Правда на дне
К зарубежным фильмам о наших реалиях относятся с недоверием. К трагедиям – тем более. Не стала исключением и франко-бельгийская драматическая картина, «Курск», снятая датским режиссером Томасом Винтербергом. В августе 2000 года взорвался российский гигантский атомный подводный ракетоносный крейсер «Курск». Символично, что и дискуссии о фильме напоминают взрыв – мнений. Они полярные – от уничижающих до возвышающих. Полутонов почти нет.
Сотни раз уже было сказано, что иностранцы, снимающие кино о России, в большей или меньшей степени искажают наши реалии. Да, это так. Но, пожалуй, требовать создания абсолютного исторического «зеркала» нереально. Достаточно уже того, что ошибки хотя бы минимальны, не искажают сути происходившего.
Фильм «Курск», снятый по книге бывшего московского корреспондента британской телекомпании ITN Роберта Мура «Время умирать», тоже грешит неточностями. Это относится и к быту моряков, и к обстановке на подводной лодке. Специалисты наверняка найдут – да что там, уже отыскали! - расхождения в технических деталях и погрешности в фактах. Но они не фатальны, главное в другом – героизме моряков, их поведении в критические, последние минуты жизни. Это подтверждают создатели фильма
…Завтра они уйдут в плавание. Но сегодня все спокойно - моряки улыбаются, строят планы. Командир корабля Михаил Аверин, роль которого исполняет голландец Маттиас Шонартс, играет с сыном Мишей. Его жена Таня беременна. У другого офицера – свадьба. Звенят бокалы, звучат тосты. Они молоды, красивы, впереди – вся жизнь.
Наутро серая махина подводной лодки, похожей на кита, уходит в плаванье. С высокого утеса видно, как субмарина исчезает в пенистых волнах Баренцева моря. Моряки приступают к повседневным делам. А родные, едва проводив их, уже ждут возвращения. Такова нелегкая судьба жен, матерей. Для кого-то, увы, это становится тяжелой участью…
Что произошло на подводной лодке «Курск», до сих пор неизвестно. И, вероятно, никогда не станет известно. Мы знаем лишь детали и общую картину случившегося – на учениях Северного флота в одном из отсеков подлодки взорвалась торпеда. Вспыхнул пожар, погибло много людей. Подводная лодка рухнула на дно. Грянул еще один взрыв, принесший новые жертвы
Из 118 членов экипажа уцелели лишь два с лишним десятка моряков, которые сбились в девятом отсеке. И стали ждать помощи. Их стук услышали на поверхности. А мы в те жуткие дни узнали, что случилась большая беда. Но на помощь морякам уже идут корабли и вот-вот начнется спасательная операция…
Но когда, когда, черт побери?! Проходил один день, занимался другой, третий, и нам снова говорили, что с потопленного «Курска» слышен стук. И уверяли, что спасение вот-вот начнется.
Надежда еще не умерла, она теплилась. Это – у нас, обывателей. Но по лицам адмиралов, мелькавших на телеэкранах, официальных и прочих важных лиц, по их словам – стертым, безликим - было понятно, что спасать уже некого.
Безнадежность ощущалась и в том, что стали больше говорить не о людях на морском дне, погибавших во мраке, без воздуха, еды и питья. А о том, почему произошла катастрофа
Говорить о моряках как о живых уже не было смысла. А как о погибших – еще рано. Потому что не было указаний сверху. Надо было утвердить, что сказать. И что - утаить.
Фильм утверждает, вопиет: надо было действовать без промедления, во весь дух мчаться на выручку несчастным. Или, признав свое бессилие, просить помощи у других. Но время было потрачено на заседания, согласования, утверждения. Может, боялись ответственности? Или опасались, что, если иностранцы будут спасть наших, разузнают наши же военные секреты.
Так было в кино. А в реальности?
Версии катастрофы были разные – умные и безумные. Предположения - профессиональные и дилетантские. Разобраться, что к чему, было невозможно. Да и не имело смысла. Правда, все равно скрыта, похоронена вместе с экипажем «Курска»…
Истину знают лишь адмиралы, возглавлявшие российский военный флот. И человек, который на вопрос американского тележурналиста Ларри Кинга, что случилось с подлодкой, с улыбкой ответил: «Она утонула».
Фильм оживил былое, разбудил фантомные боли. В том страшном августе с ужасом думалось не только о судьбе несчастных моряков, но и об их семьях. Когда еще неизвестны были подробности, по Видяеву – поселку, где жили семьи моряков Северного флота, - пронесся тревожный слух: с «Курском» что-то случилась.
Женщины пытались узнать правду. Но – безуспешно. «Мы вам не верим!» - кричали они. В этом была давняя печальная традиция. Не доверять российской, а прежде - советской власти, сомневаться в достоверности официальных сообщений. Сколько тайн осталось нераскрытыми, сколько трагедий не получили внятных объяснений…
Перед женщинами возникла стена из насупленных, неприступных, как морские скалы, адмиралов. Они отделывались сухими, туманными фразами. Крики, рыдания выходили за рамки воинского устава и их не касались.
Так - в фильме. А как было в реальности? Неужто женам, матерям, отцам рассказали всю правду, успокоили? Да нет, конечно…
«Папа умер?» - спрашивает Миша, сын капитана Аверина, командира подлодки. – «Не знаю», - отвечает мать.
Верно, не знает. Но сердцем чувствует…
Исполнители этих двух ролей – русский мальчик Артемий Спиридонов и французская женщина Леа Сейду держат на себе всю тяжелую конструкцию фильма. Трагизм – в их словах. И даже – в молчании.
Неизвестно, много ли знала Леа о трагедии «Курска», судьбе Ирины Лячиной, вдовы командира подлодки. Но то, что она прочувствовала беду, примерила на себя скорбные одежды, - несомненно. Ее слезы были искренние, не бутафорские. Ребенок ее героини Тани никогда не увидит отца. Это жизнь…
Потрясает – до дрожи в руках, до слез – сцена отпевания в церкви. Трепещущие свечи. Чернота женских платков. Согбенные фигуры. На панихиду приехал английский адмирал Дэвид Расселл - его роль исполнил блистательный английский актер Колин Ферт. Среди погибших нет его родных, близких. Но бывалый моряк не в силах сдержать слез…
Впечатляют и другие кадры. Российский адмирал из высшего руководства – в незаурядном исполнении знаменитого шведа Макса фон Сюдова - обходит ряды скорбящих родственников. И подает им руку в знак сочувствия. Останавливается перед Мишей Авериным. Но мальчик, опустив голову, не принимает рукопожатия.
Рука адмирала повисает в воздухе…
Вспоминается, как капитан Аверин пишет предсмертную записку родным. В полутьме, стоя в ледяной воде, глядя на фото жены и сына. Адмирал же в то время что-то согласовывал, утрясал…
Следом за Мишей отвергают рукопожатие и другие дети погибших моряков. Это знак, символ – вы не вправе нам сочувствовать. Потому что не сделали ничего для спасения наших отцов
В финале фильма «Курск» черный экран разрезает надпись: «У моряков остался 71 ребенок». Сейчас они уже взрослые. Но многие помнят, как это было. И рассказывают своим детям…
По странному совпадению, фильм «Курск» показали в те дни, когда в России снова случилось несчастье: на глубоководной атомной подводной станции АС-12,находившейся на полигоне боевой подготовки Северного флота в районе Баренцева моря, вспыхнул пожар. Погибли 14 моряков, все - офицеры, среди них - два Героя России.
И снова мы не услышали внятного объяснения случившегося. Опять прозвучали лишь версии и предположения.
Правду снова отправили на дно.
Автор: Валерий Бурт