Как белорус стал руководить самым восточным заповедником России

Тигры на "взлетке"

Над Итурупом висел привычный туман, жалобно кричали чайки. В небольшом кабинете директора на стене - большущая фотография рыбного филина. Пушистый красавец, перышко к перышку, смотрит с фотоглянца на всех входящих.

- Более пугливую птицу на планете Земля встретить трудно, - перехватив мой взгляд, замечает хозяин кабинета.

Александр Кислейко одним из первых начал наблюдать за этим редчайшим рыболовом с целью спасения. Еще в застойно-советские 80-е годы японцы забили тревогу, заметив, что рыбного филина в природе практически не осталось. На Хоккайдо они насчитали всего несколько пар этой исчезающей птицы.

Тогда правительство Японии обратилось к советскому руководству с коммерческим предложением - обменять одного филина на пять племенных быков, способных улучшить молочную породу.

Высочайшим звонком из Москвы молодому курильскому охотоведу Сане Кислейко была дана команда подсчитать краснокнижных филинов, обитающих на советских Курилах.

Дисциплинированный, он дневал и ночевал в тайге, слушая перекличку этих птиц. В итоге впервые за долгие годы удалось детально и точно пересчитать эту природную редкость и описать жизнь птиц на Курилах.

...Саша родился в маленькой деревне Синьки, что в Гродненской области Беларуси. С малолетства любил и понимал тайгу, мог часами рассказывать о жизни барсуков и белок.

После школы он впервые не послушал родителей - не пошел в медицинский. Вместо этого подал документы в Кировский лесотехнический университет на охотоведа. Учебу прервала армия. Сашу пленил жуликоватый прапорщик-"покупатель", который набирал солдат служить на Дальнем Востоке. "Там олени бегают по взлетной полосе аэродрома, а за ними тигры, как кошки, прыгают. Красота!" - закатывал глаза сказочник в погонах. Тиграми он и "купил" белорусского хлопца. Тот был настолько очарован перспективой оказаться в краю тигров, бегающих по взлетке, что первым согласился отправиться на этот дивный Дальний Восток.

Медвежьи тропы

Служба привела его на остров Итуруп. В него он влюбился сразу. Морской разведчик Кислейко служил в 70 километрах от одноэтажного Курильска. На десятки километров - безмолвие тайги, медведи, тюлени и морские каланы.

После дембеля Александр остался на острове работать охотоведом, продолжая заочно учиться в институте. Затем судьба привела его на соседний остров Кунашир, в только что образованный государственный заповедник "Курильский". Главной задачей которого было спасение редчайшей птицы - рыбного филина.

Он знает эту птицу как давнего доброго друга. Годы жизни прошли за тщательным наблюдением и изучением этого отшельника. Фотоловушки позволили заглянуть за новую грань обитания рыбных филинов. С помощью обыкновенного мобильного телефона, привязанного к гибкому удилищу, курильские орнитологи смогли запечатлеть кадры, ставшие мировой сенсацией. Всегда считалось, что филин не летает на большие расстояния над водной поверхностью. Кормится на перекатах речек, там высматривает свою добычу и мастерски ее ловит.

- Телефон с включенной камерой мы опустили в гнездо и испытали шок! На лапе у самки было кольцо, поставленное нашими японскими коллегами. Значит, они перелетают через пролив! Значит, нет опасности близкородственного спаривания и как следствие - вымирания. Это, понимаете, действительно сенсация! - восклицает директор заповедника.

А еще Курильские острова - это, конечно, медведи! Сколько было встреч с "хозяином тайги", из которых он лишь чудом выходил живым! Счету нет…Однажды медведь напал на солдата и сильно его изувечил. Кислейко получил приказ уничтожить людоеда.

Охотовед шел по следам зверя целый день. По тому, как медведь глубоко проваливался в болото, он понимал, что зверь огромный.

- Он напал на меня неожиданно! Огромный самец, до сих пор помню его алую, истекающую слюной пасть, - глядя в окно, говорит Сан Саныч. - Успел выстрелить в последнюю секунду...

Его урочище

Была у Кислейко преданная лайка по кличке Финн. Пес редкого ума и смелости прокусил не один медвежий бок. Не единожды Финн спасал жизнь своему хозяину. Однажды медведица на мгновенье опередила пса, сломав ему позвоночник. Сан Саныч сутки со слезами на глазах смотрел на умирающего друга. Обнимал и просил прощения.

- Финн до последнего облизывал мне лицо и руки. Я ему ничем не смог помочь, - Кислейко не прячет слез…

На Кунашире белорус Кислейко встретил Ольгу - студентку Дальневосточного университета, она прибыла на практику с заданием отследить жизнь какой-то мудреной лесной мыши. Опытный охотинспектор вызвался ей помочь. Там, в тайге, недалеко от подножия вулкана, у них случился бурный роман. Палатка и пронзительные островные закаты укрывали их медовое счастье.

Потом была свадьба, старшую дочь Ольга рожала в Беларуси. В кунаширской больнице в тот момент вовсю бушевал стафилококк.

Оба полюбили остров, проросли в него корнями и искренне считали Кунашир основой своего счастья.

Все изменило сильное землетрясение, произошедшее на островах осенью 1994 года, которое в прямом смысле разрушило уклад жизни большинства островитян. В жизнь людей пришел страх.

Кислейко держались еще целых два года, не хотели покидать остров. Но сдались под натиском родительских увещеваний.

- В одном из телефонных разговоров папа мне жестко сказал, что пришло время жить рядом: "Понимаешь, мы с матерью не молодеем".

Они переехали в Беларусь. Сан Саныч пошел работать охотоведом в национальный парк "Беловежская Пуща", отремонтировал старый дом на спрятанном от цивилизации урочище недалеко от Пружан.

- Там родилась вторая дочка. Жена и девочки очень полюбили Беловежскую Пущу. Я со временем стал работать старшим охотоведом всего национального парка, - говорит Александр Александрович.

Такая должность предполагала, что большую часть жизни нужно проводить в самой гуще Пущи.

Говорит, что "его девочки" всегда его понимали и поддерживали. Двенадцать лет Кислейко прожил и проработал на родине.

На два дома

Курилы его помнили,он несколько раз выскакивал в отпуск на Кунашир.

В 2012 году белорусу Кислейко предложили возглавить Курильский заповедник. Он, поколебавшись, согласился. Вернулись на Кунашир. Сан Саныч снова с головой ушел в любимую работу. Первые месяцы жил на отдаленном кордоне вдвоем с преданной лайкой. Звонить с мобильного поднимался на вершину ближайшего вулкана за двадцать километров.

Душа лечилась тишиной, родниковой водой и особым запахом Охотского моря, настоянного на аромате хвойного леса.

А в родных Синьках живет старенькая мама, к которой он каждый апрель летает в отпуск, это у них называется "сажать бульбу".

- Мама освоила Ватсап, теперь мы с ней общаемся каждый день. Ей восемьдесят шесть лет, она мне до сих пор дает мудрые советы. Я ее обожаю! - простецки признается директор государственного заповедника.

В прошлом году у Сан Саныча случилась беда - скоропостижно ушла из жизни его любимая Ольга.

- У нее с молодости были слабые сосуды, - глядя в одну точку, тихо говорит он.

Он похоронил свою любовь в Южно-Курильске. На стеле памятника выбил фотографию урочища Беловежской Пущи, на котором они жили.

- Она очень любила те места, - говорит Кислейко.

В Беларуси у него мама, сестра, две дочери, внуки. На далеком и близком Кунашире - могила жены, друзья и работа. Все - любимые, на двух концах света.

…В глазах грустинка, в усах проседь, натруженные руки Сан Саныча сметали со стола невидимые крошки. На прощание он признается, что его главное жизненное правило - никогда не отступать от заповеди своего отца:

"Он говорил так: в любой ситуации будь человеком, больше отдавай людям и меньше бери… Батькины слова живут во мне всегда".

Заповедник "Курильский" основан в 1984 году, его площадь - примерно 65 тысяч кв. километров. Заповедную территорию охраняют и изучают сейчас 38 человек. По штату положено 50 человек. Зарплата орнитолога - 30 тысяч рублей плюс служебная комната.