Ростовчане отмечают 14 февраля два праздника
Главный праздник нашего города - день освобождения от немецко-фашистских захватчиков. Ростов-на-Дону дважды попадал в оккупацию, и освобождали его от немцев дважды: первый раз - 29 ноября 1941 года, во второй раз - в ночь с 13 на 14 февраля 1943 года.
После Сталинградской битвы гитлеровцы понимали, что им грозит еще одно окружение, возможно, более опасное и серьезное. Поэтому им необходимо было удержать Ростов - «ворота Кавказа» - во что бы то ни стало. С помощью этого они надеялись вернуть себе былую стратегическую инициативу. Немцы собрали в городе четыре отлично вооруженные дивизии, построили систему опорных пунктов и к тому же находились на высоком берегу, что давало им некое преимущество.
Теперь трудно себе представить, что творилось на ростовской набережной с 8 по 14 февраля 1943 года, во время штурма Ростова с юга. Это был ад, пишут историки. Наша армия на левом берегу Дона. Глубина реки до 13 метров, ширина, в местах расположения наших войск - не менее полукилометра. Солдатам надо было перебраться на правый берег. Дон был покрыт толстым слоем льда, но лед заминирован и взорван вдоль всей набережной. Укрыться от вражеских пуль некуда. Гибли не сотнями - тысячами.
Сейчас в Кумженской роще установлен мемориал освободителям города.
Зверства фашистов в Ростове до сих пор заставляют содрогаться. Известно, что в нашем городе во время оккупации погибло больше жителей, чем в боях за Сталинград.
Свыше 40 тысяч мирных жителей были убиты или замучены. 53 тысячи ростовчан были угнаны на принудительные работы.
В Ростове-на-Дону находится также место самого крупного в России захоронения жертв Холокоста. В августе 1942 года нацисты и их приспешники убили в Змиевской балке свыше 30 тысяч невинных людей, большинство из которых составляли евреи. Естественно, большинство из них были старики, женщины и дети.
Книгу воспоминаний ростовчан об оккупации известный журналист и писатель Владислав Смирнов, который несколько лет назад весьма трагически ушёл из жизни, задумал еще в советские годы (тогда же и начал записывать эти истории). Однако издать свой «Ростов под тенью свастики» ему удалось лишь в 2006 году. Слишком откровенные, «непричесанные» эти рассказы. Здесь, как это и бывает в жизни, героизм одних соседствует с низостью других.
Приведём здесь некоторые фрагменты – сами рассказы очевидцев тех страшных событий.
Л. ГРИГОРЬЯН. Первая оккупация была внезапной. Наша семья не успела эвакуироваться, утром мы вышли на балкон и увидели бегущего красноармейца – паренька, который снимал на бегу гимнастерку. Винтовку он бросил через забор. Видимо, отставший. Он промчался по улице Горького, и буквально через 15 минут появилась колонна немецких мотоциклистов. Их было не меньше 50. Все великолепно экипированы, в касках, с автоматами. Впечатление это произвело ужасное — несчастный, растерзанный красноармеец и эта механизированная мощная колонна. Было такое ощущение: приехали сверхчеловеки, и это — навсегда.
Ш. ЧАГАЕВ. Если бы в город в первый раз пришли полевые войска, мы бы, может быть, не так их боялись. Но вошли-то эсэсовцы, их моторизованные части. У них на рукавах были вышивки — «Адольф Гитлер». Они были подобраны по росту: крупные, и у многих, особенно у офицеров, были перстни «Мертвая голова».
М. ВДОВИН. 9 августа немцы вывесили приказ: евреям готовиться к переселению. Национальность устанавливалась по отцу. Если отец еврей, а мать русская, дети считаются евреями. С собой полагалось иметь личные вещи, продукты на несколько дней и ключи от квартиры. Со сборных пунктов их отправляли в Змиевскую балку. Как потом сообщила наша печать, там было расстреляно больше 11 000 ростовских евреев.
Л. ГРИГОРЬЯН. В нашем доме выдали всех евреев. А некоторые сами шли от безнадежности. Вот так пошла моя бабушка по линии матери. Я сам видел такую колонну. Охрана была небольшой, убежать можно было или затеряться среди прохожих, но люди шли обреченно. Многие знали, куда их ведут. Я узнал в колонне соседа по дому. Молодой человек, красивый, высокий. Он нес на плече ребенка лет трех. Он шел, как на демонстрацию, так, наверное, и сказал своему ребенку.
Н. КОРОЛЕВА. Сын мой мальчишкой везде лез. Однажды видел, как вели колонну наших людей. Он пошел за ними следом, потихоньку сзади. Их привели в Змиевскую балку, поставили перед рвом. А он спрятался в лесопосадке. Стали стрелять, он испугался и убежал.
Еще он рассказывал о таком: колонну наших военнопленных положили на улице и пустили по головам танки. Он слышал хруст костей. Когда он стал поэтом, о войне практически ничего не писал. Слишком тяжелый след.
Ю. ТУРБИНА. Немцев все боялись: за малейшую провинность — расстрел на месте. Особенно оккупанты зверствовали, если убивали их людей. На 34-й линии, недалеко от лесной школы, убили немца, так они сразу вывели заложников и тут же расстреляли. За одного — 50 человек, стариков, детей — без разбора.
Ю. ТУРБИНА. Голод к концу оккупации был такой, что ели все. У нас на Соляном спуске был завод, там лежала кожа. Она была соленая, чем-то пересыпанная, воняла нафталином, и все равно, когда немцы ушли, мы ездили туда на санках за этой кожей. Люди варили ее и ели.
В. ВАРИВОДА. Когда в начале февраля в городе начали стрелять, мы вообще из дома не выходили. А 14-го вроде бы поутихло. Мы с соседкой за саночки и к реке — за водой. Глядь – на берегу два красноармейца сидят. Мы им: «Ой, вы откуда здесь?» А они смеются: «Мы вас освободили, а вы даже не знаете об этом!»
Л. ВВЕДЕНСКАЯ. Я вернулась в Ростов из эвакуации в марте и пришла в ужас. Прекрасный южный город выглядел страшно. Весь центр был разрушен, зияли пустые окна. Но были и комические случаи. Одна женщина рассказала: немцы у нее на постое часто просили сыграть им что-нибудь и спеть, она была музыкантом. А по-русски они совсем не понимали. И она под веселую мелодию распевала им: «Как я вас всех ненавижу! Чтобы вы все сдохли!» Они хлопали, благодарили...
Книга «Ростов под тенью свастики» сейчас не только в бумажном варианте - её можно прочитать и онлайн, скачать. Каждый ростовчанин, кто интересуется историей своего города, любит его, должен прочитать это великое свидетельство трагедии тех лет...
Ростов-на-Дону вошел в число десяти наиболее пострадавших от войны городов России. В городе в ходе кровопролитных действии было уничтожено примерно около 12 тысяч домов.
И то, что мы сейчас живём в одном из самых красивых городов юга России, это заслуга тех, кто ценой своей жизни дал нам такую возможность. Вспомним их сегодня, помянем их. А те, кто может, пусть возложит цветы к памятникам и мемориалам. Кто-то, может быть, уберёт у памятников. Чтобы, если Там, наверху, их бессмертные души живут, они бы увидели, что подвиг их не забыт, что жертвы не были напрасны и что мы их помним.
Надо, чтобы помнили их и молодые ростовчане, которые сегодня отмечают День влюблённых - праздник святого Валентина. И хоть это праздник не православный, а привнесён к нам совсем недавно, но он прижился и пользуется популярностью среди молодёжи. Потому как летний День любви семьи и верности (праздник преподобных Петра и Февронии Муромских) молодёжь особо не празднует: летом все разъезжаются. Так что это очень тёплый праздник тех, кто живёт своей семьёй и воспитывает детей. Иван Купала у молодёжи не популярен по той же причине. А вот День святого Валентина приходится на то время, когда все учатся: и студенты, и школьники, все встречаются, у ребят и девушек есть возможность выказать свои чувства друг к другу - даже если он выпадает, как в этом году, на воскресенье. Ну, а то, что праздник заморский, так это ничего. Ведь и Новый год по славянской традиции мы должны отмечать 1 сентября. А уж какой нерусский праздник 8 Марта! Но веди ни один человек не против того, чтобы в этот день боготворили Женщину!
Так что пусть будет и святой Валентин. Ведь праздник совсем лишён религиозной окраски, а его символ - валентинка - очень даже милый.
С праздниками вас, ростовчане!
Кстати, вот программа мероприятий к 78-й годовщине освобождения Ростова
Будет интересен читателям и этот материал: 14 февраля – День освобождения Ростова-на-Дону от немецко-фашистских захватчиков.
А также эти:
К годовщине освобождения Ростова. Артиллерийская засада комбата 14 февраля 1943-го
К годовщине освобождения Ростова. Родион Петров: Недописанный портрет