Восточная экзотика в мордовском Колдаисе
0
57
Услышав, что в селе Колдаис Шемышейского района живут дунгане — народ, переселившийся к нам из Средней Азии — я очень заинтересовалась. Признаюсь, свою роль сыграла ностальгия.
Пять лет назад мне самой эта экзотическая для большинства пензяков национальность была неизвестна. Познакомилась я с дунганами в 2016 году, путешествуя по Казахстану и Киргизии. Мы с попутчиками тогда на несколько дней остановились в курортном городке Чолпон-Ата на озере Иссык-Куль и ходили на завтрак и обед в замечательное кафе на открытом воздухе. Хозяйками его, а заодно и поварами, были две приветливые сестры-дунганки. Они немного рассказали об истории их народа, и ежедневно удивляли нас вкуснейшими блюдами национальной кухни с трудновыговариваемыми названиями.
И вот, оказывается, дунгане живут в Сурском крае! Причем первые семьи прибыли еще в 2005 году — тогда на заработки в одно из крупных сельхозпредприятий.
— Да хорошие люди, работящие, непьющие, вежливые, по-русски прекрасно говорят… Я нарадоваться не мог, когда они в конце 2000-х стали к нам приезжать из Киргизии и Казахстана. Мы им землю выделили, жилье на время. Они огороды большие завели, теплицы. Детей в школе прибавилось, даже детский сад пришлось вновь открыть. А потом кто-то из них съездил в Краснодарский край к знакомым и земляков из Колдаиса туда перетащил. Говорят, извини, мол, Николай Петрович, но там климат теплый, для нас более привычный. И остались в память о них только теплицы разваливающиеся…
В 2019 году Симдянов сам ездил в Киргизию — приглашать дунган к нам по программе переселения соотечественников. И около 100 семей были готовы переехать, да не успели из-за пандемии коронавируса: границу закрыли.
— Есть у нас семьи помоложе, они из Южного Казахстана прибыли — и что вы думаете? Им крестьянский труд уже неинтересен — все мужчины работают в Шемышейке в дорожно-строительной фирме, — сетует Николай Петрович.
А вот уроженец села Сортобе Джамбульской области (Казахстан) Якуб Гуйчир, перебравшийся с женой и тремя детьми в Колдаис в прошлом году, пока что полон решимости развивать здесь овощеводство.
— Я с детства на огороде привык. Мы знаете, какие красивые овощи выращивали! И свеклу, и лук, и чеснок, и помидоры, и баклажаны, и перец. В Сибирь возили, на Урал. А потом подумали: зачем куда-то возить, если можно на месте продавать? Так и решили в Россию переехать.
Якуб, конечно, шутит. У него была другая причина, заставившая сняться с места, где испокон веку жили его предки, где прошли его детство и юность.
— Каждый дунганин от рождения — дипломированный агроном и зоотехник, — так же, с юмором, вторит Якубу его отец Суалихар Гуйчир (недавно они с женой Софиян приехали из Казахстана навестить детей с внучатами). И с грустью добавляет:
— Обидно, что моим потомкам придется заниматься земледелием вдали от родных мест. Но в России им лучше будет!
Корни дунган – из Поднебесной. Они говорят на одном из диалектов китайского языка, но при этом исповедуют не буддизм, даосизм или конфуцианство, а являются правоверными мусульманами. Их происхождение до сих пор неясно. Сами дунгане считают, что ведут свой род от смешанных браков китайских аристократок и арабских и персидских купцов. Но есть и версия их монгольского происхождения.
На территории Российской Империи (куда входили и нынешние Казахстан и Киргизия) дунгане появились во второй половине XIX века — около пяти тысяч беженцев из провинции Шэньси, участников дунганско-уйгурского восстания. Спасаясь от преследований китайских властей, перешли в подданство российского императора Александру III.
— Мои предки присягали на верность русскому императору, и именно русский язык стал для них и всего нашего рода вторым родным языком, — рассказывает Гуйчир-старший. — И в советское время все казахстанские и киргизские дунгане учились в русских школах. А сейчас в Казахстане русский язык отодвигают в сторону. Сокращается количество учебных часов в школе, постепенно полностью переводится на казахский обучение в вузах. При этом сильно страдает качество образования.
Его сын Якуб утверждает, что именно желание дать детям достойное образование и привело его в Россию.
Но думается, последней каплей стал межнациональный конфликт, случившийся в начале прошлого года в селе Масанчи близ Сортобе, откуда родом Гуйчиры. Местное казахское население в результате всплеска национализма ополчилось на дунган. В результате столкновений погибли 11 человек, многие остались без крова и вынуждены были бежать в соседнюю Киргизию. Дунгане оказались в той же ситуации, что и русские вскоре после развала Союза, когда по Казахстану прокатились первые волны националистических настроений.
Люди дальновидные решили переселиться в Россию. И она вновь приняла дунган в своих новых границах.
Я обрадовалась, увидев на столе знакомые по Чулпон-Ате дунганские сладости: тонкий длинный хворост-лапшу — санзы — и пирожки с орехами и сухофруктами — тон-момо. Вспомнила названия, и тут уже обрадовался Якуб:
— Приятно, что вы хоть немного знаете о нас.
Женщины, как обычно в мусульманских семьях, едят отдельно от мужчин. Исключение, судя по всему, делают для журналистов и чиновниц прекрасного пола. Супруга Якуба Алия со свекровью Софиян следят из кухни, чтобы блюда с едой не пустели.
На горячее — внезапно — типичный среднеазиатский, хотя и очень вкусный, плов, а не исконный дунганский лагман. Впрочем, ничего удивительного, ведь те же узбеки считают лагман своим национальным блюдом.
— На самом деле наша культура значительно отличается от казахской, киргизской или узбекской, хотя мы одной веры с этими народами, празднуем одни и те же праздники, — поясняет Якуб. — У нас даже невесты замуж выходят не в белых платьях, а в нарядах средневековых китайских аристократок!
Кстати, в повседневной жизни дунганки одеваются, как принято в тех местах, где они родились и выросли. Например, ту же Алию Гуйчир на первый взгляд не отличишь от этнической киргизки или казашки. Молодая женщина говорит, что скучает по родным местам, но не жалеет, что переехала в Россию.
— Мы быстро нашли общий язык с жителями Колдаиса, наши дети — 12-летний Султан, восьмилетняя Мадина и четырехлетний Хаким — с первых дней подружились с соседями. В школе неплохо учатся — еще и потому, что русский хорошо знают. Мы дома, конечно, стараемся говорить по-дунгански, чтобы не забыть родной язык, но вот Хаким пошел в садик — и по-русски хорошо заговорил.
После застолья Гуйчиры — старший и младший — присели на завалинку к соседу Ивану Яковлевичу Горбунову: побеседовать за жизнь.
— Хорошие у меня соседи, — уверяет дедушка Иван. — Якуб в первый же день, как приехал, пришел знакомиться. Всегда с уважением ко мне. Мы дружно живем, никогда не ссоримся.
Сегодня в Колдаисе живут 10 дунганских семей. Заявку на переселение подали еще 50 — судя по всему, приедут, когда окончится пандемия коронавируса.
СПРАВКА
Всего в мире живет около 70 тыс. дунган. В России по данным переписи населения 2010 года — менее 2 тысяч.
Пять лет назад мне самой эта экзотическая для большинства пензяков национальность была неизвестна. Познакомилась я с дунганами в 2016 году, путешествуя по Казахстану и Киргизии. Мы с попутчиками тогда на несколько дней остановились в курортном городке Чолпон-Ата на озере Иссык-Куль и ходили на завтрак и обед в замечательное кафе на открытом воздухе. Хозяйками его, а заодно и поварами, были две приветливые сестры-дунганки. Они немного рассказали об истории их народа, и ежедневно удивляли нас вкуснейшими блюдами национальной кухни с трудновыговариваемыми названиями.
И вот, оказывается, дунгане живут в Сурском крае! Причем первые семьи прибыли еще в 2005 году — тогда на заработки в одно из крупных сельхозпредприятий.
С кем село поднимать?
Я связалась с главой администрации Колдаисского сельсовета Николаем Симдяновым, и он подтвердил: да, живут. Но почему-то тему развивать не спешил. После моих настойчивых расспросов ответил слегка обиженным тоном:— Да хорошие люди, работящие, непьющие, вежливые, по-русски прекрасно говорят… Я нарадоваться не мог, когда они в конце 2000-х стали к нам приезжать из Киргизии и Казахстана. Мы им землю выделили, жилье на время. Они огороды большие завели, теплицы. Детей в школе прибавилось, даже детский сад пришлось вновь открыть. А потом кто-то из них съездил в Краснодарский край к знакомым и земляков из Колдаиса туда перетащил. Говорят, извини, мол, Николай Петрович, но там климат теплый, для нас более привычный. И остались в память о них только теплицы разваливающиеся…
В 2019 году Симдянов сам ездил в Киргизию — приглашать дунган к нам по программе переселения соотечественников. И около 100 семей были готовы переехать, да не успели из-за пандемии коронавируса: границу закрыли.
— Есть у нас семьи помоложе, они из Южного Казахстана прибыли — и что вы думаете? Им крестьянский труд уже неинтересен — все мужчины работают в Шемышейке в дорожно-строительной фирме, — сетует Николай Петрович.
А вот уроженец села Сортобе Джамбульской области (Казахстан) Якуб Гуйчир, перебравшийся с женой и тремя детьми в Колдаис в прошлом году, пока что полон решимости развивать здесь овощеводство.
— Я с детства на огороде привык. Мы знаете, какие красивые овощи выращивали! И свеклу, и лук, и чеснок, и помидоры, и баклажаны, и перец. В Сибирь возили, на Урал. А потом подумали: зачем куда-то возить, если можно на месте продавать? Так и решили в Россию переехать.
Якуб, конечно, шутит. У него была другая причина, заставившая сняться с места, где испокон веку жили его предки, где прошли его детство и юность.
— Каждый дунганин от рождения — дипломированный агроном и зоотехник, — так же, с юмором, вторит Якубу его отец Суалихар Гуйчир (недавно они с женой Софиян приехали из Казахстана навестить детей с внучатами). И с грустью добавляет:
— Обидно, что моим потомкам придется заниматься земледелием вдали от родных мест. Но в России им лучше будет!
Второе великое переселение
Второе великое переселение —так называет иммиграцию своего народа в Россию Суалихар Хасаевич.Корни дунган – из Поднебесной. Они говорят на одном из диалектов китайского языка, но при этом исповедуют не буддизм, даосизм или конфуцианство, а являются правоверными мусульманами. Их происхождение до сих пор неясно. Сами дунгане считают, что ведут свой род от смешанных браков китайских аристократок и арабских и персидских купцов. Но есть и версия их монгольского происхождения.
На территории Российской Империи (куда входили и нынешние Казахстан и Киргизия) дунгане появились во второй половине XIX века — около пяти тысяч беженцев из провинции Шэньси, участников дунганско-уйгурского восстания. Спасаясь от преследований китайских властей, перешли в подданство российского императора Александру III.
— Мои предки присягали на верность русскому императору, и именно русский язык стал для них и всего нашего рода вторым родным языком, — рассказывает Гуйчир-старший. — И в советское время все казахстанские и киргизские дунгане учились в русских школах. А сейчас в Казахстане русский язык отодвигают в сторону. Сокращается количество учебных часов в школе, постепенно полностью переводится на казахский обучение в вузах. При этом сильно страдает качество образования.
Его сын Якуб утверждает, что именно желание дать детям достойное образование и привело его в Россию.
Но думается, последней каплей стал межнациональный конфликт, случившийся в начале прошлого года в селе Масанчи близ Сортобе, откуда родом Гуйчиры. Местное казахское население в результате всплеска национализма ополчилось на дунган. В результате столкновений погибли 11 человек, многие остались без крова и вынуждены были бежать в соседнюю Киргизию. Дунгане оказались в той же ситуации, что и русские вскоре после развала Союза, когда по Казахстану прокатились первые волны националистических настроений.
Люди дальновидные решили переселиться в Россию. И она вновь приняла дунган в своих новых границах.
За дастарханом
Нас с Николаем Симдяновым Гуйчиры пригласили в гости. Усадили за дастархан — большой деревянный стол, накрытый скатертью и уставленный всевозможной снедью. Стол возвышается на лежанке-топчане, на которую принято садиться, сложив ноги «по-турецки». Без привычки жутко неудобно, кстати.Я обрадовалась, увидев на столе знакомые по Чулпон-Ате дунганские сладости: тонкий длинный хворост-лапшу — санзы — и пирожки с орехами и сухофруктами — тон-момо. Вспомнила названия, и тут уже обрадовался Якуб:
— Приятно, что вы хоть немного знаете о нас.
Женщины, как обычно в мусульманских семьях, едят отдельно от мужчин. Исключение, судя по всему, делают для журналистов и чиновниц прекрасного пола. Супруга Якуба Алия со свекровью Софиян следят из кухни, чтобы блюда с едой не пустели.
На горячее — внезапно — типичный среднеазиатский, хотя и очень вкусный, плов, а не исконный дунганский лагман. Впрочем, ничего удивительного, ведь те же узбеки считают лагман своим национальным блюдом.
— На самом деле наша культура значительно отличается от казахской, киргизской или узбекской, хотя мы одной веры с этими народами, празднуем одни и те же праздники, — поясняет Якуб. — У нас даже невесты замуж выходят не в белых платьях, а в нарядах средневековых китайских аристократок!
Кстати, в повседневной жизни дунганки одеваются, как принято в тех местах, где они родились и выросли. Например, ту же Алию Гуйчир на первый взгляд не отличишь от этнической киргизки или казашки. Молодая женщина говорит, что скучает по родным местам, но не жалеет, что переехала в Россию.
— Мы быстро нашли общий язык с жителями Колдаиса, наши дети — 12-летний Султан, восьмилетняя Мадина и четырехлетний Хаким — с первых дней подружились с соседями. В школе неплохо учатся — еще и потому, что русский хорошо знают. Мы дома, конечно, стараемся говорить по-дунгански, чтобы не забыть родной язык, но вот Хаким пошел в садик — и по-русски хорошо заговорил.
После застолья Гуйчиры — старший и младший — присели на завалинку к соседу Ивану Яковлевичу Горбунову: побеседовать за жизнь.
— Хорошие у меня соседи, — уверяет дедушка Иван. — Якуб в первый же день, как приехал, пришел знакомиться. Всегда с уважением ко мне. Мы дружно живем, никогда не ссоримся.
Сегодня в Колдаисе живут 10 дунганских семей. Заявку на переселение подали еще 50 — судя по всему, приедут, когда окончится пандемия коронавируса.
СПРАВКА
Всего в мире живет около 70 тыс. дунган. В России по данным переписи населения 2010 года — менее 2 тысяч.