Жертвы требуют жертв: разбираем природу насилия
В программе телевидения увеличилось количество сериалов — верный признак возвращения аудитории с полей-огородов в город. Самые нетерпеливые киноманы уже знают, что сегодня надо интересоваться и предложениями различных видеосервисов. Сериалы давно перестали быть только лишь классическим «мылом»: сегодня мы исследуем триллер, фолк-хоррор и социальную драму. Объединяет их лишь одно: они бьют по эмоциям.
На фестивале «Кинотавр» начался показ нового психологического триллера «Самка богомола», снятого для популярного видеосервиса START. Ирина Розанова играет здесь маньяка.
Эффектную Ирину Розанову в картине не узнать. Язык вроде бы и не поворачивается заявить, что Ирина Юрьевна в роли маньяка выглядит органично, но это и правда так: такой женщине-осени нельзя не доверять, от таких не ждут подвоха. Серийная убийца Жанна Дронова не зря получила прозвище Самка богомола — она попала в колонию строгого режима после того, как созналась в восьми убийствах. Но выбор жертв у Дроновой был четким: она уничтожала мужчин-насильников, неверных мужей и так далее.
Однако теперь у нее появился подражатель. Дронова понимает его психологию и предлагает сделку: она будет сотрудничать со следствием, но только если на время покинет колонию, а дело будет вести ее сын Денис (Павел Чинарев), который не общался с матерью два десятка лет.
Вопрос первый и главный: зачем нам еще одно кино о жестокости? Ответ несложен: удивительно, но «Самка богомола» — это попытка разобраться не только в непростой психике убийцы, но и поиск ответа на вопрос, в какой именно момент человек может стать монстром, да еще и склонным к оправданию моральными установками.
— Сложно говорить об этой работе, потому что рассуждать о непростых взаимоотношениях матери и ребенка можно долго, а вот что сказать о самой Жанне, ее больной психике? — рассуждала, обсуждая фильм, Ирина Розанова. — У нее в жизни были страшные события, но почему она не забрала ребенка и не сбежала, не постаралась все поменять? Ее сын оказался брошен, стал тоже в какой-то степени ее жертвой...
Жертва может поменяться местами с палачом. В истории немало таких примеров, но в данном случае трагическая канва сюжета подводит к неутешительному выводу: жертвы требуют жертв. Запущенное колесо ненависти и жестокости трудно остановить, поскольку зло, какими нравственными драпировками его ни прикрывай, неизменно порождает зло. В картине зло показано без дополнительных психологических «педалей»: пробирающие до костей картинки в кадре появляются, однако все-таки никто не катается в крови по полу, как случалось в кино у Тарантино.
И поиск подражателя — не просто детектив, а хитроумный клубок, который зрители распутывают вместе с героями фильма, пытаясь разобраться в непростых жизненных задачках: а если человек работал не только как мститель, но и как «чистильщик», если он взял на себя, пусть и по собственному разумению, функции судьи, применимы ли к нему те же законодательные лекала, что и ко всем, или он требует иного отношения?
Кстати, «Самка богомола» — это адаптация сериала «Богомол» (La Mante), который с успехом шел во Франции. Главную роль там играла именитая актриса Кароль Буке.
Французы от сериала были в восторге. Среди тех, кто оставлял положительные рецензии на него, был и... Стивен Кинг! Король кошмаров, правда, до «лайканья» сериала на сайте Netfliх не опустился, но в своем твиттере очень хвалил картину за обращение к «ранее неизведанным сферам ужасного».
Нетривиальный фильм потребовал нетривиального подхода и к костюмам. Большой мастер, известный художник по костюмам Виктория Игумнова, получила «Золотого орла» за работу над фильмом «Гоголь. Вий». Она и открыла секрет: отталкиваясь от названия сериала, она искала вдохновение в мире насекомых. Поэтому пальто Жанны похоже по цвету на окраску богомола, а ее перчатки — это всего лишь «лапки»...
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Нурбек Эген, режиссер кино и телевидения, сценарист:
— Не думаю, что после просмотра у зрителя как-то изменится отношение к женщинам. Надеюсь, изменится отношение к насилию. Наш сериал об искалеченных людях, насилии, которое влечет за собой новое насилие. У меня в жизни оно тоже присутствовало в какой-то степени, поэтому идея тронула. Французскую версию целиком я не смотрел специально, только эпизоды. Надеюсь, зрителям наше кино будет ближе.
Контакт и его отсутствие. Поколения ищут друг друга
На видеосервисе PREMIER вышли первые эпизоды сериала «Контакт» Евгения Стычкина. Кино это нелегкое, цепляющее и, в общем, горькое.
Но не беспросветное. Оно говорит о главном: если захотеть сильно и искренне, можно изменить все, переиграть любую партию, даже ту, что казалась проигранной...
Уже встретила в сети отклик — «скучно». Да, сериал может показаться таким, но правда только тем, кто привык наслаждаться развлекательными жанрами. «Контакт» заставляет думать и соотносить самого себя с реальностью, которая оказывается далека от приятной. Сериал Стычкина остро социален и местами даже грубоват в своей откровенности, причем настолько, что кажется документальным. Он — о трагическом разломе двух поколений: современных подростков и их родителей.
Казалось бы, ну что нового можно сказать об этом? Ответ — да все. Сериалов на эту тему не было давно, «Контакт» снят именно про наше сегодня, не про вчера и даже не про завтра. Он бьет наотмашь жесткой лексикой и болезненной тоской о любви обоих поколений, не находящих ни единой точки пересечения. Подросток Юля (Ирина Паутова) не понимает отца, бывшего оперативника, ныне работающего инспектором по делам несовершеннолетних Глеба Барнашова (Павел Майков), он не понимает ее, но при этом умудряется работать с другими подростками, но вся его работа в целом — его личное чистилище и кромешный ад: современные «дети» для него — «закрытая книга».
Чтобы хоть чуть-чуть понять собственную дочь, которую он растит один после ухода жены, он находит нетривиальное решение: «отмазав» от уголовного наказания другого непростого подростка, никому не нужного «мажора» Артема (Алексей Лукин), он просит его в благодарность подружиться в сети «ВКонтакте» с его Юлей и держать его в курсе ее дел…
Барнашов не понимает не только языка подростков и мотивов их поступков, но и главного — есть ли выход из их семейного кризиса. Он плох для Юли, что бы ни говорил и что бы ни делал, но его мечта при этом остается неизменной: «Я хочу, чтобы моя дочь мне улыбнулась». И звучит это страшно и пронзительно, ведь это на самом деле так просто... И так недостижимо для героя сериала, потерявшего с дочерью контакт...
Ушедшие в виртуальное, цифровое пространство дети и потерянные в реальной жизни родители, жестокие нравы и искаженная мораль, все это — крик о помощи с обеих сторон возведенных баррикад, не долетающий до адресатов и потому выплеснутый в никуда. Но самое главное — все это творится не в придуманном мире, а рядом, за стеной у соседей, в семье одноклассников твоего ребенка или... в твоей собственной семье...
Геометрия сериала любопытна: в нем взаимно пересекаются различные треугольники, образованные из отношений как разных поколений, так и одного. Стороны каждого треугольника режут стороны других фигур, и плохо всем, но все мечтают о счастье и минуте покоя, которая выпадет, когда тебя услышат. Но пока слышны только взаимные претензии поколений зумеров и их родителей, страдающих от отсутствия любви и очень многое делающих назло друг другу. Ну а чем завершится это противостояние и может ли оно иметь какой-то позитивный финал — головоломка для зрителей.
Новые серии будут выходить каждый вторник и четверг, а финал первого сезона состоится 5 октября. После этого проект покажут на ТНТ.
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Евгений Стычкин, режиссер сериала «Контакт»:
— Это конфликт отцов и детей, происходящий сегодня, который помножен на расслоение общества, социальную несправедливость и многое другое. А так как вся эта история происходит в разных семьях, то они все, естественно, по-разному переживают этот конфликт.
Съемки нового сезона «Территории» продолжаются полным ходом
В Пермском крае начались съемки второго сезона полюбившегося зрителям сериала «Территория».
К радости многих, Глеб Калюжный и Андрей Мерзликин продолжат исследовать мифы и поверья коми-пермяцкого народа в нашумевшем фолк-хорроре GoodStoryMedia.
В пандемийном 2020 году этот сериал телеканала ТНТ и видеосервиса PREMIER стал одним из самых запоминающихся проектов осеннего сезона 2020 года. История о 19-летнем Егоре Чудинове, который разыскивает своих родителей, исчезнувших в районе древнего могильника, лидировала в своем слоте с долей 16,8 процента среди зрителей 14– 44 лет! Долго тосковать без любимых героев не придется — съемки сериала уже идут в Пермском крае. В первом сезоне «Территории» было всего семь серий. За это время герои сериала смогли не только посмотреть в лицо своим своим страхам, но и погрузились в тайны самого загадочного места Урала. И как бы ни были мы все далеки от мистики, теперь приходится убеждаться: да, коми-пермяцкая мифология ничего не сочиняет ни о духах, ни о ведьмах, ни о шаманстве.
Во втором сезоне Егору, как и всем его спутникам, предстоит столкнуться с главным страхом большинства из нас — страхом смерти. Они понимают, что Медвежий шаман сам заманил их в Кудымкар, а затем «вытащил» и на «Серую скалу», чтобы убить. Наступает время непростых решений: предстоит понять, как надлежит поступить с предателем, дядей Егора, и как выбраться из леса, который отказывается отпускать...
В уникальном проекте продолжится исследование культуры целого народа, органично вплетенное в жанр фолк-хоррора.
— Второй сезон еще глубже погрузит нас в наши первобытные страхи, — рассказал Антон Щукин, продюсер компании GoodStoryMedia.
— История поделится на два мира, которые мы построим на мифологии коми-пермяцкого народа и личных демонах каждого героя. Мы следили за комментариями после финала первого сезона и рады, что никто не смог добраться до разгадки. Ответы на некоторые вопросы мы дадим уже в первых сериях продолжения. Во втором сезоне будет больший акцент на психологию и отношения между персонажами, но мы продолжим исследовать огромный пласт культуры через мифы и поверья.
СПРАВКА
Сценарий первого сезона сериала писала Анастасия Самойлова. Столкновение двух миров — современного и неведомого нам, где болезни лечат у колдунов, а причиной неудач или проблем считают порчу или сглаз, — сначала вызывает у героя сериала Егора неприятие и приступы понятного скептицизма, но затем он учится понимать очевидное: наш мир на самом деле намного сложнее и шире наших представлений о нем, а наша убежденность в чем-либо не всегда истина.
Классический тупик
Армен Мурадян:
— Достаточно потратить немного времени и просмотреть полный список российских сериалов, снятых за последние годы, как в глаза бросается огромная диспропорция: среди сотен фильмов доля экранизаций классических произведений русских писателей ничтожно мала — несколько процентов.
Речь даже не об экранизации современных авторов, которые, вне сомнения, тоже достойны внимания и вызывают большой отклик у зрителей («Зулейха открывает глаза», «Обитель», «Пищеблок» и прочие), а об экранизациях произведений, известных нам со школьной скамьи.
Однако если сравнить рейтинги таких сериалов, то они даже в прайм-тайм бьют любую, даже очень слезливую и душевную мелодраму. «Идиот», «Тихий Дон», «Бесы», «Белая гвардия», «Анна Каренина», «В круге первом», недавние «Мертвые души» и «Угрюм-река»... Это кино вообще тяжело сравнивать по качеству с той зрительной жвачкой, которой нас ежевечерне пичкают. И по вниманию со стороны рекламодателей. Они ведь тоже не дураки, знают, в какие фильмы нужно деньги (то есть рекламу) вкладывать.
Причины такого отношения продюсеров и режиссеров к классической литературе две. Первая, самая циничная — равнодушие, перетекающее в профессиональный конформизм.
Зачем прыгать выше головы, если можно комфортно отснять незатейливую мелодраму, по сюжету напоминающую романы Сидни Шелдона. А параллельно снять боевичок «а-ля Рембо» в антураже российской глубинки. Кстати, если читать названия наших сериалов списком, то ловишь себя на мысли, что половина из них — это названия голливудских блокбастеров. То есть даже здесь особо никто себя не утруждает напряженным раздумьем.
А если вдруг возникнет спор о качестве продукта, то в таких случаях в ход идет аргумент: «Мы профессионалы и знаем, что нужно зрителю. Не учите нас!» Вторая причина — нерешительность. Психологически любому режиссеру, сценаристу или актеру сложно конкурировать с корифеями отечественного кино, которым в советское время поручали экранизировать литературные произведения.
В любом случае по мере демонстрации сериала ты будешь находиться под давлением сравнения. К примеру, сериал «Молодая гвардия» можно критиковать (и есть за что), сравнивая с картиной великого Сергея Герасимова, но смелости режиссера Леонида Пляскина, который взялся за эту работу, надо отдать должное.
Но это только верхняя часть айсберга. Любая подобная экранизация требует гораздо большего, чем обычный «производственный» сериал. Особого внимания к декорациям, костюмам, натуры для съемок, слаженного финансирования, тщательного подбора актерского состава и так далее. По сути, это вызов всей творческой группе. Не каждый готов его принять.
Здесь нужны особая смелость, уверенность и профессионализм. Такой, который есть у американских продюсеров, которые взялись за создание уже энной по счету экранизации «Анны Карениной», премьера которой, без сомнения, опять побьет все рейтинги популярности и соберет всю рекламу. И этот факт также диагноз современному состоянию наших киносериалов.