Как разоблачили банду фальшивомонетчиков на Кубани в 1866 году
Братская афера
Деньги подделывали всегда и везде. Даже поселившийся в бочке философ Диоген не избежал соблазна.
Оракул посоветовал ему «сделать переоценку ценностей», а он не понял истинного смысла, стал подделывать монету, был уличен и, по мнению одних, приговорен к изгнанию, по мнению других, бежал сам в страхе перед наказанием.
Когда в ход пошли банкноты, жулики быстро присмотрелись и к новому виду наличности.
В России бумажные ассигнации ввела Екатерина II в конце 1768 года.
Сим Государственным ассигнациям имеет обращение во всей Империи Нашей наравне с ходячею монетою; чего для все Правительства и казенные места должны принимать те ассигнации во все Государственные сборы за наличные деньги без малейшего затруднения.
Не прошло и трех лет, как прогремело первое дело о фальшивых ассигнациях. Замешаны в нем оказались два двоюродных деда Александра Сергеевича Пушкина — Сергей Алексеевич и Михаил Алексеевич. Склонный к авантюрам Сергей Алексеевич подбил брата на переделку 25-рублевых банкнот в 75-рублевые. В Амстердаме и Париже нашлись искусные мошенники-граверы, изготовившие необходимые для преступного дела инструменты. Сергей Алексеевич попытался тайно провести эти штампы и клише в Россию. Но, к немалому своему удивлению, был арестован прямо на границе.
Всю честную компанию выдал третий участник — вице-президент мануфактур-коллегии Федор Сукин. Но и доносчик не избежал наказания. Неудачливых фальшивомонетчиков лишили дворянства, всех чинов и отправили, согласно тяжести вины содеянного, в «места не столь отдаленные» — кого в тюрьму, кого в ссылку, а кого на поселение.
Но дело братьев Пушкиных нашло своих последователей.
Фальшивки на Кубани
В правление Александра II появились новые кредитные билеты достоинством 1, 3, 5, 10, 25, 50 и 100 рублей.
Тут же оживились и «творцы фальшивок». Размах подделок принял такой оборот, что Министерство финансов Российской империи выпустило «Список фальшивых кредитных билетов» с подробным описанием подложных денежных знаков, например, самых ходовых — десятирублевок.
На этих билетах почти не заметно поперечных полос гильошированного грунта, явно видных на настоящих билетах, рассматриваемых поперек в наклонном положении к свету. Кроме того, при вышесказанном освещении билета оказывается по обеим сторонам глянец, наведенный сильным прессованием, посредством которого был сделан водяной знак. Настоящий же билет как новый, так и ветхий сохраняет матовую поверхность.
Красные украшения точно также на первый взгляд кажутся удачно подделанными, но при внимательном сравнении с настоящим билетом заметно, что они менее явственны и точны.
Гильошированные поля щитов, в которых расположены две цифры «10», орел, год и номер, сделаны от руки очень небрежно, маленький нижний овал, в котором римская цифра X, покрытый в настоящем билете гильоширом, образующим правильные ряды точек, на фальшивых билетах сделаны от руки, и точки эти неявственны.
Внимательно ознакомившись со всем «Списком», наказной атаман Кубанского казачьего войска генерал-лейтенант Феликс Николаевич Сумароков-Эльстон вызвал есаула Ивана Гавриловича Петина, недавно назначенного полицмейстером, и поручил ему заняться поиском злостных нарушителей закона. Тем более что тревожные вести о хождении фальшивок приходили из Новороссийска, Майкопа и станицы Лабинской.
Звездный час полицмейстера
Петин получил должность полицмейстера по рекомендации подполковника Зиссермана, у которого есаул служил адъютантом и зарекомендовал себя исполнительным сотрудником.
Наказной атаман внял совету, и 5 января 1865 года последовал приказ «временно исправляющему должность Полицеймейстера гор. Екатеринодара частному приставу есаулу Письменному».
Назначив в должность Полицеймейстера города Екатеринодара Есаула 1-й бригады Петина и предписав ему теперь же вступить в исправление этой должности, — приказываю Вашему Благородию передать Петину на законном основании все относящееся до сей должности и об исполнении мне доложить.
Новый полицмейстер быстро разобрался в сложившейся в его ведомстве ситуации и буквально через две недели внес свои предложения по улучшению работы городской полиции.
В обязанности частных приставов и квартальных надзирателей следовало бы назначить офицеров; офицерам этим должно производить жалованье от полков и батальонов; деньги же, определенные на содержание чинов в настоящее время при полиции, могут быть употреблены по усмотрению начальства или же оставлены в экономии…
При всяких случайностях, во время ночи в особенности, требуются быстрые распоряжения и исполнения, следовательно, люди в полиции должны быть не старше средних лет и преимущественно отличаться расторопностью, смышленостью и добросовестностью.
Полицмейстер Петин пытался даже бороться с курением на улицах и в питейных заведениях, но, не встретив понимания у Сумарокова-Эльстона, вернулся к своим прямым обязанностям.
Хотя численность населения Екатеринодара едва достигала 14 тысяч, работы полиции хватало, особенно в ярмарочные дни.
В «Кубанских войсковых ведомостях» даже появилась статья «Темная сторона ярмарок» — о лихих людях, которые «на ярмарках бывают вездесущи и всевидящи, хотя в то же время они, по темноте своего адского промысла, никому неизвестны и ничем от других не отличимые не только в глазах посторонних несведущих людей, по даже и в глазах самой полиции».
«Звездный час» полицмейстера Петина пробил в сентябре 1866 года. Сразу два резонансных дела — одно о попытке ограбления казначейства Войскового правления, другое — о тех самых фальшивых банкнотах.
В первом случае «отставной казак Шпаковский, занимающийся шитьем и продажей шапок, и, как слышно, человек весьма достаточный» ночью вынул несколько кирпичей из фасада здания, пролез в подвал и, сняв доски пола, уже было оказался в казначейской камере.
Однако бдительная охрана, проинструктированная полицмейстером, обнаружила проем в стене и задержала вора на месте преступления.
За арест шайки фальшивомонетчиков полицмейстер Петин удостоился отдельного упоминания в газете.
В Екатеринодаре, в ночь под 6-е число, пойманы делатели фальшивых кредитных билетов 10-рублевого достоинства. Поимка этих преступников, числом четырех, со всеми инструментами и препаратами для подделки билетов, даже с литографическим станком и шлифованными камнями, не есть дело случая, а результат наблюдательности и сметливости полицмейстера. Фамилия главного преступника — Познянский.
Он прибыл в Екатеринодар в первых числах прошлого августа, выдавал себя здесь за дамского портного; квартиру имел в захолустье города. Преступление открыто до выпуска найденных фальшивых билетов.
В ожидании обещанного
Сумароков-Эльстон решил поощрить полицмейстера. Присвоил Петину чин войскового старшины и направил на имя главнокомандующего Кавказской армией великого князя Михаила Николаевича докладную записку.
Принимая в соображение, что Министру финансов предоставляется право без особого разрешения выдавать из государственного казначейства денежное награждение от 150 до 1500 руб. за открытие делателей фальшивых кредитных билетов, я полагал бы вполне справедливым удостоить и Екатеринодарского полицмейстера Есаула Петина этой денежной награды в одну тысячу пятьсот рублей; эта награда тем более еще ведь справедлива и полезна, что открытие преступлений, подобных вышеупомянутому, несомненно, и всегда сопряжены с значительными денежными издержками со стороны вышеозначенного полицейского начальника; наконец захват делателей кредитных билетов со всеми инструментами, с 1020 отделанными и 8410 несовершенно оконченными кредитными билетами 10 руб. достоинства, а всего на сумму 94,300 руб. составляет дело особой важности, соразмерно которой награды, испрашиваемые мною Есаулу Петину, не могут считаться чрезмерными.
25 октября 1866 года Его Императорское высочество сделал соответствующее распоряжение об «истребуемой суммы» полицмейстеру Петину.
Но…
Скоро распоряжения делаются, да не скоро они исполняются.
Прошел год. И войсковой старшина Петин подал рапорт на имя наказного атамана Кубанского казачьего войска:
Имею честь покорнейше просить ходатайство Вашего Сиятельства о востребовании из Закавказской казенной палаты Высочайше пожалованных мне денег 1500 р. за открытие фабрики фальшивых кредитных билетов в городе Екатеринодаре.
Закавказская казенная палата не спешила с выплатой, перенаправила прошение в Ставропольскую, и дело затянулось еще на год. И только в мае 1868-го полицмейстер получил выстраданную награду. Правда, сумма оказалась снижена до 1350 рублей серебром. Но это уже было не столь важно. Главное, что справедливость восторжествовала.
А полицмейстер Петин продолжал исправно нести службу. Дорос до подполковника. И в начале 80-х годов XIX века ушел на заслуженный отдых.
Автор материала: завкафедрой истории и правового регулирования массовых коммуникаций факультета журналистики КубГУ доктор филологических наук, профессор Юрий Лучинский.
Сообщение Как разоблачили банду фальшивомонетчиков на Кубани в 1866 году появились сначала на Краснодарские известия.