Лукашенко - российскому медиасообществу: Вы для нас - окно в нашу Россию

Утром 14 декабря во Дворец независимости приехали более ста человек: журналисты, блогеры, эксперты. К слову, экспертное сообщество к разговору с президентом Беларуси приглашено было впервые - к общему удовольствию обеих сторон. Профессор МГИМО Елена Пономарева, директор Института истории Европы РАН Алексей Громыко, ректор Государственного академического университета гуманитарных наук Денис Фомин-Нилов, социологи, авторы книги "Понять Беларусь" Сергей Борисов и Юлия Юшкова-Борисова… О том, насколько важно было Александру Лукашенко услышать и их оценку событий, говорит тот факт, что свой вопрос президенту смог задать практически каждый эксперт.

Встреча в общей сложности продолжалась более четырех часов. Президент Беларуси ответил на двадцать с лишним вопросов. И основным месседжем нынешнего диалога стала белорусско-российская интеграция. Александр Лукашенко подчеркнул, что Россия остается стратегическим партнером и союзником Беларуси. Журналистов же призвал "даже не пытаться раздувать пламя", какие бы искры ни летели в спорах на самом высоком уровне. Пояснил: "Это рабочие моменты. В отношениях между нашими странами еще не было ситуаций, в которых мы не нашли бы компромисса".

О межрегиональных связях

- Залогом успешного партнерства Беларуси и России является именно межрегиональное сотрудничество. Наверное, хорошо знаете, кто не первый раз в Беларуси, - я вообще в заслугу межрегиональному сотрудничеству и губернаторам Российской Федерации ставлю сохранение нашего союза. Не было бы их - не было бы сегодня и этого союза. Потому что в наших отношениях, по меньшей мере, наверное, дважды, был такой период, когда мы стояли на грани разрыва. И это шло на уровне центров - федеральных властей и властей Беларуси. И тогда регионы спасли наш союз.

Беларусь поддерживает устойчивые торгово-экономические связи практически со всеми регионами Российской Федерации. Там сосредоточено множество производств, которые являются связующим звеном нашей интеграции.

О партнерах на постсоветском пространстве

- В следующем году Беларусь и Россия отметят наше 20-летие, 20-летие подписания Договора о создании Союзного государства, также первый юбилей - 5 лет Евразийского экономического союза. Мы вместе прошли не всегда простой, но очень продуктивный и богатый на добрые дела путь. Какие бы при этом ни возникали шероховатости, мы всегда находили взаимопонимание. Очевидно, что любые проблемы могут быть решены только сообща и только через сотрудничество. Об этом свидетельствует и череда международных саммитов, "большой двадцатки", ЕАЭС, ОДКБ. Ответить на глобальные вызовы современности способны только мощные интеграционные объединения. В одиночку даже крупной державе не справиться.

О принципах интеграции

- Интеграционные позиции в Беларуси неизменны. Мы инициировали вместе с другими создание союзов, которые сегодня существуют на постсоветском пространстве. И готовы двигаться дальше, но при условии железобетонного исполнения наших договоренностей. Или на двоих, или в ЕАЭС, на пять членов Евразийского экономического союза. Как видите, мы ничего лишнего не требуем. Договорились - надо исполнять. Вот и все. Если нет исполнения - нет союза. Это абсолютно естественное, справедливое ожидание от партнеров, отношения которых, как предполагалось изначально, должны строиться на равных условиях и взаимном доверии...

Когда мы говорим о равных условиях, это не значит все собрать в кучу и поровну поделить. Я тоже часто говорю, если взять сложить достояние белорусов и россиян и поделить поровну, Беларусь захлебнется. Нам столько не надо, мы это не освоим. Нам надо только то, что нам положено, что мы можем заработать собственными руками и мозгами. Нам больше ничего не надо, только бы не было препятствий, чтобы это можно было бы создавать. Поэтому мы и требуем равноправной основы для любого союза. Если, как это принято часто в России, будем откровенны, исходить из того, что мы такие огромные, а вы поменьше, поэтому вот так будет, тогда не о чем договариваться. Это не союз.

О контурах сближения

- Я задаюсь вопросом, когда нам говорят, по маневру (налоговому - прим.) решение будет, когда будет более глубокая интеграция в Союзном государстве. А некоторые напрямую говорят, ну мы пока не готовы, чтобы вы с шестью областями вошли в состав России. Ну и точка. Я же умею читать, и вы тоже, наверное, между строк. И я понимаю эти намеки.

Можно проще сказать: слушайте, получите нефть, но вы давайте разрушайте страну и вступайте в состав России. Я всегда задаю вопрос: вот такие вот вещи, они во имя чего делаются? Россия готова сегодня принять Беларусь областями или целиком в состав России? Вы подумайте о последствиях. Вы готовы к этому? И как на это посмотрят в нашей стране? Да и в вашей, да и международная общественность. Не мытьем, так катаньем инкорпорация страны в состав другой страны.

Нам же скажут, что вы за нефть продали страну. Те, кто сегодня в России это предлагает, явно не исходят из великих побуждений единения белорусов и россиян. Нет. Что-то здесь другое. Но я хочу задать этот вопрос и своему другу и коллеге. Я хочу услышать от него ответ на этот вопрос. Шантажировать нас, пытаться наклонить, стать коленом на грудь - бесполезно. Вы, наверное, в этом убедились. Мы небогатые люди, и богаче, если пойдем на излом, мы не станем.

Поэтому думайте об этой интеграции, она должна быть во имя объединения, единения наших народов. Это должен быть осознанный шаг и осознанный выбор. Никаких закулисных махинаций. Я на них просто пойти не могу. Все должно быть честно и открыто.
Правительство России понимает, что надо идти шаг за шагом, решая экономические проблемы.

Вопросов они обозначили там несколько: налоговая система, разные сопряжения экономические, единая политика аграрная, единая политика в промышленности. Так слушайте, это мы всегда предлагали, и у нас уже принято на Высшем Госсовете Союза Беларуси и России решение по этому вопросу. Давно надо было это исполнять. И если так, двумя руками "за", и мы готовы с завтрашнего дня начинать эту работу. Чтобы были у нас более сопряжены вопросы налогообложения, чтобы политика в промышленности была, чтобы не создавали альтернативные производства. И так далее. Но если в этой промышленной политике будет пункт о том, что мы должны разрешить российскую приватизацию или приватизацию по российским лекалам, знаете, мы на это не пойдем. Мы тут предложим лучший вариант. И если Россия на это пойдет, на лучший вариант, это будет тогда равноправно. Это будет означать, что и они нас слышат, хоть мы и поменьше. А если нам предложат текст и скажут: "У нас вот так, вы давайте вступайте, у нас вот частная собственность на землю, мы распродали всю землю, и вы распродавайте неизвестно кому - и своим, и не своим, и иностранцам", мы сегодня к этому не готовы. Мы предложим вам лучший вариант.

И все это чепуха, что там Запад с Лукашенко готов и прочее. Да никуда не готов, никому на Западе Лукашенко не нужен, идет обычная игра, я это понимаю, 25 лет Президентом работаю. Я видел больше, чем все президенты, вместе взятые, и находясь вот в этой изоляции, при этом давлении.

Мне пришлось вертеться, крутиться и учиться при этом, от этого еще и польза есть. И мы выстояли. В том числе благодаря вам.

О будущем Союза

- Если это во имя объединения народов стал вопрос, если это цель настоящая и те, кто сегодня поднимает эти вопросы, будирует и настаивает на них - давайте обсуждать. Если Медведев сказал в Бресте - двумя руками "за". Он же сказал, что нам надо посмотреть на налоговую систему, но и я об этом говорил. Нам нужна единая промышленная, сельская политика, там и прочее, и прочее единое. Так у нас уже эти решения приняты. Слава богу, что он говорит, что надо вот здесь продвигаться. Двумя руками "за". Но хочу спросить у своих коллег, у руководителей России: к чему весь этот шум? Что Россия в данном случае хотела бы от нас? Потому что я же массу предложений вносил, они не были восприняты. Сейчас Россия говорит: да, надо (посмотреть) договор. А что, что будем делать? А какие вопросы? Для нас, запомните, святое - это суверенитет. Я уже об этом говорил. Ну и та относительная независимость. Я считаю, что абсолютно независимых государств нет. И мы тоже не настолько независимы, но суверенны. Если нас хотят, как Жириновский ваш предлагал, поделить на области и впихнуть в Россию, этого не будет никогда. И если в России такими категориями мыслят, это во вред России самой.

Почувствовал ли угрозу суверенитету? Ну не то что угрозу, я всегда эту угрозу чувствую то с одной, то с другой стороны. На то я Президент. Это главный вопрос в работе Президента - обеспечить суверенитет страны. Это в Конституции записано. Поэтому я всегда должен так по сторонам смотреть, чтобы какой-то угрозы не было. Я сейчас большую угрозу, допустим, не суверенитету, своей стране, чувствую и с юга. Когда хлынуло оттуда оружие. Вот это для меня проблема, опасность. Поэтому я быстренько выстраиваю границу на юге.

О конфликте в славянском мире

- Несколько лет назад в рамках подобной встречи я говорил о том, что Беларусь может стать некоторым нравственным фактором для России. Скажу откровенно: мы к этому всегда стремились. Чтобы вы нас ценили, если уже совсем откровенно. Может быть, тогда не все обратили внимание на эти слова, но их актуальность сегодня только возросла. Если следовать "Повести временных лет", то от полочан произошли и кривичи, и северяне, а значит, здесь, на белорусской земле, находится духовный корень всего российского северо-запада: Смоленска, Пскова, Брянска, Белгорода и Курска. Может, потому в нашей стране особенно тяжело и болезненно воспринимается любой конфликт в славянском мире...

Мы не можем остаться в стороне от событий, которые разделяют близкие по своей истории, менталитету и культуре народы. Поэтому Беларусь делает все, что от нее зависит, чтобы восстановить мир и согласие между славянами. Это нелегко, но даже если сохранится малейший шанс, своих попыток мы не оставим, будем стремиться к тому, чтобы у нас здесь, на территории основных славянских государств, был мир.

О взаимном признании виз

- Что касается "союзного Шенгена": я думаю, тут проблем не будет. Просто у нас этот документ не прошел внутригосударственные процедуры, но самое главное - я его еще не видел. Так случилось, редко бывает, что обсуждается документ на союзном Совмине, а Президент его не видел. Действительно, только вчера вечером ко мне поступил. Поэтому тут одна только причина, что мы на уровне Президента не сделали заключение. Это последняя инстанция в наших внутригосударственных процедурах, наверное, в России точно так. Поэтому, я думаю, - это не проблема будет, подписание этого соглашения. Тем более как МИД меня информирует, там учтены все пожелания и белорусов, и россиян. Если так, то проблем не будет.

О лицемерии

- Я не тот человек, который лицемерит. В жизни не помню, чтобы я лицемерил. Обижаются и домашние мои, и с кем я сталкиваюсь, я очень жестко иногда реагирую. Но думаю, лучше вот прямо, а не то, что говоришь, смотришь в сторону, думаешь другое, делаешь третье. Это неприемлемо. Но в политике часто бывает, что я ну не просто говорю одно, думаю другое, а иногда смолчишь - и противно становится, почему не сказал.

Поэтому мой принцип: лучше сказать прямо, правду. Тогда легче будет потом. Тебя никто во лжи не уличит.

О предстоящей встрече с Президентом России

- Мы договорились, что встреча состоится до нового года. Но нам нужна была информация по тому, как пройдут переговоры двух правительств. А они прошли до союзного Совмина. Потом союзный Совмин, а потом мы уже на основании вот этой всей информации определимся. Он изучит материалы, я сразу понимал, что для меня ничего нового здесь не будет, да и для него, наверное, тоже. Ну чисто формально, наверное, нам надо было подождать, когда закончится Совмин. Может, там что-то придумают. Но ничего нового не появилось. Все опять выведено на наш уровень. И самый главный вопрос - это вопрос экономический, который мы должны решать, это вопрос налогового маневра. Чтобы не было так, что Лукашенко, как у нас некоторые оппозиционеры взвыли, сдал Беларусь за бочку нефти. Если развивать проект Союзного государства, как модно говорить, это надо делать достойно. Может, пафосно скажу, только в интересах белорусов и россиян. И никого больше. Личное все должно быть отведено в сторону.

Мне докладывают: Владимир Владимирович предлагает 25 декабря в Кремле встретиться и обсудить вопросы. Я думаю, мы встретимся и обсудим их. Я, конечно же, буду рассказывать о нашей с вами встрече, притом детально и подробно. Думаю, ему это будет полезно, потому что уверен, что не все вы бываете у него на пресс-конференции и не все вы ходите хотя бы один раз в год в Кремль. Поэтому я вам обещаю, что вот эту озабоченность, а я ее почувствовал, она будет донесена и до моего коллеги, моего друга, Президента Российской Федерации. Знаете, какие бы у нас ни были проблемы, мы их решим, потому что мы их хотим решать и потому что мы один народ. Нам делить нечего. Мы не зря жили в одном государстве. И много лет, и много веков не только в советском государстве. И это общее потерять ни в коем случае нельзя. На этом мы стоим и стоять будем.

- Не будем говорить и о нынешних отморозках в Польше, в Украине, их иначе не назовешь, те, которые рушат памятники. Особенно поляки - 600 тысяч человек мы положили там советских воинов, освобождая Польшу! Сегодня, видите ли, памятники им мешают. И когда я вижу отбойные молотки, когда они голову отрывают нашему полководцу - это идиотизм полный. Это отморозки полные, которые воюют с памятниками!

У нас тоже к этому готовились, но помешали президентские выборы. Первое мое было решительное решение - запрет на переименование улиц и слом памятников. Поэтому у нас остался и Партизанский район в столице, и Советский, и Московский районы столицы. Они подлежали переименованию: и улица Гоголя там, и улица Пушкина, и улица Ленина совсем рядом. Мы это всё сохранили и даже памятник Ленину. Мы не стесняемся этого, напротив Дома Правительства - на самой главной площади - площади Независимости - стоит этот памятник. Был у нас такой руководитель. Оказывается, у нас они плохие были руководители. Но они были.

Это было, это наша история. Поэтому не торопитесь. Надо всесторонне оценивать и не сносить памятники этим людям. Пусть стоят. Наши внуки, правнуки придут, спросят: кто был такой? Хоть в интернете посмотрят об этом человеке что-то.

Единственная республика, которая не переименовывала и не сносила памятники, - это Беларусь. И нам легко бороться против того, о чем только что сказали. У нас нет ни одного просто памятника. Вот я у себя на родине, бывая в деревеньке, там, ближе к Смоленску, под Оршей, еду и смотрю: на горке стоит плачущая женщина-памятник. Он колхозниками сделан из кирпича. И до сих пор стоит, и я однажды где-то сказал, что молодцы, и они его сейчас досматривают. Это в знак погибшим, тем, кто вот с той территории. А там сотни людей погибло в годы Великой Отечественной войны. И мы и за этим памятником ухаживаем. У нас детки закреплены, и они уже с детства к этому приучены, что надо за памятником ухаживать.

Надо работать со школьниками. Со всех сторон это должно быть. Должна быть такая международная тенденция - относиться хорошо к памятникам, к погибшим, к страждущим, к бедным людям.