День, когда Россия стала меньше
0
103
Глупость, предательство, или экономически и политически обоснованный шаг? Отказ от никому не нужного актива, обладание которым подрывает экономику державы, или продажа той самой курицы, что могла бы нести золотые яйца? Чем была для России продажа Аляски, историки и политологи обсуждают по сей день. Но факт остается фактом: 18 октября 1867 года Российская Империя стала на 1 518 800 квадратных километров меньше. Заморское владение на североамериканском континенте было официально передано США. За не очень большие деньги – чуть меньше, чем по 5 центов за гектар.
Так стоило ее продавать, или все-таки нет? Мнения ученых, экономистов и просто любителей кухонных разговоров о политике и истории расходятся диаметрально противоположно. С одной стороны, конечно, «родной земли не отдадим ни пяди», и вообще, грех разбрасываться владениями, не для того мы их завоевывали, исследовали, охраняли и так далее. Регион был перспективным, - особенно во времена, когда пушнина была не менее ценным активом, чем золото. Да и золото там в избытке, и уголь, и разнообразные полезные ископаемые. В общем, как говорится, полная чаша, - черпай не хочу! С другой стороны, – страна, это все же не земли, а люди. И вот людей-то как раз на Аляске было немного – чуть больше, чем две с половиной тысячи русских и порядка 60 000 – автохтонного населения. Заселить Аляску, сделать ее полноценной частью Империи было чем-то из разряда фантастики. Слишком далеко она находилась от, как сейчас сказали бы, федерального центра.
Справедливости ради, Россия того времени была колоссом на глиняных ногах – огромным государством, протянувшимся почти через весь континент, но обладающим совершенно не развитой системой связи. Сложно представить себе, как русским царям удавалось осуществлять руководство державой, если даже срочная почта доставлялась на противоположный ее край с задержкой в несколько месяцев. В отсутствие телеграфа и железнодорожного сообщения это было задачей не для слабонервных. Малонаселенность и удаленность Аляски и стали основными причинами для ее продажи. Потому что по-хорошему, удержать этот регион было практически невозможно.
Мало того, из-за него Россия могла оказаться втянутой в серьезный международный конфликт с Англией. Ведь по одну сторону североамериканского континента территории осваивала учрежденная нашим правительством Российско-Американская Компания, а по другую его сторону полновластной хозяйкой была Компания Гудзонова залива – точно такая же бизнес-ширма, созданная правительством Великобритании. И, в конце концов, их интересы должны были пересечься, а образ действий выйти за рамки only businnes. И государствам неминуемо пришлось бы вмешаться.
В общем, к середине XIX века всем стало понятно, что что-то нужно предпринимать. Но так, чтобы получить от сложившейся ситуации максимальную выгоду. Например, - средства, необходимые для строительства железных дорог. Эта мысль довольно долго муссировалась в верхах, пока не стала главным вектором в переговорах о продаже заморской территории нашей страны. «Меняем бросовую территорию на транспортное развитие страны» звучало лучше, чем «продаем по дешевке то, чем не сумели распорядиться».
В марте 1867 года договор о продаже Аляски был подписан. Его сумма составила 7 200 000 долларов. На современные деньги – что-то порядка 125 000 000 в той же валюте. Причем это была именно продажа, а не аренда на 99 лет, как гласит непонятно откуда взявшаяся, но активно бытующая в народе легенда. Из этой суммы наличными в российскую казну поступило около 400 000 рублей, а остальные деньги были потрачены на закупку оборудования и материалов для строительства железных дорог – от Москвы до Рязани, от Курска до Киева, от Рязани до Тамбова. На транссибиркую магистраль тогда еще никто не замахивался!
18 октября 1867 года состоялась официальная церемония передачи Аляски Соединенным Штатам. Русский флаг над Новоархангельском, ныне известным как Ситка, был спущен, а вместо него поднят американский, обогатившийся новой звездой на синем фоне. Одновременно с этим целый регион пропутешествовал во времени на 11 дней вперед: дата и время были синхронизированы с западным побережьем США.
Особенных выгод, кроме этнополитических, США от этой покупки на ту пору не приобрели. Но территория их, равно как сырьевой потенциал, выросли значительно. А Россия… В России до сих пор спорят, что это было – глупость, или мудрый экономически обоснованный шаг.
Так стоило ее продавать, или все-таки нет? Мнения ученых, экономистов и просто любителей кухонных разговоров о политике и истории расходятся диаметрально противоположно. С одной стороны, конечно, «родной земли не отдадим ни пяди», и вообще, грех разбрасываться владениями, не для того мы их завоевывали, исследовали, охраняли и так далее. Регион был перспективным, - особенно во времена, когда пушнина была не менее ценным активом, чем золото. Да и золото там в избытке, и уголь, и разнообразные полезные ископаемые. В общем, как говорится, полная чаша, - черпай не хочу! С другой стороны, – страна, это все же не земли, а люди. И вот людей-то как раз на Аляске было немного – чуть больше, чем две с половиной тысячи русских и порядка 60 000 – автохтонного населения. Заселить Аляску, сделать ее полноценной частью Империи было чем-то из разряда фантастики. Слишком далеко она находилась от, как сейчас сказали бы, федерального центра.
Справедливости ради, Россия того времени была колоссом на глиняных ногах – огромным государством, протянувшимся почти через весь континент, но обладающим совершенно не развитой системой связи. Сложно представить себе, как русским царям удавалось осуществлять руководство державой, если даже срочная почта доставлялась на противоположный ее край с задержкой в несколько месяцев. В отсутствие телеграфа и железнодорожного сообщения это было задачей не для слабонервных. Малонаселенность и удаленность Аляски и стали основными причинами для ее продажи. Потому что по-хорошему, удержать этот регион было практически невозможно.
Мало того, из-за него Россия могла оказаться втянутой в серьезный международный конфликт с Англией. Ведь по одну сторону североамериканского континента территории осваивала учрежденная нашим правительством Российско-Американская Компания, а по другую его сторону полновластной хозяйкой была Компания Гудзонова залива – точно такая же бизнес-ширма, созданная правительством Великобритании. И, в конце концов, их интересы должны были пересечься, а образ действий выйти за рамки only businnes. И государствам неминуемо пришлось бы вмешаться.
В общем, к середине XIX века всем стало понятно, что что-то нужно предпринимать. Но так, чтобы получить от сложившейся ситуации максимальную выгоду. Например, - средства, необходимые для строительства железных дорог. Эта мысль довольно долго муссировалась в верхах, пока не стала главным вектором в переговорах о продаже заморской территории нашей страны. «Меняем бросовую территорию на транспортное развитие страны» звучало лучше, чем «продаем по дешевке то, чем не сумели распорядиться».
В марте 1867 года договор о продаже Аляски был подписан. Его сумма составила 7 200 000 долларов. На современные деньги – что-то порядка 125 000 000 в той же валюте. Причем это была именно продажа, а не аренда на 99 лет, как гласит непонятно откуда взявшаяся, но активно бытующая в народе легенда. Из этой суммы наличными в российскую казну поступило около 400 000 рублей, а остальные деньги были потрачены на закупку оборудования и материалов для строительства железных дорог – от Москвы до Рязани, от Курска до Киева, от Рязани до Тамбова. На транссибиркую магистраль тогда еще никто не замахивался!
18 октября 1867 года состоялась официальная церемония передачи Аляски Соединенным Штатам. Русский флаг над Новоархангельском, ныне известным как Ситка, был спущен, а вместо него поднят американский, обогатившийся новой звездой на синем фоне. Одновременно с этим целый регион пропутешествовал во времени на 11 дней вперед: дата и время были синхронизированы с западным побережьем США.
Особенных выгод, кроме этнополитических, США от этой покупки на ту пору не приобрели. Но территория их, равно как сырьевой потенциал, выросли значительно. А Россия… В России до сих пор спорят, что это было – глупость, или мудрый экономически обоснованный шаг.