В донской столице стартовала выставка в честь первого русского императора «А о Петре ведайте…»
– Откуда выставка приехала? – интересовались перед ее открытием первые посетители. Ответ приятно удивил: все экспонаты (а их более 160) – из фондов самого Ростовского областного музея краеведения, где эта выставка и демонстрируется.
Впрочем, некоторые, как пояснила директор РОМКа Галина Куликова, прибыли на Дон из Москвы (из Государственного исторического музея). Причем навсегда. Было это еще в 1950-х годах, когда столичные музеи делились своими сокровищами с теми из региональных, которые сильно пострадали в результате фашистской агрессии.
Выставка «А о Петре ведайте…» рассказывает о разных ипостасях царя Петра. Одна из центральных линий – морская. Недаром и начинается выставка красивым макетом первого линейного корабля российского военно-морского флота «Гото Предестинации» («Божьего провидения»).
Согласно легенде, Петр не только следил за ходом его строительства, но и лично в нем участвовал, приложил к нему руку в самом прямом смысле этого слова. Физическую работу царь любил, был отменным плотником и кузнецом.
Кстати, на выставке можно увидеть оттиск его трудовой ладони. Вернее, точную копию того оттиска, который был сделан во время пребывания Петра в Липецке, на металлургическом заводе.
Среди экспонатов выставки заметное место отведено медалям. Есть связанные с Доном. Это медаль, посвященная успеху Азовских походов, и именная, отлитая «За дело гавани капитану Матвею Симонтову».
На самом деле он был итальянец Маттео Симонт (хотя, вероятно, что и вошедшее в историю «Симонт» – не совсем верное написание его фамилии).
Этому морскому капитану и инженеру Петр поручил строительство гавани на мысе Таганий Рог. Насколько царь, посетивший донской край в 1709 году, остался доволен результатом, ясно из его распоряжения наградить Матвея Симонтова медалью. Отлили ее из золота, украсили алмазами. На одной стороне – профиль Петра, на другой – план гавани и крепости.
Потом эту медаль чеканили из серебра. Как сообщается в ряде источников, для награждения других участников строительства и не только. Именно такой вариант и представлен на выставке.
Легендой стала не только жизнь, но и смерть первого русского императора. Самая известная версия – героическая: царь умер, простудившись во время спасения тонущих во время наводнения.
Одна из самых популярных картин на эту тему в XIX веке – кисти французского художника Карла Штейнбена. Во Франции эту картину превратили в гобелен. В России ее сюжет стал основой для бронзовых планкеток и других памятных сувениров. В ростовской витрине – репродукция картины на белом декоративном платке.
Стоит сказать «стрелец», и воображение людей, даже далеких от военной истории, нарисует воина с бердышом – боевым изогнутым топором на длинном древке. Посетители этой выставки увидят настоящий парадный бердыш. От обычного отличается изображением на полотне (то есть клинке). На полотне этого бердыша единорог борется со змеем.
Петр Первый не раз встречался с будущим святителем и небесным покровителем донской столицы (тогда тоже еще только будущей) Димитрием Ростовским. Уважал за ученость, ценил его способность находить такие слова, на которые живо откликались струны православной души.
У витрины со стариной иконой святителя Димитрия Ростовского и томами его Житий святых автор этой выставки, старший научный сотрудник РОМКа Ирина Шаповалова рассказала еще одну легенду о первом русском императоре:
– Одна из проповедей святителя так потрясла царя, что он подарил ему свой перстень и сказал в душевном порыве: «Не будь я Петром, я был бы Димитрием».
Впрочем, некоторые, как пояснила директор РОМКа Галина Куликова, прибыли на Дон из Москвы (из Государственного исторического музея). Причем навсегда. Было это еще в 1950-х годах, когда столичные музеи делились своими сокровищами с теми из региональных, которые сильно пострадали в результате фашистской агрессии.
Выставка «А о Петре ведайте…» рассказывает о разных ипостасях царя Петра. Одна из центральных линий – морская. Недаром и начинается выставка красивым макетом первого линейного корабля российского военно-морского флота «Гото Предестинации» («Божьего провидения»).
Согласно легенде, Петр не только следил за ходом его строительства, но и лично в нем участвовал, приложил к нему руку в самом прямом смысле этого слова. Физическую работу царь любил, был отменным плотником и кузнецом.
Кстати, на выставке можно увидеть оттиск его трудовой ладони. Вернее, точную копию того оттиска, который был сделан во время пребывания Петра в Липецке, на металлургическом заводе.
Среди экспонатов выставки заметное место отведено медалям. Есть связанные с Доном. Это медаль, посвященная успеху Азовских походов, и именная, отлитая «За дело гавани капитану Матвею Симонтову».
На самом деле он был итальянец Маттео Симонт (хотя, вероятно, что и вошедшее в историю «Симонт» – не совсем верное написание его фамилии).
Этому морскому капитану и инженеру Петр поручил строительство гавани на мысе Таганий Рог. Насколько царь, посетивший донской край в 1709 году, остался доволен результатом, ясно из его распоряжения наградить Матвея Симонтова медалью. Отлили ее из золота, украсили алмазами. На одной стороне – профиль Петра, на другой – план гавани и крепости.
Потом эту медаль чеканили из серебра. Как сообщается в ряде источников, для награждения других участников строительства и не только. Именно такой вариант и представлен на выставке.
Легендой стала не только жизнь, но и смерть первого русского императора. Самая известная версия – героическая: царь умер, простудившись во время спасения тонущих во время наводнения.
Одна из самых популярных картин на эту тему в XIX веке – кисти французского художника Карла Штейнбена. Во Франции эту картину превратили в гобелен. В России ее сюжет стал основой для бронзовых планкеток и других памятных сувениров. В ростовской витрине – репродукция картины на белом декоративном платке.
Стоит сказать «стрелец», и воображение людей, даже далеких от военной истории, нарисует воина с бердышом – боевым изогнутым топором на длинном древке. Посетители этой выставки увидят настоящий парадный бердыш. От обычного отличается изображением на полотне (то есть клинке). На полотне этого бердыша единорог борется со змеем.
Петр Первый не раз встречался с будущим святителем и небесным покровителем донской столицы (тогда тоже еще только будущей) Димитрием Ростовским. Уважал за ученость, ценил его способность находить такие слова, на которые живо откликались струны православной души.
У витрины со стариной иконой святителя Димитрия Ростовского и томами его Житий святых автор этой выставки, старший научный сотрудник РОМКа Ирина Шаповалова рассказала еще одну легенду о первом русском императоре:
– Одна из проповедей святителя так потрясла царя, что он подарил ему свой перстень и сказал в душевном порыве: «Не будь я Петром, я был бы Димитрием».