«Отсутствуют достоверные сведения, что имеются захоронения»

Галяшорское кладбище находится в Пермском крае, примерно в 40 км от города Кудымкар. Большую часть пути нужно проехать на машине, остальную — буквально 3-4 км — пройти пешком. Зимой здесь метровые сугробы, летом — трава по пояс.

Находится кладбище рядом со спецпосёлком Галяшор, куда с начала тридцатых годов переселяли «ненадёжный» контингент — сначала раскулаченных из Украины и Белорусии, потом поляков, а после Великой Отечественной — литовцев. Жили в посёлке и местные жители, коми-пермяки. Занимались лесозаготовкой.

Сейчас от Галяшора не осталось ничего, посёлок прекратил существование в конце 60-х годов. Сначала репрессированным разрешили вернуться на родину, и многие уехали, а потом разъехались и остальные. Кто в большие города, а кто в ближайшие деревни и сёла.

О спецпосёлке теперь напоминают лишь установленный в 2016 году на месте одного из бараков памятник, да кладбище, расположенное за ним. Галяшорцы вспоминают, что раньше это был пустырь — сейчас всё заросло елками.

Памятник установили на деньги, собранные литовцами. Интернет-журнал «Звезда» писал о той истории довольно подробно.

Галяшорское кладбище огорожено деревянным забором. Его тоже поставили волонтёры из Литвы ещё в 2013 году. За эти годы он обветшал и накренился. Одну из сторон починили прошлым летом, во время экспедиции «По рекам памяти», в которой приняли участие волонтёры из Литвы, Италии и России. Заодно заменили и калитку — вместо деревянной установили резную, металлическую.

«Очень ухоженное кладбище было»

Первой, когда входишь на кладбище, бросается в глаза могилка с массивным деревянным крестом и сохранившейся оградкой. Здесь лежат мать с сыном — спецпереселенцы из Литвы. Леонид Ладанов, родившийся в Галяшоре, а ныне проживающий в соседнем посёлке Велва-База, рассказывает, что ему было лет шесть, когда произошла та трагедия.

«Парень здоровый был, крепкий. Работал в лесу, — вспоминает Ладанов. — В одну из зим в посёлок приехали сезонные рабочие. Ну, и он с ними после работы решил выпить. Во время пьянки они поссорились, и его убили, а тело под доски засунули. Когда он утром не вышел на работу, стали искать. Нашли и тело, и убийц. Их потом посадили. Мать же парня после этого недолго прожила. Он у неё единственный сын был. Кроме него, у неё никого не было. Горевала очень и тоже умерла. 60 с лишним лет прошло с тех пор, а изгородь у их могилки всё стоит, и крест стоит, а на могилке гвоздики растут! Удивительно!»

Раньше всё здесь было в гвоздиках. Их высадили литовцы, которые очень трепетно относились к порядку на кладбище. Те, кто жил тогда в Галяшоре, вспоминают, что детьми бегали на кладбище, чтобы посмотреть на царившие там красоту и порядок.

«Ой, очень ухоженное кладбище было! Ни одного сорняка нигде не было. На могилках осколками цветного стекла выложены кресты. А на деревянных крестах вырезаны Иисусы, — рассказывает Тамара Свешникова, которая сейчас живёт в Велва-Базе. — Меня поражало то, что литовцы не только за могилками родственников ухаживали, но и чужие в порядок приводили».

Но пройдём дальше. Посреди кладбища находится могила участника Великой Отечественной войны Николая Габова. Его история тоже трагична. После того, как он вернулся с фронта, у них с женой родился сын. Мальчику было лет пять или шесть, когда он ушёл в лес из детского сада и пропал. Искали малыша всем посёлком, в итоге нашли только косточки — по-видимому, его съели волки, которых в этих местах тогда было немало.

В самом конце кладбища покоятся родственники литовца Генюса Балюкевичуса, который часто приезжает в Кудымкарский район, был он и участником прошлогодней экспедиции.

Он родился в Галяшоре, куда выслали его дедушку с бабушкой и их детей. На Галяшорском кладбище похоронены бабушка Генюса и двоюродный брат. Деревянные кресты на их могилах давно сгнили, поэтому Генюс в один из своих приездов установил металлические.

Леонид Ладанов говорит, что всего на кладбище более 80 могил. Большинство из них — детские. У самого Леонида здесь покоится брат Витя, умерший в семилетнем возрасте от дифтерии. У его соседа Владимира Сыстерова — маленькие брат и сестра.

— Как заходишь, их могилки первые. Они умерли новорождёнными, ещё во время войны, — рассказывает он.

— У Гончар детишки там лежат, у Петуховых, — добавляет Тамара Свешникова.

— Тогда же лекарств не было. Вот дети и умирали в таком количестве, — объясняет Леонид Ладанов.

Кроме жителей Галяшора, на кладбище хоронили умерших из ещё двух населённых пунктов — посёлков Велва-База и Шарволь. Перестали хоронить здесь примерно в 1965 году. С тех пор кладбище стало зарастать деревьями и травой, которую скашивают лишь волонтёры, когда приезжают, чтобы проведать могилки близких и земляков.

— После прошлого лета, наверное, чистить уже никто не будет, — предполагает Леонид Ладанов. — Им [литовцам] тогда ясно дали понять: «Вы даже косить траву в Галяшоре не имеете права».

«Совсем люди сдурели»

В августе 2019 года литовцы приехали в Галяшор вместе с сотрудниками пермского «Мемориала» и волонтёрами из Италии и России. После того, как они убрались на кладбище, в Галяшор приехал целый наряд — полицейские, сотрудники ФСБ и чиновники из краевого Минприроды. Литовцев, «Мемориал» и его лидера Роберта Латыпова обвинили в захвате леса и выписали штрафы на общую сумму 350 тысяч рублей. А на Леонида Ладанова, у которого иностранцы остановились, завели уголовное дело за фиктивную регистрацию иностранных граждан. Впоследствии литовцы и «мемориальцы» благодаря фонду «Общественный вердикт» оспорили штрафы в суде. Но Леонида Ладанова мировой суд всё же признал виновным и наказал штрафом 100 тысяч рублей. Не стал отменять обвинительный приговор и Кудымкарский городской суд. Сейчас его защитники готовят жалобу, чтобы оспорить решение в кассационном порядке.

— Совсем люди сдурели, — вздыхает Тамара Свешникова. — Мы так дружно с литовцами жили в Галяшоре! Вместе работали, вместе в клуб ходили. Какие песни пели! Какие вальсы литовские нам Домковский играл! Какую уху на берегу пруда на весь посёлок варили! Что теперь с ними воюют?

Усугубляет проблему с содержанием Галяшорского кладбища и то, что местные власти не ухаживают за ним, поскольку официально оно не имеет статуса кладбища. На наш запрос, почему такой статус ему не присвоен, глава Кудымкарского муниципального округа Алексей Плотников отвечает:

«В распоряжении администрации Кудымкарского муниципального округа Пермского края отсутствуют достоверные сведения, свидетельствующие о том, что вблизи бывшего посёлка Галяшор имеются захоронения».

Тем временем Владимир Сыстеров последний раз посещал могилы брата и сестры 4 июня, на Семик, за три дня до Троицы. Леонид Ладанов недавно возил туда внука, а теперь ждёт в гости Лайму, подругу детства, которая тоже родилась в Галяшоре. Она хочет привезти в Россию свою дочь и показать место, где родилась и выросла — осталось дождаться, когда откроют границы.

***

Читайте также:

Кудымкарский суд признал Леонида Ладанова виновным в фиктивной регистрации иностранцев.

«Это были показательные суды». Роберт Латыпов — о прекращении дел против Пермского «Мемориала» и приговоре Леониду Ладанову.

Что произошло во время экспедиции в спецпосёлок Галяшор.

Кто такие спецпереселенцы и почему властям так не нравится эта тема.

Репортаж Ивана Козлова из экспедиции в посёлок Галяшор.

Фильм интернет-журнала «Звезда» о спецпосёлке Галяшор.