1 июля исполнилось 135 лет со дня рождения скульптора Веры Мухиной

Имя Веры Мухиной, чей 135-летний юбилей страна отмечала 1 июля, знают даже те, кто не интересуется скульптурой. Её «Рабочий и колхозница» стали символом целой страны. А сама Мухина – легендой ещё при жизни. Вот только цену этого успеха многие советские граждане не могли и представить… Без лица Вообще, ни рабочие, ни колхозницы по происхождению Вере Мухиной были не близки. Она была родом из зажиточной рижской семьи. Её дед сколотил состояние на торговле льном, зерном и хлебом. Отец Игнатий Кузьмич продолжил семейное дело и был также известным меценатом. Мама происходила из семьи немца-аптекаря. К сожалению, она умерла от туберкулёза, когда Мухиной было всего два года.

Оставшись с двумя дочерьми на руках, отец постарался дать им всё самое лучшее. Когда Вера увлеклась живописью, он тут же купил ей мольберты, краски, кисти, нанял учителей. Увы, порадоваться её талантам он не успел – Игнатий Кузьмич умер, когда Вере было 14 лет.

Девочек забрал к себе в Курск на воспитание дядя по отцовской линии. Они с женой окружили сирот любовью и вниманием. Девочки получили образование, одевались по последней моде, отдыхали на российских и европейских курортах. В планы родственников входило удачно выдать их замуж, поэтому ближе к Вериному 20-летию сёстры переехали в Москву.

Обаятельная Верочка стала популярной светской львицей и законодательницей мод. Вдобавок она была наследницей миллионов, что только добавляло интереса к ней. 1912‑й должен был стать новым счастливым годом её жизни. На рождественские каникулы девушки поехали в имение дяди, где собралась большая родня. В разгар веселья решили покататься на санках. Озорная Вера одной из первых понеслась по склону. Но не рассчитала траекторию и врезалась в дерево. По снегу потянулся кровавый след – Вере просто оторвало нос.

В тот же день её доставили к местному хирургу. Он сделал, что мог, но велел не давать девушке смотреться в зеркало. Конечно, Вера своё отражение увидела…

На семейном совете решли, что помочь ей должны в Париже. Во-первых, тамошние хирурги обещали не только вернуть Вере лицо, но и избавить от рубцов. Во-вторых, во Франции она могла отвлечься от грустных мыслей.

Удалось и то, и другое. Мухина перенесла восемь пластических операций. Полностью восстановить черты не удалось, она до конца жизни считала своё лицо несколько мужеподобным. Но шрамов было не видно, и Вера Игнатьевна сохранила привлекательность.

А ещё в Париже она стала брать уроки у скульптора Бурделя, ученика самого Родена. Так, чуть не потеряв лицо, Вера Мухина обрела дело всей своей жизни. И первую таинственную историю в своей биографии. Вторая оказалась связана с её личной жизнью… Записки врача Ещё до Первой мировой войны, вернувшись в Россию, Мухина через общих друзей познакомилась с врачом Алексеем Замковым. Но ни во что серьёзное их встреча не вылилась. Он ушёл на фронт, она освоила профессию медсестры и устроилась в госпиталь. А спустя два года Алексея, умирающего от брюшного тифа, привезли в больницу, где работала Вера. И она его выходила.

Вскоре оба поняли, что их свела сама судьба. Через год они обвенчались. «Я выиграла Алёшу, как сто тысяч по трамвайному билету», – говорила Мухина.

Он был фигурой незаурядной. Считается, что именно Замков был прототипом профессора Преображенского из «Собачьего сердца». С Булгаковым он, кстати, был знаком лично.

В 30‑е годы имя Алексея Замкова гремело на всю Москву. Правда, операциями по очеловечиванию собак он не занимался, но его открытие по тем временам было не менее сенсационным: Алексей Андреевич создал один из первых гормональных препаратов в стране на основе… мочи беременных женщин. Лекарство получило название «гравидан», и сейчас некоторые называют его советской виагрой. Препарат не только оздоравливал, но и омолаживал, благотворно влиял на потенцию. Под руководством Замкова начала работать научно-исследовательская лаборатория гравиданотерапии, впоследствии выросшая в институт. В больницах стали появляться «гравидановые точки», где этим препаратом лечили буквально от всего – от эндокринологии до алкоголизма и психических расстройств.

Молва о чудодейственном средстве быстро распространялась и среди элиты. В числе пациентов Замкова, по некоторым данным, были Орджоникидзе, Будённый, Калинин, Клара Цеткин, Молотов, Горький. Последний, кстати, взял под своё покровительство не только чудо-доктора, но и его жену. Вера Мухина получала аудиенцию у главного пролетарского писателя по первой же просьбе. С его помощью добилась выделения для скульпторов мастерских и материалов.

Горький же заступился за семью врача, когда на него начались гонения. Что послужило тому причиной – неизвестно. То ли кто-то из вип-пациентов остался недоволен его лечением, то ли вера Алексея Андреевича в гравидан в конце концов подвела его. В пятилетний план работы своего института он внёс обязательство излечивать практически всё: эпилепсию, шизофрению, астму, пороки сердца, тиф, сифилис, туберкулёз, рак и т.д.

Разумеется, этого не случилось, а Замкова всё чаще стали называть шарлатаном, вызывать на допросы, проводить обыски. В отчаянии семья решила бежать в Иран через азербайджанскую границу. Беглецов поймали на вокзале и отправили в ссылку. Эта попытка к бегству любимого советского скульптора тоже долгое время была тайной её биографии.

Благодаря заступничеству Горького, Замкову удалось вернуться к врачебной практике, а Вере Мухиной – к творчеству. Кстати, именно она является автором памятника Горькому, установленного в Нижнем Новгороде на одноимённой площади.

А в 1937 году Мухина создала свой главный шедевр. История «Рабочего и колхозницы» тоже не обошлась без тайн. Стальной характер Вопреки всеобщему мнению, идея создания скульптуры принадлежит вовсе не Вере Мухиной, а архитектору Борису Иофану. Он занимался созданием павильона для всемирной выставки в Париже. Советский Союз туда пригласили впервые, и молодое социалистическое государство готовилось явить миру всю свою силу и мощь. Венчать павильон СССР, по задумке архитектора, должна была скульптура, символизирующая совместную победу крестьянства и пролетариата.Среди скульпторов был объявлен конкурс на лучшее воплощение этой идеи. Выиграла его Вера Мухина.

По официальной версии, прототипами рабочего и колхозницы стали строитель и откатчица «Метростроя». На деле же за образами героев скрывалась разношёрстная публика. Моделью для колхозницы стала 18-летняя Анна Богоявленская, телефонистка из НКВД. Тело рабочего «позаимствовали» у бывшего артиста балета Игоря Басенко. А его лицо слепили со строителя Сергея Каснера, которого Мухина увидела на параде физкультурников.

Первоначально рабочий и колхозница были обнажённые, подобно античными статуям. Но Молотов, принимавший макет, распорядился одеть фигуры.Позже кто-то из недоброжелателей усмотрел в этих одеждах… лицо Троцкого и написал донос на Веру Игнатьевну. К счастью, сходства между политическим деятелем и юбкой колхозницы в итоге не обнаружили. Но складки на одежде всё-таки переделали. Также по указанию Молотова омолодили лицо колхозницы.

Над образами народных героев под руководством Мухиной день и ночь трудилась группа художников и архитекторов. Новаторским был и материал: скульптуру сделали из авиационной нержавеющей стали, а не из привычных бронзы и меди.

На Парижскую выставку монумент по частям везли 28 железнодорожных вагонов! Но всё было не зря. «Рабочий и колхозница» получили Гран-при, советскими гигантами восторгался Пабло Пикассо, французы были готовы купить монумент. Но Сталин настоял, чтобы герои вернулись на родину. В 1939 году «Рабочего и колхозницу» установили на ВДНХ. Вера Мухина получила за скульптуру первую Сталинскую премию.

А вот карьера её мужа рушилась. Его институт закрыли, сам он с началом войны уехал в Каменск-Уральск, работал в местной амбулатории. Из-за плохого здоровья вернулся в Москву, где один из его бывших учеников устроил его на свой страх и риск внештатным сотрудником в институт Склифосовского. Но пережитые гонения дали о себе знать – в 1942 году Алексей Замков умер от инфаркта.

Вера Мухина пережила мужа на 11 лет. Несмотря на все испытания, она продолжала творить, восхищать и вдохновлять. Что давало ей силы?

Ответ, наверное, только один – талант.

Лариса Плахина

Ранее сайт Pravda-nn.ru рассказал, почему Юрий Андропов скрывал первую семью.