Как вырасти большим, здоровым и сильным на лапше, на конопле да на пышке

Дом Василия и Ольги стоит рядом с Домом культуры и недалеко от Свято-Покровского храма. Это символично: вся жизнь семьи Алехиных посвящена культуре, истории, народным обычаям, песням родного села. И храму, который всем миром восстанавливают много лет. Не хобби, а жизнь. Василий и Ольга работают в Тростенецком ДК. Он – художественный руководитель, его фольклорный ансамбль «Истоки» и вокальный ансамбль «Багряница» известны всей области. Она – народный мастер Белгородской области, руководитель кружков декоративно-прикладного творчества «Тростенецкие додельники», «Умелые руки» и «Золотая нить».Оба они – живая история этих мест, знатоки и последователи тростенецкой народной культуры. Это у них не увлечение, а жизнь.«С 2010 года мы предлагаем людям ознакомиться с созданной нами подборкой рецептов тростенецкой кухни под названием «Краеведческая кулинария», – рассказывает Василий. – Да-да, и кулинария тоже вполне может быть краеведческой, а значит – уникальной, неповторимой, своеобразной. Гостей мы принимаем только яствами из стряпни тростенецких хозяек. Сегодня мыугощаем друзей крошёной лапшою, квасом с камсою и лапшевником.Ольга привычными движениями замешивает тесто для «пышки с салою». Если готовить что‑то с мясом, тростенчане скажут «с мясою». Такой здесь местный говор.Тесто должно быть крутым.«Крутое – значит очень плотное, а не в том смысле, в каком слово «крутой» употребляет молодёжь», – поясняет хозяйка. Заливная рыба по‑тростенецки. Муж и жена на кухне вместе. Ольга кружится по комнате и, кажется, делает одновременно десять дел: толчёт варёную картошку, режет огурцы, зелень и лук, разминает тесто. Тушится на плите баранина, варится куриный бульон. Василий комментирует происходящее, кулинарию совмещая с краеведением:«Камса по‑нашему – всякая мелкая рыбка: килька, хамса. Всё это в Тростенце камса. «Ка-а-амсу привязли!» – кричали торговцы. Люди ездили за ней и сами, тётка моей матери ездила в Харьков. Именно туда был основной торговый путь, а также в Курск, Обоянь. Белгород в старые годы не котировался так, как сейчас».Не имея современных целлофановых пакетов, тростенчане несли камсу на поле в тряпице. В жбанах несли квас из ржаной муки. Прямо в поле в кувшине толкли или наламывали кусочками варёную картошку, нарезали лук, укроп, огурцы, клали камсу, заливали квасом. Ели вприкуску с варёным яйцом. Самая простая летняя окрошка с камсою – обед для тружеников поля.Кто из горожан делает такую «заливную рыбу»? В городах знают лишь ту пресловутую «гадость», которую ругал в «Иронии судьбы» герой Юрия Яковлева.  Всё – ради храма. Посуда в хозяйстве у Ольги тоже народная: чугунки (ей в них готовить очень удобно), глиняные миски, горшочки и кувшинчики, деревянные ложки. Всё это приобретается на многочисленных фестивалях народной культуры, где Алехины завсегдатаи.«Есть фестивали, которые посвящены некой тематике и во всём ей соответствуют, а есть такие, что как просто ярмарка», – сетует Ольга.Примерно то же несколько лет назад говорил Евгений Савченко. Губернатор призывал жителей области отмечать праздники в районах интересно, нестандартно. Трудно с ним не согласиться – очень часто фестивали, дни районов проводят одинаково: речь местного главы, награждение тружеников, потом концерт местных талантов, обязательно казаки, стенды сельских поселений и торговля, торговля, торговля.Совсем по‑другому проходит в Тростенце ежегодный фестиваль «Покровские гостёбы». С 2010 года Алехины проводят его с единственной целью: привлечь внимание к Покровскому храму, на реставрацию которого необходимы деньги. Скромный поначалу фестиваль помещался в зале Дома культуры. Сейчас в Тростенце собираются до 50 коллективов со всей области.Естественно, что фестиваль проходит на Покров, 14 октября.«Это самый разгар осеннего мясоеда, – замечает Василий Алехин. – Летом крестьяне ели мясо считанное число раз, по праздникам, включая кур. Его просто негде было взять, скот ведь резали по осени. Доедали то, что осталось с зимы, в основном солонину. Мясо консервировали у нас только мокрым способом, в рассоле. Засаливали кусками в бочке из цельного дерева с выбранной серединой – она называлась лобзень. Плюс ели сало, которое солили так же, в рассоле, и рыбу, ту самую камсу». Пышка на завтрак. Ольга Алехина тем временем творит лапшу. Молоко, соль, мука, яйца – причём последних не жалеть. Тесто нужно замесить вкрутую – «очень вкрутую», уточняет Ольга. Оно должно пару часов постоять. Затем тесто раскатывают тонкими слоями, обваливают в муке, мелко нарезают и сушат в духовке.Для пышки «с салою» хозяйка делает обычное дрожжевое тесто. Раскатывает в толстый блин и ставит в духовку. Там тесто превращается в очень аппетитный пухлый хлебец.— Сильного жара пышке не нужно: в прежние годы пекли её тогда, когда печь разогревалась. Ставили сковородку, нагребали под неё уголёчков, сверху тоже тепло, и пышка пеклась. Поэтому готовили её только на завтрак, это была утренняя еда, вечером ведь печь не топили.— А в каком виде там присутствует сало?— Готовая пышка, очень горячая, просто обмазывается солёным салом. Также пластинки сала мы кладём на неё сверху, – объясняет Ольга.  Тростенецкие парни. «Тростенчане просыпались часа в три утра, – описывает Василий уклад жизни земляков. – В семьях первой вставала свекровь. Пока она охает со сна и умывается, встают невестки, надевают свои юбки… И начинается: «Мама, что будем готовить?» Варят борщ или учиняют хлеб. Потом вставали мужики. Это всё зимой, а летом поднимались ещё раньше – часа в два».Всё это Алехины застали в детстве, в ранней молодости, вплоть до середины – конца 1990-х. В три часа утра уже выгоняли скотину. Этот уклад хранился до тех пор, пока не извели на селе частную скотину. А спать ложились около 11 вечера.«Мы сейчас, если сравнить с прошлым, ничего не делаем, – констатирует Ольга. – Увидели жизнь, узнали, что такое сладко поесть, мягко поспать. На нашей нынешней работе мы отдыхаем физически, потому что приходишь с работы и приступаешь к домашним делам: огород, картошка, всё прочее».Ушла в прошлое ещё одна традиционная крестьянская забота. В тростенецких лесах были парни – с ударением на втором слоге. Так назывались избы, где запаривали дерево, чтобы его гнуть, делая дуги для конной упряжи, полозья саней, коромысла и прочие предметы обихода вплоть до детских санок. Сельские парни уходили в эти парни и целыми днями парили и гнули дерево. В парнях стояли печи, большие котлы с кипятком, атмосфера – как в сауне. В сельской избе такое не организуешь, поэтому требовались особые «цеха». Да и лес для дров рядом. Конопля-кормилица. На Алехиных одежда, которую носили их предки 100–150 лет назад. Аутентичная, конопляная, она бережно хранится и надевается на концерты, праздники, фестивали народной культуры.— Кушак, которым подпоясываются мужчины, должен быть длиной не менее 3 метров, – говорит Василий. – Я большой, на меня нужно больше. Вот это конопля (ощупывает предметы одежды), вот это тоже. Здесь коноплю всю жизнь выращивали. Из неё ткали одежду, делали верёвки. Употребляли и в еду: делали масло, кашу, сметану.— Конопляная сметана – это как?— Сейчас расскажу. Конопля толклась в ступе. Отдельно толклось и пшено. Потом они отсеивались: из конопли и пшена высевалась мука, а крупные остатки шли на кашу. Две муки соединяли, заваривали кипятком, ставили в устье печки упариваться. И получалась консистенция как у сметаны, с характерным конопляным вкусом.  Идеальная готовка – в печи. Алехины в этом убеждены твёрдо. Не согласны с Солженицыным, который в рассказе «Матрёнин двор» писал: «Русская печь, как я пригляделся, неудобна для стряпни: варка идёт скрыто от стряпухи, жар к чугунку подступает с разных сторон неравномерно».«Каждая хозяйка знала свою печь! – уверена Ольга. – Знала, куда ставить чугунок, сколько ей дров положить, как печь прогревается, чувствовала температуру рукой или щекой. А если надо, контролировала готовку: заглядывала внутрь, поворачивала».С уходом печей в прошлое многое ушло из сельского быта. В Тростенце ковали сковородки, и в печах они «играли» – издавали звуки. Отсюда рождались шутки и страшилки про домового.— Я с печью вырос с детства, – говорит Василий. – На печи спали старики и дети, но не спали супруги, а то печь развалится, их отправляли на кровать. Знаю, как на ней спать, как в ней париться.— Как же на ней спать: как‑то особенно?— Пьяному – ни в коем случае. Потому что он не поднимется, точно. В Тростенце жёны так даже, бывало, избавлялись от нелюбимых мужей: он придёт пьяный, она его на печь, ещё дровишек подкинет – так и уморит. Если потом кто спросит, скажет: пьяный был, сам на печь полез, что я могла с ним сделать.  «Почему я здоровый такой?»Наконец всё приготовлено. Садимся за стол. Он ломится от кушаний: свежеприготовленные блюда дополнены «салою», камсой, овощами с огорода, другими плодами трудов. Возвышается каравай хлеба, рядом дымится горячая пышка «с салою».Вначале хлебаем окрошку с камсой, она идёт вместо закуски. Берём куски тушёной баранины: овец в Тростенце держат до сих пор. Запиваем домашним квасом на ржаной муке.Приступаем к основному блюду: это лапша в курином бульоне с мясом. Домашняя лапша, как и конопля, настоящая кормилица. Её можно есть даже сухой, словно конфеты: она сама по себе вкусная. В завершение трапезы хозяйка ставит на стол десерт – лапшевник по‑тростенецки.«Вы думаете, почему Васька здоровый такой? – шутит Василий, возвышаясь над столом. – А потому что вырос на топлёном молоке да на лапше, на конопле да на пышке». Лапшевник по‑тростенецки. лапша домашняя – 300 гмолоко – 0,5 ляйца – 6 штуксахар – 20–30 г,масло сливочное – 20–50 гсметана – 200–400 гсоль по вкусуМолоко довести до кипения, добавить соль, положить домашнюю лапшу и варить её до готовности, после чего оставить настояться на 2–4 часа. Затем лапшу соединить со взбитыми яйцами и сахаром. Всё перемешать.Дно и стенки формы обильно смазать сливочным маслом, выложить подготовленную массу и поместить в духовку. Запекать при температуре 200 градусов 30 минут.Готовый лапшевник вынуть из духового шкафа, слегка остудить, разрезать на порционные куски и подать со сметаной.Олег Гончаренко