Свет евангельской любви. В чём был дар почитаемого народом ракитянского старца

Для верующих людей это место давно обрело особый смысл. Теперь оно отмечено и на светском уровне, став ценностью также для тех, кто отдаёт дань уважения прошлому и великим соотечественникам. Духовное наследие. Свято-Никольский храм в Ракитном – излюбленное место паломничества как для жителей нашей области, так и для россиян в целом. Построен он был в 1832 году и освящён в честь святителя Николая Чудотворца, считавшегося покровителем рода Юсуповых. Советское время для храма было непростым. В 1934 году его закрыли, превратив в склад под зерно и овощехранилище. В период немецкой оккупации открыли, а в 1951 году снова закрыли. Но спустя десять лет сюда направили архимандрита Серафима (Тяпочкина), и в местной церковной жизни начался новый удивительный период. Неподалёку от ворот нас встречает нынешний настоятель храма протоиерей Николай Германский, и вместе мы направляемся к могилке отца Серафима. Поток верующих, приезжающих к ней со всей страны, не оскудевает.«Всегда на батюшкиной могилке цветы. Не специально, а просто люди приходят и приносят, приносят… Прикасаются к кресту, стараются получить утешение. И те, кто приходит с верой, действительно его получают», – рассказывает отец Николай.. Рядом на храмовой территории расположен и дом, в котором жил архимандрит. Скромное здание кельи построено из красного кирпича, оштукатурено и окрашено. Северная часть была возведена в конце 1960-х, а южная – с кладовой-котельной и комнатой для приёма гостей – пристроена на несколько лет позже. «Сначала отец Серафим жил в небольшом домике недалеко от храма. Потом здесь построили келью, и он переселился сюда, потому что так хотело его окружение. Он был очень смиренным, никогда не спорил по житейским вопросам. Но в вопросах веры был непреклонен», – замечает отец Николай.. Нельзя сказать, что внутреннее убранство сохранилось полностью в том виде, в котором было при жизни отца Серафима. Ведь за домиком всё это время ухаживали и кое‑что обновляли. Однако обстановка полностью передаёт дух кельи старца. Здесь находятся его мантия, митра, посох, а также иконы, перед которыми молился отец Серафим.«Вот в этой комнате проходила трапеза и он встречал гостей. В последний год приезжали в основном священнослужители, – показывает отец Николай. – А вот тут, в своей келье, он очень много молился. И в эти моменты эта маленькая комнатка будто раздвигалась, становилась бесконечной… Конечно, для нас это объект прежде всего не культурного, а в высшей степени духовного наследия».. Голод и испытания. Отец Серафим родился в Варшавской губернии. Родители назвали его Димитрием. Вскоре семья переехала в Екатеринослав (ныне Днепропетровск). Окончив гимназию, он поступил в Холмскую семинарию и, сдав экзамены за семинарский курс, стал студентом Московской духовной академии в Сергиевом Посаде. Учился старательно, но новая власть закрыла учебное заведение в 1918 году. Пришлось возвращаться домой. Однако возвращение было нерадостным. Димитрий узнал, что большевики расстреляли двух его братьев, мать выгнали из дома, а сам дом отобрали. Что делать? Как жить дальше? Он стал горячо молиться преподобному Серафиму Саровскому и просить его помощи. Поселившись в Сурско-Михайловке, Димитрий начал работать в школе учителем географии. Местные жители быстро полюбили отзывчивого юношу. Однажды, навещая детей, больных тифом, он сам заразился и слёг. За ним заботливо ухаживала молодая учительница математики Антонина. Так Господь свёл два неравнодушных сердца. В 1920 году пара обвенчалась. И вскоре Димитрий стал священником – иной судьбы для себя он никогда не видел.В семье родилось пятеро детей. Но двое мальчиков умерли ещё в младенчестве от голода. Тяжёлые времена были, страшные, и батюшка отказывался от вознаграждения за исполнение церковных треб. Если в дом священника приходили сироты, матушка тут же несла им еду, зачастую делилась последним куском хлеба.Тяжёлым ударом для Антонины стала смерть двух маленьких сыновей, от постоянного недоедания она сама стала болеть и в 1933-м умерла от туберкулёза. Отец Димитрий остался с тремя дочерьми. Всё больше раскручивался маховик церковных гонений. В 1939 году батюшка устроился работать сторожем на склад железнодорожной станции, чтобы хоть как‑то прокормить семью. Он продолжал совершать службы и в сторожке, пока однажды не приехала машина, из которой вышли люди в форме. Его затолкали в автомобиль и увезли.Чудесная сила молитвы. Страшными были последовавшие десять лет лагерей, много испытаний пришлось пережить. Но ко всему батюшка относился с христианским смирением. И вот срок истёк. Отец Димитрий представлял, как отправится домой и встретится с родными, но следователь, к которому он пришёл за документами, грубо спросил:— Ну что, Тяпочкин, чем будешь заниматься после освобождения?— Как служил Богу, так и буду служить, – последовал ответ.— Ну тогда посиди ещё! – сказал следователь и приказал конвою его увести.. Это была Страстная седмица 1951 года. Впереди ждали ещё пять горьких лет, которые, казалось, тянулись гораздо дольше, чем предыдущие десять.И когда отец Димитрий наконец вернулся в Москву, муж дочери Антонины, встречавший его на перроне, сначала не узнал своего тестя в тощем старике в телогрейке. Заплакали и дочери, когда увидели, что стало с отцом после заключения.Он пробыл у них совсем недолго и уехал в Сурско-Михайловку, где продолжил служить Богу. Вскоре его благословили стать настоятелем Свято-Троицкого кафедрального собора в Днепропетровске. И люди опять к нему потянулись, уже на новом месте. Конечно, это не понравилось власти. Областной уполномоченный Совета по делам религий забрал регистрацию, которая давала право служить. В течение двух дней батюшка должен был уехать из Днепропетровской епархии. Отец Димитрий отправился к патриарху Алексию I, в приёмной которого встретил епископа Леонида (Полякова), пригласившего его в Курско-Белгородскую епархию. Сначала батюшка служил в корочанском селе Соколовка. Наконец воплотилась в жизнь его давняя мечта о монашестве. При постриге, совершённом в Казанском кафедральном соборе Курска 31 октября 1960 года, он получил имя Серафим – в честь преподобного Серафима Саровского, которого с детства считал своим небесным покровителем.А в октябре 1961-го начал служить в Свято-Никольском храме Ракитного. С печалью взирал отец Серафим на разбитые окна и купол, разрушенную кровлю, отвалившиеся куски штукатурки… Но в первую очередь решил восстановить не это, а духовную жизнь на приходе. Первое время молился в пустом храме. Днём и ночью. И эта живая горячая молитва Господу стала творить чудеса.Постепенно люди потянулись в храм. И были это не только местные жители, но и верующие, которые приезжали издалека. Число почитателей и духовных детей отца Серафима росло. Болящие люди подолгу жили на церковном дворе. И всех архимандрит согревал добрым словом и своей любовью. Его проповеди всегда касались души и вызывали искренние слёзы. За прошедшие годы собраны десятки свидетельств об исцелениях, свершившихся по молитвам батюшки.«Моя дочь Елена с 7 лет страдала припадками. Мы старались её почаще причащать, но болезнь не отступала. В 1970 году приехали в Ракитное. Подходим к церкви, спрашиваем. Нам сказали, что через 40–50 минут отца Серафима поведут в храм. Стали ждать. Во дворе выстроился коридор из людей. Его вывели из белого домика и, поддерживая с двух сторон, повели к церкви. Он разговаривал с каждым, благословляя. Я успела сказать о дочери. Он благословил нам несколько дней пожить в Ракитном и причастить её, так мы и сделали», – рассказывала Татьяна Бойко из Москвы.. В Ракитное семья вернулась через десять лет. За этот период у дочки было всего два припадка. Во второй приезд батюшка благословил девушку и сказал, что всё у неё будет в порядке. Так и вышло. Она полностью исцелилась.Подобных историй очень много. Чудеса продолжают происходить и после смерти отца Серафима. Заметили это почти сразу после похорон, когда на свежий могильный холмик приползла собачка с парализованными задними лапами. Три дня она лежала здесь. Её периодически оттаскивали от могилы, но она возвращалась. И вскоре поднялась и убежала на четырёх здоровых лапах. Потом собачка не раз возвращалась сюда и склоняла голову к земле.С тех самых пор люди молятся на могилке отца Серафима, с надеждой оставляют у креста записочки. Высший итог святой жизни. В декабре 2018 года на имя Святейшего Патриарха Кирилла отправили письмо от имени священнослужителей Белгородской митрополии вместе с материалами, необходимыми для рассмотрения вопроса о канонизации архимандрита Серафима Русской православной церковью.Свидетельства и воспоминания собирались с 1996 года.Казалось, пройдёт немного времени и горячо любимого народом старца причислят к лику святых. Но всё обернулось иначе. На пути возникло немало препятствий, которые пока не позволяют решить этот вопрос. Основная проблема в отсутствии нужных документов судопроизводства, которые, по всей видимости, были утеряны или уничтожены. «Помню, приехали мы в Ракитное впервые, когда я ещё учился в семинарии. Посадили нас в трапезной, что в домике отца Серафима на церковном дворе. Сидим, кушаем в тишине. Погода на дворе ненастная, в комнате не очень светло. И вдруг появился батюшка. Я повернулся к нему и был поражён открывшейся мне картиной – лицо его сияло необыкновенным светом. «Но ведь на улице пасмурно», – подумал я тогда. И этот свет, я уверен, был неземного свойства», – вспоминал благочинный Саровского округа протоиерей Андрей Торопов.. Об удивительной жизни Серафима Тяпочкина, прошедшего через различные испытания, но сохранившего удивительное смирение и любовь, свидетельствуют и многие другие священнослужители.Мы идём по заснеженному храмовому двору и с удивлением смотрим на обитающих здесь котов. «Так у нас ещё со времён отца Серафима. Это никакое не чудо, просто их на церковный двор приносят. Знают, что здесь не обидят. Порой и сами приходят… Больные и здоровые. Разные. Батюшка очень котиков любил. Однажды смотрит – часть из них пропала. Спрашивает: «Где же они?» А их, оказывается, специально унесли. «Пока не принесёте обратно, я даже не притронусь к тарелке с супом!» – сказал он. Пришлось возвращать котов назад», – рассказывает отец Николай.. С улицы мы попадаем в полумрак храма. Останавливаемся, заворожённые уникальным куполом, диаметр которого 13,5 метра. На нём изображён Господь Вседержитель. Удивительны и росписи, которые сделал в центре храма архимандрит Зинон (Теодор) в 1970-х годах. А росписи 2013 года в алтаре стали последней работой иконописца Александра Работнова. «У нас нет электрического освещения в храме. При отце Серафиме так было, а кто я такой, чтобы взять и дерзнуть что‑то изменить? Да и при свечах, лампаде всё совершенно по‑другому», – говорит батюшка.. В тишине храма ненадолго останавливаемся с молитвой у старинных афонских икон и древнего образа Серафима Саровского. Пора возвращаться в Белгород.Отец Николай провожает нас до церковных ворот и замечает:«Настоящая христианская жизнь – сораспятие со Христом. Мало кто так живёт, но мы знаем, что так должно быть. Такой и была жизнь отца Серафима. Мы надеемся, что его канонизируют. В любом случае Господь всё восполнит. И он получит всё, что заслужил, от справедливого Судии. Самое главное – отец Серафим был носителем реальной евангельской любви Христовой. А эта любовь и есть высший дар, высший итог святой жизни…» . Анна Черкашина.