Советские люди, спасавшие евреев от нацистов

Рискуя собой и своими семьями, они укрывали евреев от фашистов во время Великой Отечественной. Вот лишь пять из множества таких историй.

С 17 января по 4 февраля в России проходит «Неделя памяти», посвященная жертвам Холокоста.

Также мы вспоминаем и тех, кого в Израиле называют "праведниками народов мира". Это звание присуждалось людям разных национальностей, спасавшим этнических евреев в годы нацистской оккупации Европы и во время Второй Мировой войны. В России его получили 215 человек. Мы рассказываем о пяти из них.

Пелагея Григорьева – вторая мама Ефима Трубина

Ефим Трубин родился 12 мая 1938 года в еврейской семье в Ленинграде, а в возрасте 4-х лет мама отправила его на летние каникулы в деревню Коконогово Псковской области к своей знакомой Пелагее Григорьевой. Когда началась Великая Отечественная, родители не смогли приехать за сыном, и Ефим остался в деревне. Когда началась оккупация, Пелагея попросила мальчика называть ее мамой, чтобы скрыть его еврейские корни.

Ефим и Пелагея жили в доме ее брата Егора, который ушел в партизаны. Вместе с ними проживали жена Егора и его дети. В дом часто приходили немецкие солдаты — искали следы партизан. Все члены семьи знали, что мальчик представляет опасность, но никто не выдал его еврейского происхождения. Сам Ефим за три года жизни со своей спасительницей привык к ней настолько, что действительно стал считать Пелагею своей матерью.

В марте 1945 года родители нашли сына, однако он, не узнав их, отказался возвращаться в Ленинград. Ефим Трубин считал своей матерью Пелагею Григорьеву, поэтому был готов ехать только при условии, что она поедет с ним.

Вторая мама жила в доме Трубиных более 14 лет и стала полноценным членом семьи. Однако она тосковала по родной деревне и в итоге вернулась туда. С тех пор Ефиму Трубину ни разу не удалось связаться с Пелагеей, он больше ни разу не услышал ее голоса и не получил ответа на многочисленные письма.

Екатерина Королькова – спасительница Фриды Рабинович

Незадолго до начала войны Екатерина Королькова работала медсестрой в психиатрической больнице в поселке Колмово, который располагался недалеко от Великого Новгорода (ныне – в черте города). Во время оккупации госпиталь был превращен в больницу для раненых солдат и мирного населения. В один из дней женщина встретила раненую в ногу 8-летнюю девочку Фриду Рабинович, дочь своей бывшей коллеги. Мать девочки, по требованию нацистов, была вынуждена вместе с другими евреями выехать из поселка.

Несмотря на то, что сотрудники больницы знали о еврейском происхождении Фриды, все оказывали помощь в ее лечении и скрывали ребенка от фашистского «правосудия». Екатерина Королькова забрала девочку к себе домой и стала ей второй матерью. Во время обысков женщина прятала ребенка, а позже приняла решение о крещении Фриды, чтобы получить свидетельство с новым именем. Теперь Фриду звали Люба Королькова.

В конце 1943 года персонал госпиталя был перевезен в Литву, депортации не избежала и семья Екатерины Корольковой. В августа 1941 года фашистские солдаты застрелили сына Екатерины, а дочь сослали на принудительные работы в Германию.

После окончания войны еврейскую девочку отыскал ее родной дядя и забрал к себе в Ленинград. Несмотря на разлуку, Фрида до последнего дня жизни своей второй матери поддерживала с ней общение.

Тамара Артемьева – няня, которая спасла своего воспитанника

Перед началом Великой Отечественной Тамара Артемьева жила в Ленинграде и была няней трехлетнего еврейского мальчика Марка Фельдмана. Летом 1941 года семья Фельдман (бабушка и Марк) вместе с Тамарой поехали отдыхать в деревню Загромотье (Псковская область), где жила вся родня няни.

22 июня они находились в деревне, однако бабушка мальчика была вынуждена вернуться в город. Она приняла решение оставить внука в этом спокойном месте, потому что считала, что деревня – самое безопасное место для ребенка во время войны. Однако нацисты добрались и сюда.

Местные жители знали о национальности Марка, поэтому после вторжения захватчиков семья Артемьевых боялась, что кто-нибудь донесет на них. Но ни один человек не выдал тайну ребенка. За время войны на долю Тамары Артемьевой выпало много несчастий: из-за сердечного приступа умер отец, сгорел дом, из-за чего они были вынуждены переехать. Весной 1944 года Марк вернулся домой к маме и бабушке.

Вера Бурячок: маленькая семья

Вера Бурячок жила в одиночестве (родственники были высланы в Сибирь, муж и сын погибли) на хуторе Незаймановском Тимашевского района.

Край был оккупирован фашистами в августе 1942 года. Однажды женщине рассказали об эвакуированном из Ленинграда 5-летнем еврейском мальчике, который остался без родителей. Какое-то время Гена (настоящее имя Генрих) жил у соседей Веры Бурячок, однако новая семья не проявляла должной заботы, и мальчик целыми днями скитался по улицам, выпрашивая у людей еду. Вера решила приютить Гену у себя, понимая, какому риску она себя подвергает. Оба они настолько привязались друг к другу, что женщине он заменил погибшего сына, а мальчику Вера заменила родную мать.

После освобождения края женщина обратилась к властям с просьбой об усыновлении ребенка, поскольку считала, что его родители мертвы. Однако в 1943 году, после долгих поисков, на хутор приехала сестра Гены. Несмотря на сильную привязанность к мальчику и одиночество, Вера Бурячок отпустила ребенка, понимая, что его ждет его родная мать, которой также тяжело находиться в разлуке с сыном.

Гена вернулся жить к родителям, однако каждое лето всей семьей они приезжали к спасительнице, что навестить ее и помочь по хозяйству.

Инна и Изабелла: неразлучные сестры

На момент начала войны Изабелла Дудина жила в Ленинграде, а позже была перевезена в Курск к отцу. Практически сразу после этого в город вошли фашисты.

В 1941 году в дом семьи Дудиных пришла женщина с просьбой о спасении своей племянницы, которую никто не соглашался укрывать. Папа Изабеллы Николай и мачеха Любовь согласились оставить у себя маленькую Инну, несмотря на серьезную опасность из-за сокрытия евреев. Во время войны нацисты охотились не только за взрослыми евреями, но и за детьми, поэтому им приходилось прятаться. На следующий же день было принято решение крестить Инну, чтобы она получила новое имя, которое не вызовет подозрения у нацистов. Теперь девочку звали Нина Ларина, и она стала названной сестрой Изабеллы.

Соседи не любили семью, тайно скрывавшую еврейского ребенка, однако доносы почему-то не привлекли внимания немецких солдат. Кроме спасения девочки, семья Изабеллы помогала отправлять в лес бежавших из плена солдат и офицеров, которых тайком лечили в городе. Среди них было несколько евреев.

За время войны Инну несколько раз забирали в полицию, сестра ходила в участок вместе с ней. Благодаря упорному труду, Изабелла научила свою сестренку говорить без акцента и быть уверенной во время допроса.

После окончания Великой Отечественной в город приехал папа Инны, чтобы найти ее могилу. Он испытал невероятную радость, когда узнал, что она жива и находится в любящей ее семье Николая Дудина.