном содержании судей закономерно вызвало негативную реакцию левой оппозиции.

Коммунисты и эсеры были удивлены «хотелками» (выражение депутата от КПРФ Михаила Матвеева) судей, имеющих великолепное денежное содержание, социальное льготы и прочие привилегии и желающие иметь такое обеспечение пожизненно. Причем на вопросы депутатов о связи хорошей жизни судей со справедливостью ответов дано не было.

В постсоветское время неприкосновенность, высокие зарплаты и гарантии судьям установили, чтобы избежать коррупции. Мол, тот, кто хорошо зарабатывает, не станет брать взятки. В результате некоторые из арбитров захотели большего и использовали свой особый статус для ничем неограниченного личного обогащения.

Причем в случае судей возможная коррупция имеет двойной негативный эффект. Ведь миллиардные активы с большой вероятностью были получены в результате вынесения тех или иных судебных решений.

Таким образом каждый коррупционный рубль мог плодить в обществе несправедливость, искажая и разрывая социальную ткань.

Фактически речь идёт об опасности формировании своего рода касты, имеющей претензии на особый статус. И ладно бы он способствовал правосудию — не жалко, но судя по всему дело тут в желании зафиксировать привилегии себе, а возможно и близким. Этак дело может дойти и до наследственной передачи статуса.

Не следует думать, что кто-то нагнетает. Ярким маркером претензий части судейского сообщества стало стремление некоторых вершителей судеб вывести себя из-под действия законных ограничений, распространяющихся на простолюдинов. Например, за вождение автомобиля, когда выписывают штрафы на основании съёмки дорожных видекамер.

Так, по мнению зампреда Липецкого областного суда, «не совсем верно», когда должностные лица получают такие штрафы в общем порядке, как обычные автовладельцы. И поэтому надо выработать другой подход наказания «спецсубъектов». Например, наделить правом решать судьбу такого нарушителя ПДД только прокуратуру.

Умопомрачительная эта терминология выдаёт пылкое стремление части верхов отгородиться от социальных низов. Шапки долой, холопы! Хотя и не все судьи настаивают на особом статусе — некоторые готовы жить и отвечать за поступки на общих основаниях. Кроме того, к «спецсубъектам» относятся не только судьи, но депутаты, и прокуроры.

Характерно, что представитель именно надзорного ведомства — экс-генпрокурор Игорь Краснов, ныне глава Верховного суда — взялся очищать авгиевы конюшни судейской корпорации, заявив о принципиальной позиции в отношении тех, кто «нарушает закон, профессиональную этику или допускает действия, несовместимые со званием судьи».

На Высшей квалификационной коллегии судей в ноябре было дано согласие на возбуждение уголовных дел в отношении трёх представителей судейского корпуса. Вчера против ещё пятерых. Кроме того, ВККС приняла отставку главы дисциплинарной коллегии ВС. Похоже, от Пленума ВС стоит ждать разворота российского правосудия к правде.

Если не Игорь Краснов сейчас, то уже никто.