«Мушкетёр из Якутии». Как необычное имя повлияло на выбор профессии белгородца

Наша встреча произошла на музейной выставке – решила спросить у посетителя мнение о работах художника, да так и застыла, когда в ответ на вопрос, как его можно представить в репортаже, услышала: «Врачом-реаниматологом, педиатром Реонолием Журавлёвым. С улыбкой он добавил: «На пенсии». Интуиция не подвела: у человека с необычным именем оказалась интересная жизненная история. Обещание спасителям. В его семейных рассказах живёт легенда о предках по отцу и матери, которые были причастны к восстанию Емельяна Пугачёва. За участие в нём они, сосланные навечно в Якутию, работали на ямщицких станциях. Через два века, в 1930-х годах, его родственники – большая семья из 13 человек – пережили раскулачивание. Несмотря на политические катаклизмы, у его отца, Анатолия Ивановича Журавлёва, получилось окончить в 1938 году Якутский педагогический техникум и поработать в районных школах учителем, завучем, а перед войной – директором школы. Его молодая коллега Тамара училась в педагогическом институте по специальности «преподаватель русского языка и литературы», и учительская семья могла бы сложиться раньше, но война спутала все планы. В 1942 году Анатолия призвали в Красную армию, любимая его ждала, и через год после Победы они поженились.На фронтах Великой Отечественной героически сражались ещё пять братьев отца, один из них погиб – артиллерист Иван Журавлёв. Остальные: Валентин, Виктор, Виссарион, Финоген и Анатолий – вернулись к мирной жизни.«Мой отец, гвардии капитан, командир стрелковой роты, отважный и в то же время скромный, интеллигентный человек, любил правду и честность, высоко ценил прямоту человеческих отношений и никогда в своей жизни не отступил от этих принципов. С фронта принёс настоящий иконостас боевых наград и личную благодарность Сталина «За взятие Кёнигсберга»… Закончил войну в Берлине. К наградам прилагались нашивки за два тяжёлых ранения и одну контузию», – так написал в 2020 году уже состоявшийся врач-реаниматолог Реонолий Журавлёв в своём документально-биографическом повествовании «Записки педиатра».. Интересно, что выбор профессии и имени для старшего сына в семье Анатолия и Тамары связан с реалиями военного времени.Ранило Анатолия Ивановича под Прохоровкой на Курской дуге в первый день легендарного сражения. Пуля, отрикошетив от приклада, попала в запястье правой руки и двигалась по нервно-сосудистому пучку в сторону сердца. Была страшная жара. По дороге в госпиталь в надежде извлечь пулю раненого прооперировали дважды, но безуспешно. Могло начаться заражение крови, решили ампутировать руку. Отец наотрез отказался, заявив консилиуму врачей: «Если отрежете руку – застрелюсь!» И произошло чудо – во время следующей операции пулю извлекли в десяти сантиметрах от подмышечной впадины. Угрозу сепсиса удалось купировать антибиотиками и антисептическим раствором, впервые поступившим из Англии по союзнической линии», – рассказывает Реонолий Анатольевич.. Когда стало понятно, что он идёт на поправку, молодой военный, которого ждала невеста в Якутске и однополчане на фронте, дал своим спасителям в белых халатах обещание, что его первый ребёнок станет врачом и он назовёт его в честь лекарственного раствора «Риванол», спасшего ему жизнь.«Вот этим‑то первенцем оказался я. Подводить любимых и дорогих моему сердцу родителей я не имел права. И у меня была одна-единственная задача: подготовиться к поступлению в медицинский вуз так, чтобы повторных попыток не было. А конкурс на поступление в среднем был 15 человек на место», – говорит мой собеседник.. Повезло с людьми. В то время детей модно было называть Арнольдами, Филиппами, Калериями, а однажды на жизненной дороге ему даже встретился почти тёзка – Револий.«Когда стал старше, меня цепляли за имя, несколько раз даже шёл менять, но, доходя до загса, останавливался и понимал, что родители дали мне его не просто так, – объясняет Журавлёв. – Своим дочерям Екатерине и Светлане я разрешил взять любое отчество, но они не согласились».. Поступить в старейший в Сибири томский медицинский вуз у Реонолия Анатольевича получилось с первого раза, этот путь был наполнен необыкновенной тягой к поглощению новых знаний. Но ему предшествовали четыре года таёжной романтики. Сначала юноша отработал после девятого класса рабочим-геодезистом, потом окончил курсы техников-геодезистов.«Главное, что я имел возможность оказывать значимую финансовую поддержку своей семье. За четыре года исколесил пол-Якутии», – продолжает наш герой.. Он считает, что ему на жизненном пути повезло с людьми, взять, например, его приезд в Томск по приглашению своего друга в интеллигентную научную семью «физиков и лириков», которые помогли ему подготовиться к самому сложному экзамену по физике и сдать его на отлично. Базовая подготовка по остальным предметам была неплохой, поэтому ещё три вступительных экзамена прошли без нервотрёпки, и Реонолий Журавлёв увидел на доске объявлений в списке поступивших на 1-й курс свою фамилию. Романтик и оптимист. Второй сюрприз ожидал его на собеседовании, которое проводил ректор мединститута академик Иннокентий Торопцев. Когда он спросил, чем увлекается будущий врач, то услышал: «Фехтованием. У меня первый разряд по рапире». Ректор воскликнул: «Мушкетёр из Якутии!» Молодого человека не только зачислили, но и оформили на работу тренером-почасовиком на кафедре физкультуры. Тут же выдали ордер на общежитие сроком на шесть лет как преподавателю института.«Такого финала зачисления я не ожидал! В течение шести лет был играющим тренером команды фехтовальщиков вуза», – улыбается Реонолий Анатольевич.. Для своих трёх братьев он, старший, всегда был примером. Младший Иван поступил в медучилище, а потом стал сначала анестезиологом-реаниматологом, затем создал одноимённое отделение в республиканском центре термической травмы.Всю свою жизнь доктор Реонолий Журавлёв отдал педиатрии. Судьба всегда бросала его на передовой край медицины. В 1970-х годах в Советском Союзе создавались детские реаниматологические отделения, и благодаря своей высокой квалификации он успешно работал в таком отделении, а когда впервые в Якутии стали создавать гемодиализные отделения, стал там заведующим. И никогда бы не переехал, если бы не болезнь дочери, которой понадобился мягкий южный климат.Белгород в 2006 году встретил его отсутствием медицинских вакансий по анестезиологии. Но тогда здесь не хватало специалистов по гемодиализу, поэтому опыт врача был очень востребован, а уже в 2012 году Реонолий Анатольевич успешно провёл в стенах детской областной больницы первый в истории региона гемодиализ ребёнку. И только за два года до своего 70-летия принял решение оставить работу и выйти на пенсию.«Будучи по натуре романтиком и большим оптимистом, я получил в жизни всё, о чём только может мечтать человек. Любимая работа, признание коллег, осуществление всего того, о чём думалось в начале пути. Встреча с единственной любовью (супругой, врачом-эндокринологом Натальей Петровной – прим. авт.), с которой мы стали одним целым, глубокое уважение и взаимопонимание, доверие, исключающее любую возможность разрушить наш союз. А это дорогого стоит», – завершает наш разговор Реонолий Журавлёв. . Елена Ховхун.