Последний защитник русского Киева: Памяти генерала Фёдора Келлера

Этот человек достоин киноэпопеи. Вся его жизнь – череда героических эпизодов, прекрасно отображающихся на страницах сценария и на экране. Хотелось бы изложить ее в подробностях, однако формат интернет-заметки позволяет сделать это только эпизодически. Несколько изменив традициям, прокрутим «пленку» с трагического конца, останавливаясь на самых ярких вехах жизни (или даже жития) глубоко верующего христианина (лютеранина по рождению, однако пришедшего к Православию), убежденного монархиста, истинного патриота единой и неделимой России генерала от кавалерии графа Фёдора Артуровича Келлера.

1. Киев. Декабрь 1918-го. Последние битвы и гибель генерала Келлера

Канун нового, 1919 года, прекрасно описан Михаилом Булгаковым в его знаменитой «Белой гвардии». Все, кто читал этот роман или смотрел его экранизации, наверняка помнят полковника Феликса Най-Турса, единственного, кто в условиях, когда в русский город Киев уже вступили банды петлюровцев, решил защищать город от пьяных орд новоявленных укронационалистов, зачастую еще несколько месяцев назад не знавших, что они не русские, не малороссы, а именно «украинцы».

Хаос в городе был полный: гетман Пётр Скоропадский (в недавнем прошлом – генерал-лейтенант Русской императорской армии, но как правитель – фигура безвольная, весьма напоминающая современного Януковича) позорно бежал. И только редкие русские патриоты из числа офицеров и юнкеров решились защищать древний Киев, исток самого Государства Российского и Церкви Русской. Словом, Мать городов русских, как он именовался в древних летописях.

Как бился с петлюровцами полковник Най-Турс, можно перечитать у Булгакова, а подлинный герой тех дней, генерал от кавалерии Фёдор Келлер, согласившийся подчиниться гетману (еще до его предательства) в качестве главнокомандующего его войсками, был уверен, что сможет сплотить вокруг себя верных русских офицеров-монархистов. И с их помощью не только освободить земли Малороссии от укронационалистических петлюровских банд, но и пойти на Москву, пообещав «через два месяца поднять Императорский штандарт над священным Кремлём».

Полковник Феликс Най-Турс в исполнении актёра Алексея Серебрякова в телесериале «Белая гвардия» (2012). Скриншот с Youtube.com

Генерал Келлер успешно нанес несколько поражений петлюровцам, после чего написал приказ-призыв о восстановлении на подконтрольной ему территории монархии (приказ не был опубликован, но сам этот факт оттолкнул от Келлера либерально настроенных офицеров). При этом генерал был правым консерватором во всем, последовательно отрицая идею «украинства» как таковую. Более того, он выступал и против идеи гетманата, считая, что необходимо возрождать единую и неделимую Россию. Так, последним его приказом, по сути, отставкой, был следующий:

«1. Могу приложить свои силы и положить свою голову только для создания Великой, нераздельной, единой России, а не за отделение от России федеративного государства.

2. Считаю, что без единой власти в настоящее время, когда восстание разгорается во всех губерниях, установить спокойствие в стране невозможно».

Тем не менее, после отставки генерал остался в Киеве. После бегства Скоропадского и занятия города петлюровцами генерал Келлер с, по разным данным, от 30 до 80 офицеров и юнкеров, решил сразиться с многократно превосходившими бандами укронационалистов и пробиваться на Дон. На это его благословил, хотя сначала и отговаривал, епископ Камчатский Нестор (Анисимов), находившийся в тот момент в Киеве.

На Думской площади (нынешнем «Майдане Незалежности») отряд генерала столкнулся с петлюровцами и был вынужден отступить. Видя очевидное превосходство противника, Келлер приказал офицерам и юнкерам снять погоны и спасаться, сам же остался в Михайловском монастыре с верными ему офицерами-монархистами полковником Андреем Пантелеевым и штаб-ротмистром Николаем Ивановым.

Еще до вступления в обитель петлюровцев к генералу Келлеру явились представители германских войск (ранее сотрудничавшие с гетманом Скоропадским, а потому фактически оккупировавшие часть Малороссии). Они предложили помочь ему бежать, сдав оружие и переодевшись в немецкую форму, но граф Келлер предпочел сдаться петлюровцам, как подобает русскому офицеру.

Укронационалисты отказались оставить генералу и его верным соратникам наградное оружие и, продержав несколько дней под арестом в монастыре, зверски убили во время перевода в киевскую Лукьяновскую тюрьму. Прямо на Софийской площади, близ святых стен храма Софии Киевской и памятника гетману Богдану Хмельницкому, на котором в те дни еще сохранялись высеченные в камне слова:

«БОГДАНУ ХМЕЛЬНИЦКОМУ

ЕДИНАЯ НЕДѢЛИМАЯ

РОССIЯ»

2. От революции февраля 1917-го к хаосу осени 1918-го

Отмотаем «кинопленку» еще немного назад. Только что мы увидели образ подлинного белого рыцаря, обагрившего киевский белоснежный декабрьский снег собственной кровью. Но кем он был чуть раньше, когда Российская Империя еще не пала жертвой либерально-демократических заговорщиков, не сумевших удержать власть и практически без сопротивлений отдавших ее одной из наиболее радикальных на тот момент политических сил – большевикам?

В дни Февральской революции граф Фёдор Келлер, незадолго до этого произведенный в чин генерала от кавалерии, находился на фронте на территории современной Молдавии. Корпус Келлера к тому времени уже отличился рядом успешных ударов по австро-венгерским войскам, в том числе в июне 1916-го, заняв румынский Кымпулунг и взяв в плен 60 австро-венгерских офицеров и около 3,5 тысяч нижних чинов. И вдруг, 3 марта 1917-го, в штаб поступает телеграмма об отречении императора Николая II от Престола. Построив корпус, граф заявил:

Я получил депешу об отречении Государя и о каком-то там Временном правительстве. Я, ваш старый командир, деливший с вами и лишения, и горести, и радости, не верю, чтобы Государь Император в такой момент мог добровольно бросить армию и Россию.

Киев. Украина. 1917 г. Фото: www.globallookpress.com

Генерал Келлер решительно отказался присягать самозванцам, прямо сказав «я христианин, и думаю, что грешно менять присягу». Он направил телеграмму бывшему Государю, однако уже 16 марта под давлением нового военного министра Гучкова и специально присланного к нему в штаб генерала Маннергейма (да-да, того самого, что впоследствии возглавит Финляндию), был вынужден уйти в отставку. Показателен последний прощальный приказ Келлера, несмотря на его немалый объем, приведу его целиком:

Сегодняшним приказом я отчислен от командования славным 3-м кавалерийским корпусом. Прощайте же, все дорогие боевые товарищи, господа генералы, офицеры, казаки, драгуны, уланы, гусары, артиллеристы, самокатчики, стрелки и все служащие в рядах этого доблестного боевого корпуса! Переживали мы с Вами вместе и горе, и радости, хоронили наших дорогих покойников, положивших жизнь свою за Веру, Царя и Отечество, радовались достигнутыми с БОЖЬЕЙ помощью неоднократным успехам над врагами. Не один раз бывали сами ранены и страдали от ран. Сроднились мы с Вами. Горячее же спасибо всем Вам за Ваше доверие ко мне, за Вашу любовь, за Вашу всегдашнюю отвагу и слепое послушание в трудные минуты боя. Дай Вам Господи силы и дальше служить также честно и верно своей Родине, всегдашней удачи и счастья. Не забывайте своего старого и крепко любящего Вас командира корпуса. Помните то, чему он Вас учил. Бог Вам в помощь.

Слова не просто генерала и монархиста, но искренне, нелицемерно верующего человека, верного Христу и данной присяге. Именно поэтому несколько месяцев, находясь в Харькове с семьей, Федор Артурович раздумывал, примыкать ли к Белому движению, к Добровольческой армии. В последнем, как известно, идейных монархистов было немного. Позиция же большинства белых генералов была «непредрешенческой», мол, освободим Россию от большевиков, а дальше законно избранный орган определит её будущее. Граф Келлер же надеялся на возрождение монархии, говоря: «Когда настанет время провозгласить Царя, тогда мы все выступим!»

И только когда всем окончательно стало ясно, что Царская семья зверски убита в Екатеринбурге, но при этом часть белогвардейских офицеров монархических взглядов готова сплотиться в единую Северную армию, генерал решил присоединиться к ним, провозгласив свои главные жизненные принципы:

Настала пора, когда я вновь зову вас за собою... За Веру, Царя и Отечество мы присягали сложить свои головы — настало время исполнить свой долг... Вспомните и прочтите молитву перед боем, — ту молитву, которую мы читали перед славными нашими победами, осените себя Крестным Знамением и с Божьей помощью вперед за Веру, за Царя и за целую неделимую нашу родину Россию.

Именно во главе этой Северной армии, символом которой Келлер утвердил белый крест, он и направился в ноябре 1918-го в Киев, где понадеялся сформировать из местных верных офицеров монархический корпус и направиться с ним в Псков. В Киево-Печёрской лавре митрополитом Киевским и Галицким Антонием (Храповицким), также известным монархистом, был отслужен торжественный молебен. Более того, сам Святейший Патриарх Московский и всея России Тихон (Беллавин) благословил генерала Келлера, направив ему в Киев с ранее уже упоминавшимся епископом Камчатским Нестором (Анисимовым) святую просфору и Державную икону Божией Матери.

Однако все планы сломали «украинствующие». С одной стороны, безвольный гетман Скоропадский, а с другой – куда более волевой, но одержимый идеей украинского национализма Симон Петлюра. Банды петлюровцев выдвинулись на Киев, и генерал Келлер принял решение защищать Мать городов русских. И пал смертью храбрых на Софийской площади.

3. Становление русского офицера и монархиста

И наконец, прокрутим «пленку» к самому началу. К тому, как уроженец русского Курска, выходец из семьи немца по происхождению, но верного Российской Империи генерала Артура Келлера, стал единственным во всей Империи генералом, отказавшимся присягнуть либеральной шпане из Временного правительства. Эта история тоже небезынтересна, а во многом могла бы послужить материалом для приключенческого романа или опять-таки фильма.

1877 год. Начало русско-турецкой войны. 20-летний выпускник приготовительного пансиона Николаевского кавалерийского училища, по сути, вчерашний кадет, тайком от родителей отправляется вольноопределяющимся на фронт. Участвовал во многих сражениях, брал Плевну, оборонял Шипку. За боевые отличия и храбрость в боях был награждён знаками отличия военного ордена («Георгиевскими крестами») 4-й и 3-й степеней. А уже после войны, в 1878-м, экстерном сдал экзамены на офицерское звание.

В дальнейшем – четверть века верной службы в разных полках Русской императорской армии, в том числе в Крыму, где одно время граф Келлер, к тому времени уже полковник, охранял Ливадийский дворец во время пребывания в нем Царской семьи. Известно, что будущему генералу доводилось общаться с Государем и Государыней, и венценосные особы были весьма благосклонны к офицеру, который в дальнейшем до последнего сохранял им верность.

Ярким эпизодом, вполне достойным экранизации, также является и веха 1905 года, когда в период Первой русской (а по сути, антирусской) революции граф Келлер был назначен временно исполняющим обязанности Калишского генерал-губернатора во входящем в состав Российском империи Царстве Польском. Келлер жёстко расправился с польскими революционерами, учинившими народные волнения. После чего на графа были совершены два покушения. Первое, поистине приключенческое, следующим образом описано в одной из книг, посвященных генералу:

Келлер выехал из ворот штаба полка, его коляску подкараулил революционер, выбежавший из мебельного магазина Шипермана, и бросил завернутую в газету бомбу. Келлер поймал бомбу на лету, предупредив этим взрыв, положил ее на сиденье, а сам с револьвером бросился в магазин преследовать убегавшего террориста.

Федор Келлер (слева на переднем плане) и Николай II на Юго-Западном фронте. Фото: www.globallookpress.com

Второе, драматическое, завершилось серьезным ранением ноги Федора Артуровича, в которой осталось около 40 осколков. Солдаты Келлера, зная, что террорист был из еврейского квартала, пытались устроить погром, но, истекая кровью и превозмогая боль, граф отдал распоряжение остановить беззаконную расправу.

После выздоровления, в 1906 году, полковник Келлер был назначен командующим лейб-гвардии Драгунским полком, а уже год спустя получил генеральский чин. Дальнейшее продвижение по службе, казалось бы, вполне обычно для русских офицеров тех лет: 1910 год – командир 1-й бригады Кавказской кавалерийской дивизии, 1912-й – командующий 10-й кавалерийской дивизией, 1913-й – получил чин генерал-лейтенанта с утверждением в должности начальника дивизии.

Многое «за кадром», но главное – не внесено в официальные документы тех лет. А это то, что генерал Келлер «за глаза» был прозван «Первой шашкой России». А потому дальнейшие его победы на фронтах Великой (Второй Отечественной) войны, которую сегодня принято именовать Первой мировой – неслучайны. Как и получение в январе 1917 года высокого чина генерала от кавалерии. Дальнейшие трагические вехи судьбы графа Келлера вам уже известны.

***

Не будучи военным и офицером, я не способен в полной мере оценить ратные подвиги генерала Келлера. Но будучи православным консерватором, не могу не восхититься стойкостью этого человека и его верности Российской Империи и монархии. Увы, в те самые дни, когда у храма Святой Софии Киевской и памятника Богдану Хмельницкому пролилась кровь Федора Артуровича, Мать городов русских, древний Киев перестал быть русским городом. Хочется надеяться, не навсегда. И если Господь принял Своего раба Феодора в Небесных селениях, то сейчас он, находясь близ сонма многочисленных Киевских святых, вне всяких сомнений, молит Христа Спаса об этом граде и всей Юго-Западной Руси, ныне именуемой «Украиной».

Во блаженном успении вечный покой подаждь, Господи, усопшему рабу Твоему, воину Феодору, и сотвори ему вечную память!