Советские ракетоносцы атаковали авианосную группу США в Каспийском море

Все советские школьники зачитывались романом Александра Беляева «Остров погибших кораблей». Там рассказывается об острове из останков кораблей разных эпох, которые течение отнесло к зарослям водорослей в Саргассовом море. Естественно, это были фантазии Беляева, и автор сам в конце романа устроил пожар, который и уничтожил остров.

Самое любопытное, что острова погибших кораблей не только реально имели место, но и существуют поныне! Так, целых два таких острова есть у восточного берега Каспийского моря. Один из них расположен у полуострова Бузачи, другой — недалеко от городка Порт Шевченко (сейчас Актау).

В 1960—1990-х годах это были полигоны для испытаний крылатых ракет. Естественно, вся информация по ним засекречена до сих пор.

В средства массовой информации информация об этих островах попадает лишь случайно. Так, 28 июня 2012 года казахстанский пограничный катер «Нейза» налетел на корпус притопленного судна у полуострова Бузачи, получил пробоину и затонул. Экипаж был эвакуирован. Через месяц катер подняли с помощью понтонов и увели вверх по реке Урал.

Замечу, что оба острова… обитаемы! В корпусах кораблей нашли прибежище многочисленные браконьеры и контрабандисты. Воды, омывающие Бузачи, сказочно богаты рыбой. Но появились острова, как уже говорилось, вовсе не из-за рыбы.

В соответствии с решением Совета министров СССР в 1958 году был сформирован 77-й специальный морской полигон в акватории Каспийского моря, с центральным подчинением ГК НИИ ВВС и, в оперативном порядке, 6-му управлению института.

Полигон включал в себя две испытательные станции (первая — полуостров Бузачи и вторая — форт Шевченко) и дивизион морских вспомогательных судов на Каспийском море.

28 мая 1958 года на полигоне № 77 начались испытания авиационной крылатой ракеты К-10С, а с 15 ноября 1958 года — испытания авиационной крылатой ракеты КСР-2.

Следует заметить, что на каспийском полигоне № 77 проводились не только испытания крылатых авиационных ракет, но и учения авиации Черноморского, Балтийского и Северного флотов.

Так, на Каспии состоялись первые пуски серийных ракет К-10. Для этого из состава в/ч 21817 авиации Северного флота в июне 1960 года было выделено два строевых экипажа Ту-16К-10.

Первые пуски боевых ракет КСР-11 были выполнены с 25 октября по 23 ноября 1969 года. В ходе стрельб бортовые РЛС обнаруживали цели на дистанции 200−210 км, а предстартовая подготовка занимала не более 2−3 минут.

В ходе испытаний на Каспии кумулятивно-фугасная боевая часть весом 630 кг, попав в борт танкера, давала пробоину площадью до 22 кв. м, а внутренние отсеки выжигались кумулятивной струёй на глубину до 12 м.

К сожалению, в ходе учений на Каспии случались и катастрофы. Так, 13 мая 1964 года группа самолётов Ту-16К-10 из 170 морского ракетоносного авиаполка (МРАП) Балтийского флота стартовала с аэродрома Быхов для проведения практических стрельбы ракетами КС-10 на 77-м полигоне.

Все полёты на Каспий выполнялись с дозаправкой, которая происходила в районе Цимлянского водохранилища. После дозаправки при расхождении самолётов Ту-16К-10 и самолёта-заправщика Ту-16ЗЩ произошло столкновение, и оба развалились в воздухе. Из 12 членов экипажа 5 человек спаслись. При этом они не катапультировались, а их просто выбросило из самолётов.

Ремонтно-восстановительное судно «Тура», бывший сетевой заградитель проекта 149, следовало из порта Баутино и оказалось в 150 км от «острова погибших кораблей» в районе форта Шевченко. Тем не менее радиолокационная головка самонаведения ракеты Х-22, выпущенной с ракетоносца Ту-22, захватила судно. Ракета на сверхзвуковой скорости промчалась на высоте 15 м над палубой, создав мощную ударную волну и аэродинамические завихрения, и серьёзно повредила надстройки.

17 апреля 1975 года самолёт Ту-22 черноморского 943-го отдельного МРАП произвёл на полигоне № 77 первый практический пуск крылатой ракеты Х-22.

16 августа 1983 года на каспийском полигоне у полуострова Бузачи была проведена «репетиция Третьей мировой войны» — «звёздный налёт» дальней авиации по американскому авианосному ордеру.

Американскую эскадру изображали 20 стоявших на мели или якорях списанных танкеров. Уголковые отражатели и специальные сетки давали каждому танкеру такую же радиолокационную заметность, как и авианосцы, крейсера, фрегаты, которые они имитировали.

Экипажами дальней авиации с самолётов Ту-22М и Ту-16 был произведён залповый пуск трёх ракет Х-22Н по цели 710 и двух ракет К-10С по цели 706.

Через одну минуту после пуска был поднят самолёт для осмотра мишеней, и, по докладу с борта вертолёта представителя полигонной службы А.С. Воронина, все ракеты прямым попаданием поразили цель. Были поражены 710-я, 706-я и 709-я мишени (списанные танкеры).

Пуск ракет прикрывали восемь самолётов радиоэлектронной борьбы для дезинформации наземных постов разведки и загоризонтных РЛС, находившихся на территории Ирана и Турции.

Однако ещё раньше, 24 марта 1983 года, очередная репетиция чуть не привела к началу Третьей мировой войны. В этот день 203-й тяжёлый бомбардировочный авиаполк находился на аэродроме Моздок и ночью должен был взлететь, произвести учебные пуски ракет Х-22 по целям на полигоне № 700 в Каспийском море, затем перелететь на аэродром Барановичи (Белоруссия).

19 машин взяли курс на полигон Бузачи, но из-за ошибок операторов самолёт майора Михаила Чижова полетел в противоположном направлении…

Так как полёт проходил в режиме радиомолчания, то ни руководитель полётов, ни центры управления воздушным движением нарушения не заметили.

Через 50 минут 19 экипажей 203-го полка выполнили пуски ракет Х-22 на полигоне Бузачи, а экипаж Чижова пульнул свою ракету по какому-то судёнышку в Азовском море и, на его счастье, не попал.

Далее 19 ракетоносцев развернулись и взяли курс на Барановичи. А самолёт Чижова тоже развернулся и полетел вдоль берега Чёрного моря на юго-восток. Причём, экипаж принял город Батуми за Махачкалу.

Полёт Чижова к Ейску совпал с трассой гражданской авиации. На ПВО заметили самолёт, который летел строго по трассе, но в неположенное время и на неположенной высоте. При этом бомбардировщик на запрос «Я — свой» отвечал, но связаться с ним не удавалось. На ПВО стали ругаться с диспетчерами, почему не предупредили об изменении в графике полётов. Ну а те, естественно, ничего об этом не знали.

Спустя некоторое время в Тбилисском центре управления воздушными судами заметили самолёт, летящий в направлении государственной границы СССР. На перехват нарушителя с аэродрома Марнеули были подняты два истребителя Су-15.

По плану Ту-22К должен был пролететь над Курском. Вот и показались огни города. Но это был не Курск, а Тегеран. Экипажу повезло. В этот день мусульмане отмечали праздник Рамадан, и экипаж Чижова целых 2 часа 6 минут летал над Ираном незамеченным его средствами ПВО.

Итак, Ту-22К провёл в небе над Ираном чуть более 2 часов, но в Рамазан система ПВО, видимо, работала неудовлетворительно. Поэтому о полёте бомбардировщика над Тегераном власти Ирана узнали лишь из официального извинения нашего МИДа.

Вскоре Ту-22К вышел к иранскому аэродрому у города Мешхед. Здесь штурман дал команду снижаться, так как решил, что это Барановичи. Но тут экипаж узрел горы, которых нет в Белоруссии.

Только тогда Чижов попытался открытым текстом связаться с советскими аэродромами. Отозвался только аэродром Мары в Туркменистане. Там базировался 120-й истребительный авиаполк, в взлётно-посадочные полосы не были приспособлены для посадки тяжёлых бомбардировщиков. Но выхода не было — топливо на исходе.

Пока Ту-22К выходил к аэродрому, в небо поднялись два истребителя МиГ-23 на перехват и сопровождение — всё же самолёт летел из Ирана и коды «свой-чужой» уже сменились. Но в суматохе один из истребителей забыл включить систему опознавания, и они гонялись друг за другом.

Машина Чижова села с пустыми баками. А полк, где он служил, получил неофициальное название: Тегеранский 203-й тяжёлый бомбардировочный полк.

Но вернёмся на Каспий. На 77-м полигоне выполнялись практически все пуски авиационных крылатых ракет КСР-5 и Х-22, и лишь с середины 1990-х годов их стали выполнять на полигонах ВВС Северного (Лумбовка) и Тихоокеанского (Мыс Тык) флотов.

В 1991 году распался Советский Союз, и оба «острова погибших кораблей» оказались у берегов независимых государств Казахстана и Туркменистана.

Корабли-цели представляют опасность для мореплавания, и периодически поднимается вопрос об их выводе с «боевых полей» бывшего полигона № 77. Однако интенсивность судоходства там небольшая, да и денег никто давать не хочет.

А пока на этих островах обитают браконьеры и контрабандисты — и пограничники научились вычислять места базирования браконьеров по огромным стаям чаек, которые собираются у останков кораблей, где ведется разделка рыбы.