Поверить оступившимся: история одной диверсии
В истории Великой Отечественной войны были не только громкие битвы и яркие подвиги, о которых писали в свое время все советские газеты. Немало было эпизодов, оставшихся будто за кадром. Эти истории, снабженные грифом «секретно», не один год пролежали в архивах и только спустя десятилетия понемногу становятся известны.
Какие ассоциации возникают, когда мы слышим о РОА — русской освободительной армии? В первую очередь на память приходит фамилия генерала Власова — советского военачальника, сперва перешедшего на сторону Гитлера, а затем в 1946 году осужденного за госизмену и повешенного по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР. Представители старшего поколения, наверняка, вспомнят и о том, что еще в 60-70 годах прошлого века то и дело появлялись публикации об обнаружении очередного бывшего полицая или власовца, которые на протяжении длительного времени «притворялись» законопослушными советскими гражданами. Однако, вопреки укоренившемуся мнению, и среди служивших у немцев русских солдат были те, кто с удовольствием бы вернулся в Красную Армию. И целому батальону РОА, квартировавшемуся на территории Орловской области, на землях, некогда входивших в состав Курской губернии, шанс на исправление однажды совершенной ошибки был дан.
К 1943 году партизанское движение уже было достаточно сплоченным. Оно представляло собой хорошо слаженную и боеспособную «армию», которая специализировалась не только на подрывной деятельности, но и на разведке, а также тесно поддерживала связь с Управлением НКВД. Именно с такой партизанской бригадой из соседнего региона и связались в свое время курские чекисты, когда возникла необходимость забросить к селу Середина-Буды своих людей. Перед тремя диверсантами стояла непростая задача: разложить батальон РОА и добиться того, чтобы он вышел из-под командования немецких офицеров. К партизанам малочисленный отряд из двух сотрудников НКВД и радиста прибыл второго августа 1943, а примерно через две недели — 18 августа, старшим лейтенантом госбезопасности и его коллегами уже была подготовлена 21-летняя местная жительница, которой и предстояло взять на себя самую сложную часть работы — выйти на связь с русским, но никак не советским, батальоном.
Уроженке Суземского района (сегодня это Брянская, но в годы Великой Отечественной — Орловская область) предстояло попасть в занятое немцами село Середина-Буды и завязать дружбу с солдатами дисплоцировавшегося там батальона РОА. Через два дня девушка была уже на месте. Одна из из местных жительниц не только помогла ей преодолеть дорогу, но и подсказала, где можно остановиться на постой, чтобы не привлекать излишнего внимания. А спустя еще пару дней, вечером, девушка познакомилась с одним из солдат интересного ей батальона.
Дмитрий - имя бойца изменено, - прогуливаясь с девушкой рассказал, что успел повоевать и «за наших», и что вовсе не мечтал перейти на сторону врага. Летом 1942 года он, уроженец Ленинградской области, оказался в лагере для военнопленных в Смоленске. Там-то заключенным и предложили перейти на сторону немецких войск. Дмитрий был из числа тех, кто согласился на предательство. Сперва батальон, в котором оказался мужчина, охранял мост через Десну под Брянском, а в июне 1943 солдат РОА перебросили в село Середина-Буды.
Со слов бывшего военнопленного выходило, что бойцы «русской» армии настроены против немцев и среди них немало желающих перейти на сторону Красной Армии. Вот только как это осуществить? Связаться с партизанами? Так они, как поговаривали сами немцы, перебежчиков расстреливают... Что это? Действительно раскаяние и желание снова войти в ряды советских граждан? Или попытка разговорить появившуюся в селе незнакомку? Заставить ее сознаться в связи с партизанами? Над этим вопросом еще предстояло подумать. Уж очень «удачно» разговор свелся к нужной теме. Сказать, что партизан немцы боялись и расправлялись с ними с особой жестокостью — ничего не сказать. Каждая казнь такого бойца превращалась в назидательное шоу, смотреть которое заставляли всех жителей села или деревни. Понятно было, что, окажись Дмитрий настоящим предателем, дни 21-летней красавицы были бы сочтены. Девушка свернула беседу и распростилась с новым знакомым, договорившись встретиться с ним снова по прошествии четырех дней.
Рисковать или нет? Открыл ей Дмитрий свои потайные мысли, или вел двойную игру? Ответ на этот вопрос девушка получила спустя те самые оговоренные четыре дня. 26 августа она пришла на следующую встречу. Выяснив в разговоре, что ее «друг» - командир отделения, она крайне осторожно напомнила ему, о чем они говорили в прошлый раз, поинтересовавшись: какие же настроения царят среди «русских» солдат в батальоне. В этот момент разговор еще можно было свести к шутке, правда, достаточно рисковой. Дмитрий с воодушевлением принялся рассказывать о том, насколько не любят немцев бывшие военнопленные. Во время беседы девушка осторожно постаралась убедить мужчину, что партизан бояться не стоит, но тот ей не поверил: пропагандистская машина работала слишком хорошо.
Возможно, этот разговор бы закончился также ничем, как и прошлый, если бы не готовность девушки рискнуть ради выполнения ответственного задания. Она показала командиру пока еще вражеского батальона подготовленную партизанами листовку и передала газету «Правда» от 15 августа 1943 года. Этого уже было достаточно для того, чтобы, окажись Дмитрий предателем, он передал ее в руки своим командирам. Подозревавший, какой ответ услышит, но все же удивленный тем, что его предположения оказались верны, мужчина поинтересовался, где она взяла запрещенную «макулатуру» и не имеет ли отношения к партизанам. Отпираться смысла не было, да и о возможных рисках девушка была предупреждена уже тогда, когда только согласилась выполнить опасное задание. Убедившись в том, что Дмитрию можно доверять, она призналась, что является партизанкой из Брянских лесов и предложила ему воевать против немцев. Командир батальона РОА не просто согласился, но и признался, что может сделать так, что и значительная часть солдат из находящихся под его командованием с оружием придут к партизанам. Он был уверен в верности примерно ста человек. Дмитрий рассказал, что уже скоро их батальон должны отправить на передислокацию, и тогда молодые люди договорились, что он с солдатами выйдет на Коломенский большак, где их и встретят представители партизанского отряда.
Еще долгих четыре дня напряженного ожидания. Этого времени было бы более, чем достаточно, чтобы уведомить немецкое командование, организовать засаду. Но предателей среди бойцов РОА не оказалось. Воевать они предпочли под родным флагом. 30 августа 1943 года, доверившись своему командиру, бойцы пришли в партизанский отряд «Большевик» партизанской бригады «За Родину». Говоря о примерно сотне просоветски настроенных бойцов Дмитрий явно осторожничал. Вместе с ним к партизанам перешли 132 русских солдата из «РОА» с имевшимся у них вооружением. Доказать свою преданность и подтвердить, что чекисты и партизаны не напрасно дали им шанс на исправление, бойцам удалось уже первого сентября. 24 из них было поручено принять участие в партизанской вылазке на все тот же Коломенский большак.
Как сообщила разведка, именно этой дорогой в тот день должна была двигаться немецкая колонна. Возглавил боевую группу начальник штаба партизанского отряда. Около двух часов дня бойцы достигли намеченного пункта. Как раз вовремя. Уже через 10-15 минут после этого, едва партизаны заняли позиции, на дороге показались три легковых автомашины в сопровождении одной грузовой, по которым был открыт огонь. Бой оказался недолгим и достаточно результативным. В результате него был уничтожен ехавший в одной из автомашин командир ударной группы немецкий генерал-лейтенант Бронеман, а также десять штабных офицеров и несколько сопровождающих их солдат. Но куда важнее было то, что партизанам удалось захватить два портфеля с ценными оперативными документами, в том числе карты с нанесенной на них обстановкой фронта на 30 августа 1943 года. Захваченные бумаги и личные документы генерала вместе с оружием были переданы командиру южной группы партизан.
После того, как территория Орловской области была освобождена от немецко-фашистских захватчиков, в сентябре 1943 года, группа курских чекистов вышла из тыла врага вместе с партизанской бригадой, с которой участвовала в операции по разложению батальона РОА.
Сотрудники Курского УНКВД продолжили службу в органах безопасности. Смелая девушка –партизан после того, как была освобождена Брянская область, осталась жить и работать на ее территории, а судьба остальных участников этой истории теряется за давностью лет.
Это только один эпизод из деятельности курских чекистов в годы Великой Отечественной войны, а сколько их еще было, таких же отчаянных, рисковых операций, рассказы о которых до сих пор пылятся в закрытых архивах в ожидании, когда с них будет снят за давностью лет тот самый гриф «секретно»…
Читайте также:
История Курска: Дом купца Пузанова