«Чернобыль»: Красные против зелёных

Как коммунисты требуют запретить «Чернобыль», за что следовало бы его запретить на самом деле и почему этого делать все же не следует

«Коммунисты России» требуют от Роскомнадзора заблокировать доступ к сериалу «Чернобыль», а против его создателей возбудить уголовное дело за клевету на советскую власть и советских людей, заявил глава исполкома этой партии Сергей Малинкович. Зачем это заявление понадобилось товарищу Малинкевичу, Сурайкину и их однопартийцам, гадать не приходится, «Коммунисты...» - это фейкоспойлерная организация (составной её частью является, кстати, движение «Атеисты России»), которая делает себе имя на требованиях запрета самых разных вещей. Не так давно они требовали запретить игру «Секс со Сталиным», ранее – фильм «Смерть Сталина» или даже мексиканский «День мёртвых» на Красной площади.

Разумеется, сериал «Чернобыль», ставший самым рейтинговым киношоу в истории, не мог не привлечь внимания этих асов хайпожорного пиара, и они не ошиблись. Хотелось бы сказать, что претензии политических комиков никак сериалу HBO не угрожают, но это, увы, не так. Не раз и не два до этого требования «коммунистов» были лишь прологом последующих административных решений. Это говорит, конечно, прежде всего, о том, что организация лишь озвучивает пожелания более серьёзных политических структур, которые благословили её информационно-призрачное существование.

«Чернобыль» и в самом деле вызвал противоречивые реакции российских зрителей. От восторга перед тщательным воспроизводством советской материальной культуры до претензий к полному непониманию советского речевого этикета и системы отношений. От восхищения тем, что русские показаны в этом фильме как нация героев, до возмущения тем, что герои получились какие-то глуповатые, отважно преодолевающие трудности, которые сами создали, и представляющие собой «обезьяну с атомной гранатой».

Разделились даже мнения антикоммунистов. Одни считают, что сериал безжалостно и точно показал пороки советской коммунистической системы (здесь их мнения, парадоксально, совпадают с точкой зрения товарища Малинкевича, только с обратным знаком), разоблачил систему официальной советской лжи, безжалостности к людям и т.д. Другим кажется, что и целят создатели сериала не в коммунизм, и попали они в Россию и русских, что подлинным объектом идеологической манипуляции является не давно уже забытый Soviet Union, а вполне живая и активно развивающая атомную энергетику Russia.

Фото: Photo and Vector / Shutterstock.com

Несомненно, сериал содержит откровенно антисоветские моменты, вроде речи о необходимости скрыть правду об аварии, произносимой старым коммунистом Жарковым в исполнении Дональда Самптера, известного, прежде всего, по роли мейстера Лювина в «Игре престолов» – речи совершенно абсурдной по своему пафосу, особенно в условиях 1986 года. Кстати, в этом эпизоде дает сбой и «материальная культура» – в руках у Жаркова такая роскошная трость, которая в руках у старого партийца той эпохи попросту немыслима и уместна лишь в глазах англосаксонской аудитории, где с такими ходят «старички», задающие правила игры.

Но тут-то и разгадка: на самом деле «Чернобыль» – не столько про советское общество 1986 года, сколько про американское общество 2019-го. Скажем, возмутившая многих сцена с «угольным министром», которая совершенно абсурдна, если речь идёт об отношениях советских горняков с их министром Щадовым, настоящим угольным зубром, совершенно осмысленна, если речь идет об американских реднеках и молодых президентах корпораций.

Иными словами, СССР в «Чернобыле» это не тоталитарный Мордор фильмов жанра «klukva», но и не попытка разобраться в реальном советском обществе начала перестройки, а слегка облицованный советской атрибутикой фэнтезийный мир на основе Америки. Нечто вроде «Западного мира» той же HBO. Особенно выразительны в этом смысле похождения группы «догхантеров-чистильщиков» во главе с доминантным грузином, наставляющим субтильного Пашу. Этих сцен невозможно понять, если не видели сериал «Pacific», показанный той же HBO в 2010 году. Там приключения сражающихся с японцами американских морпехов показаны с той же примерно смесью героизма и циничной жестокости. Сериал был сделан, кстати, на основе ветеранских мемуаров.

Другими словами, никакой специализированной «антисоветчины» в «Чернобыле» нет, и претензии фейковой компартии не очень справедливы. Выпущены даже некоторые эпизоды, которые выставляли бы коммунистическое руководство совсем в жутком свете – вроде решения коммунистического руководства Украины провести первомайскую демонстрацию «как обычно», несмотря на то что в город уже была занесена радиация. На этой демонстрации глава украинских коммунистов Щербицкий появился со своими внуками, как бы принося их в жертву официальному советскому ритуалу. Сцена буквально напрашивалась в фильм, но почему-то от неё отказались. Возможно, решили «не обижать» Украину.

А вот определённая доза русофобии и россиефобии в этом фильме действительно есть. Прежде всего, это взгляд на Россию – любую Россию во все времена, как на страну, которая решает любые свои проблемы путём человеческих жертвоприношений своих сыновей. Так сказать, маячком этого смысла выступает такая заведомо нелепая мизансцена, как фрагмент картины Репина с Иваном Грозным, убивающим сына, в парадных коридорах Кремля. Именно этот маркер говорит нам, что создатели метят не в коммунистический СССР, а в любую вообще русскую государственность.

Фото: JoRanky / Shutterstock.com

И в свете этого обозначенного смысла перестают казаться невинными многочисленные случаи, когда советская система представлена глупее, безжалостней, беспощадней к людям, чем она была на самом деле. Часть таких подтасовок признана даже в конечных титрах сериала, когда сообщается, к примеру, что «чернобыльские дайверы» Ананенко, Беспалов и Баранов, о необходимости убить которых ради спасения человечества столько говорилось, – выжили. Мало того, это была не самая токсичная и радиоактивная опасность в их жизни – в 2017-м Ананенко и Беспалову пришлось хуже, им вручал ордена и жал руки Пётр Порошенко. Другие выдумки, вроде «чернобыльского моста смерти», так и остались создателями не опровергнутыми.

По сути, «Чернобыль» воспроизводит примерно тот взгляд на русских (причём специфичные людоедские советские практики априори записываются как присущие русскому характеру), который приписал маршалу Жукову Дуайт Эйзенхауэр в своих мемуарах, рассказывая о «русском методе преодоления минных полей» – с помощью идущей по ним пехоты. На самом деле мысль Жукова, которую недопонял «Айк», была немного иной – советский маршал исходил из того, что задержка на время разминирования темпа наступления перед минной полосой, пристрелянной противником, принесёт большие потери, чем прорыв обученной пехоты через минные поля. И практика это подтверждала – в целом советские потери в 1943–45 гг. были меньше немецких. Эйзенхауэр же в данном случае не столько вспоминал, сколько конструировал определённый, чрезвычайно устойчивый миф о России.

Одной из проекций этого мифа и является центральная в сериале речь академика Легасова на суде:

Мы единственная в мире нация, которая строит реакторы без защитных колпаков, потому что так дешевле.

Так сказать, идеологическое и практическое резюме всего сериала.

С одной стороны, эта речь основана на записях Легасова, которые были опубликованы вскоре после его самоубийства, то есть никакого секрета в СССР не составляли. В них академик подчёркивал, что принятая в СССР стратегия «экономии» на атомной энергетике – отставание в её развитии в 1950-е годы, недостаточные меры безопасности, передача АЭС из военного  Минсредмаша в Минэнерго с недостаточно квалифицированными специалистами – все это были слагаемые катастрофы.

Советская «экономия», неизбежно вытекавшая из природы планового хозяйства, и в самом деле стоила множества жизней. А атмосфера идеологического террора подавляла волю к сопротивлению. Например, академик Александров, создатель реакторов РБМК, первоначально выступал за строительство защитных колпаков, но в какой-то момент «сдался» и перестал спорить со сторонниками «экономии». Сдался, возможно, потому, что ему припомнят прошлое врангелевского офицера, лишь чудом избежавшего расправы в Крыму осенью 1920-го. А сколько ещё людей, понимавших, что происходит, «промолчало» по самым разным вопросам – опасаясь политического шельмования?

Но всё-таки Легасов в «Чернобыле» говорит не «мы единственная страна», не «мы единственная система», а «мы единственная нация...». Небезопасность реакторов – это, оказывается, связано со свойствами характера «russians», которые норовят сделать подешевле и надеются на авось, не предполагая защиты от дурака. И вот здесь уже речь идёт не об обвинении советской социальной экономической системы, а о выстреле в настоящее, несмотря на то что в конце сериала скороговоркой сказано о том, что ошибка старого реактора РБМК была исправлена, да и вообще этого типа реакторы наш Росатом не строит, перейдя на сверхзащищённые модели ВВЭР-1200, где все процессы протекают принципиально иначе.

Фактически в современном мире только Россия и Китай последовательно поддерживают атомную энергетику. Росатом занял 65% атомного рынка (справедливости ради, сам рынок при этом стагнирует). Для многих стран атомная энергия – единственный способ купить себе энергообеспеченность и энергонезависимость. А Росатом – единственный надёжный строитель атомных станций, к тому же не ангажированный политически, как американцы.

И в этих условиях «самый популярный сериал в истории» с посылом «Атомная энергия очень опасна, а русские реакторы небезопасны, это заложено в самой природе русского национального характера» – это уже не историческое или философское, а вполне конкретное геоэкономическое высказывание. Причём стоимость этого высказывания так высока, что по сравнению с этим издержки на создание сериала – ничтожны.

И вот уже начинается истерия. В турецкой прессе (Росатом строит АЭС Аккую в Турции) появляются материалы с заголовками вроде такого: «Страна, допустившая Чернобыль, теперь строит АЭС по всему миру». И эта страна не СССР и не Украина (сотрудники Минэнерго которой и провели катастрофический эксперимент, ход которого показан в сериале довольно подробно и точно), а Россия.

И речь тут не только об экономике, но и о политике. Суть энергетической стратегии России последних десятилетий – в высвобождении стран третьего мира из под энергетически-индустриального диктата развитых либерально-демократических стран. Фактически мы сломали «зелёную» игру, состоявшую в том, что страны, которые могут себе позволить экологичную энергетику и индустрию, накладывали ограничение на развитие стран, которые ещё на этот уровень не вышли и, в случае соблюдения всех ограничений и следования всем европейским фобиям, попросту не могут выйти на этот экономический уровень.

Фото: zhangyang / Shutterstock.com

Россия за довольно скромную цену и не выставляя никаких жёстких политических условий готова освободить от энергетического рабства страны Востока, обогреть своим газом Европу и тем самым дать этим регионам точку опоры от диктата США и их сателлитов. Всё, что остаётся американцам против этой стратегии, тыкать нам в глаза Чернобылем, не вспоминая ни о Хиросиме, ни о Фукусиме.

Причём в процессе этого тыкания происходит уже интоксикация собственной пропагандой. Скажем, значительная часть американских демократов стали сторонниками программы «зелёный новый курс», предполагающей полный отказ от традиционной энергетики, значительную деиндустриализацию, погоню исключительно за «экологичными» технологиями (часть которых вовсе пока не существует). Принятие этого курса, безусловно, значительно ослабит экономическую мощь США, и именно поэтому зелёные – желательные соперники для Трампа в 2020-м – их он с лёгкостью одолеет. Но мы-то тут при чём? Нас за собой тащить не надо. Особенно средствами пропаганды.

Но следует ли из вышесказанного, что нужно прислушаться к фейк-коммунистам и запретить «Чернобыль» в России? Конечно же, нет. Во-первых, главная экономическая опасность этого сериала во влиянии на те страны, где Роскомнадзор бессилен. Во-вторых, все потенциальные жертвы пропаганды её уже посмотрели. Пропаганду нужно запрещать до её выхода, а не после. И в стране, где в кинотеатрах скоро пойдёт с благословения Минкультуры совсем уж бесстыже-пропагандистский «Курск», гоняться за «Чернобылем» попросту глупо.

Ну и в главных, очень тревожит тенденция, когда коммунисты приравнивают к оскорблению России всякую критику в адрес своих вождей и своей системы, справедливую и несправедливую. При этом ненависть и ложь в отношении исторической России, как показала позорная история с «Матильдой», никого не смущает. Такая игра в одни ворота для нашего общества чрезвычайно опасна. Поэтому давайте смотреть «Чернобыль» и его критиковать и выяснять, как было на самом деле.