Неразделенный Каспий: одно море для пяти государств

Распад Советского Союза и появление на политической карте мира новых суверенных государств стали для Каспийского региона началом нового этапа. Проблема освоения и рационального использования биологических и углеводородных ресурсов в крупнейшем внутриконтинентальном озере-водоеме на долгие годы стала серьезной правовой проблемой для всех стран, имеющих выход к Каспийскому морю. До «парада суверенитетов», случившегося в конце прошлого века и в значительной мере трансформировавшего геополитический расклад сил в Каспийском регионе, основы, которые регулировали экономическую и иные виды деятельности в акватории Каспия, были сформированы двумя соглашениями – Договором между РСФСР и Персией 1921 года и Договором о торговле и мореплавании между СССР и Ираном 1940 года. Закрепленные в документах положения позволили заложить основу взаимовыгодного экономического сотрудничества в данном регионе, установив свободу рыболовства в Каспийском море и запрет на плавание в его акватории судов под флагом некаспийских стран. Также планировалась реализация крупных инфраструктурных проектов, включающая в себя строительство совместными усилиями двух стран рыборазводного завода на территории Ирана и введение в эксплуатацию ГЭС на реке Аракс. В новых геополитических реалиях в течение длительного времени шли сложные переговоры между прикаспийскими государствами (Азербайджан, Казахстан, Туркменистан, Иран и Российская Федерация) о создании документа, который смог бы стать правовой базой, регулирующей основные виды деятельности в акватории Каспия. Согласование всех вопросов длилось более двадцати лет, завершившись подписанием Конвенции о правовом статусе Каспийского моря в 2018 году главами пяти стран нас саммите в Казахстане. Стоит отметить, что с учетом серьезных запасов нефти и газоконденсата, оценивающихся в 18-20 миллиардов тонн, и серьезных объемов добычи полезных ископаемых, одним из ключевых аспектов подписанного документа, является пункт о том, что прикаспийские государства могут прокладывать по дну Каспийского моря трубопроводы, причем для этого требуется согласование только той стороны, через сектор которой он пройдет. Сдерживающим фактором в данном вопросе является тот факт, что на данный момент Иран не ратифицировал подписанную Конвенцию, что негативно сказывается на реализации многих положений документа. На самом деле в Тегеране попросту считают для себя невыгодным пункт нового документа о секторальном принципе разделения Каспия, так как доля Ирана в итоге оказалось наименьшей среди всех пяти государств. Однако уже сейчас можно отметить, что подписанная Конвенция может превратить в реальность различные крупные экономические проекты. Так, Казахстан, Узбекистан и Туркменистан могут приступить к строительству Транскаспийского газопровода в Армению, откуда топливо может переправляться в Европу, предоставив государствам Евросоюза альтернативу российскому газу, что является крайне важным для них решением в условиях агрессивной санкционной политики по отношению к России. Несмотря на возможные экономические трудности, с которыми может столкнуться наша страна, если данный проект будет реализован, даже в этом вопросе новая Конвенция предоставляет Российской Федерации определенное пространство для маневра. Например, каждое из пяти государств сможет поднять вопросы, которые будут касаться возможного негативного воздействия на окружающую среду любых трубопроводов или кабельных маршрутов, проложенных по дну Каспийского моря, фактически «заморозив» реализацию любого проекта. Стоит также отметить, что и у Российской Федерации существует ряд амбициозных экономических проектов в Каспийском регионе, реализация которых позволит решить Москве определенные задачи. Еще с 2007 года активно обсуждается вопрос строительства порта Лагань грузооборотом в двадцать миллионов тонн в год на территории Калмыкии. Новый объект должен стать стартовой точкой для создания крупного промышленно-логистического комплекса, что позволит существенно увеличить налоговые поступления в бюджет и создать новые рабочие места. Глава республики Бату Хасиков сообщал, что строительство порта оценивается в 41,3 миллиарда рублей. Также предполагается создание нового морского порта в дагестанском Каспийске. Кроме того, утвержденная в 2017 году Стратегия развития морских портов Каспийского моря, автомобильных и железнодорожных походов к ним до 2030 года предполагает активную деятельность по развитию существующей инфраструктуры в портах Оля, Махачкала и Астрахань. Помимо всего прочего, периодически активно продвигается заинтересованными сторонами нашумевший проект по расширению внутренних транзитных связей между Каспийским и Черным морями – канал «Евразия». Новый маршрут должен стать достойной альтернативой Волго-Донскому каналу, который обладает серьезным недостатком, связанным с его небольшими глубинами, что на порядок ограничивает его транспортные возможности. Президент Российской Федерации Владимир Путин ранее подчеркивал, что создание нового канала не просто даст выход прикаспийским странам в Чёрное и Средиземное моря, но и качественно изменит их геополитическое положение, позволив стать им полноценными морскими державами. Кроме России, повышенную заинтересованность в реализации данного проекта выражают Казахстан и Китай. Подводя итог, хочется сказать, что для выстраивания экономически грамотных отношений и рационального использования биологических и минеральных ресурсов уникального водоёма имелась острая необходимость в создании правовой и политической базы, которая удовлетворяла бы интересам всех пяти прикаспийских государств. Несомненно, главный шаг в этом направлении позволила сделать подписанная в 2018 году Конвенция о правовом статусе Каспийского моря, которая послужила толчком для роста благосостояния и устойчивого развития региона, формирования конкурентоспособности экономик прикаспийских стран, также выступая гарантом региональной и глобальной безопасности.