ЗСК 25 лет назад: как это было. Часть 1
Какие вызовы стояли перед созданным Законодательным Собранием, что осталось за кадром в СМИ тех времен, что за курьезы происходили, чем были мотивированы депутаты нового краевого парламента? Об этом и многом другом журналисту «ЯСНО» при встрече рассказали бывший председатель ЗСК Владимир Бекетов, заместитель председателя Петр Курдюк депутаты Владимир Громов, Владимир Синяговский и Елена Капцова. Также в качестве справочного материала использовалась книга заместителя председателя ЗСК Василия Громова «Мое хождение во власть».
«Шли для того, чтобы в крае было спокойно»
Своему появлению Законодательное Собрание обязано трагическим событиям осени 1993 года, ставшими результатом конфликта между Верховным Советом РФ и президентом Ельциным. После знаменитого расстрела здания парламента в Москве в октябре он был распущен. Эта же участь в числе Советов в регионах страны постигла и Краснодарский краевой Совет народных депутатов, который упразднили в январе 1994 года.
Кто жил в то время, помнит, какая тотальная разруха царила в России, которую захватил вал приватизации, нищета населения, многомесячные невыплаты пенсий и зарплат, а вчерашние инженеры шли торговать на стихийные рынки. Произошел не только психологический перелом, но и переформатирование власти федеральной и региональной.
Как признались в разговоре большинство опрошенных депутатов первого созыва ЗСК, главной задачей нового краевого парламента было сохранить то, чего к тому времени еще не разрушили. Для некоторых это и стало мотивацией для похода в законодательную власть.
Сами выборы в Законодательное Собрание Краснодарского края по воспоминаниям Петра Курдюка стали возможны благодаря краевому Совету народных депутатов и его председателю Александру Михайловичу Ждановскому.
«Они приняли до своего разгона в 1993 году тот раздел Устава, в котором были прописаны законодательные и представительные органы власти края. Это позволило общественным организациям судиться и назначить дату выборов», - вспоминает Петр Курдюк.
Выборы в новый парламент Кубани были назначены на 20 ноября 1994 года, которым предшествовал агитационный период.
«Предвыборная кампания была интересной. Тогда ввели подписи, подписные листы. Тогда кто карандашом расписывался, кто ручкой. И я собирала подписи, по-моему, 2,5 тысячи надо было собрать. Я шла с предложениями сохранить санаторно-курортный комплекс, санатории и профилактории, выполнять все обязательства по оздоровлению детей», - рассказала Елена Капцова, которая на тот момент была руководителем Краснодарского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации.
Петр Курдюк, уже имевший опыт работы депутатом в советское время, к дате выборов менее года работал в прокуратуре Динского района и находился в отпуске.
«У меня был первый отпуск с 13 ноября. А накануне мои единомышленники из «Отечества» (Кондратенко), с которыми я работал в районном Совете, собрались и выдвинули мою кандидатуру в депутаты ЗСК. Они согласовали это со мной, я согласовал с прокурором края, я ж был под погонами, и тот разрешил. Ровно шесть дней занимался предвыборной кампанией – листовки напечатали, расклеили. Округ у меня был семимандатный, а кандидатов 26. На утро посчитали предварительно - я шестой».
По словам Владимира Громова, который тогда был атаманом Кубанского казачьего войска, казаки еще в 1990-м году на своем съезде заявили, что хотят управлять краем, принимать участие в работе всех органов власти. Поэтому на выборы в ЗСК выдвинули атаманов отделов и самого атамана Кубанского казачьего войска.
«Для меня это была новая форма работы – я не был депутатом никогда. Тогда не было никаких партийных списков, люди голосовали за человека. Мы встречались, ездили по краю, казаки, конечно, поддерживали. Но дело в том, что казаков на Кубани было не так много, и их голосов для избрания в ЗСК было явно недостаточно. То есть, это было доверие кубанцев», - рассказывает Владимир Громов.
Из всех 50 выбранных депутатов он получил больше всех голосов и считает, что это результат того, что казачество тогда было частью институтов гражданского общества. Откликались на все события жизни, а не только те, которые касались казаков.
«Это и миграционные процессы, которые никем не контролировались. А мы требовали и контролировали. Здесь и вопросы, связанные с землей. А мы требовали, чтобы земля сельхозназначения не была распродана. И кубанцы это знали, и пресса помогала очень много. Все это формировало позитивное, доверительное отношение к казакам. В 1990-м году меня мало кто знал, а в 1994-м получились вот такие результаты», - вспоминает Владимир Громов.
По признанию Владимира Бекетова, который в 1994 году возглавлял Успенский район, время тогда было переломное и было совершенно непонятно, что вообще из себя представляет Законодательное Собрание.
«Выборы тогда шли по многомандатным округам, и Армавирский избирательный округ, по которому я баллотировался, насчитывал 500 тысяч избирателей. Я даже и не собирался идти на выборы, потому что район, где я тогда работал, насчитывал всего 25 тысяч избирателей. Но мои коллеги, с кем я работал в Успенском районе, настаивали на моем выдвижении, потому что мы в районе много сделали в вопросах сохранения агропромышленного сектора. Меня убедили идти, чтобы защитить то, что мы сделали, и не дать сверху это разваливать. Откровенно говоря, я считал, что шансов на избрание у меня мало», - рассказывает Владимир Бекетов.
В предвыборный период Владимир Бекетов много встречался с избирателями, что дало эффект – в своем округе он набрал наибольшее количество голосов.
«Честно говоря, для меня это было неожиданностью. Потому что тогда никто особенно законодательства не придерживался. Разносили записочки, в которых писали против кого надо голосовать, в том числе там и моя фамилия была. Но люди отнеслись к этому по-другому. Так я стал депутатом Законодательного Собрания края», - вспоминает Владимир Бекетов.
Шли в депутаты по разным причинам, но больше для того, чтобы добиться преференций для своих предприятий и территорий. Так в депутатах оказались главы районов и городов края.
«Тогда исполнительные органы власти уже были, а главного законодательного – нет. Хотелось найти компромиссные решения и достичь взаимопонимания с краевой властью», - рассказывает Владимир Синяговский, возглавлявший Славянский район.
Елена Капцова, вспоминает, что тогда не было заорганизованности и каждый принимал решение о выдвижении в депутаты спонтанно.
«Я принимала решение так – собрались директора филиалов Фонда со всего края и они мне говорят: «Елена Васильевна. А почему вам не пойти в депутаты?». А я села и подумала, почему бы и нет. Это расширяло поле деятельности и возможности. Но не было меркантильности - у меня за спиной было более тысячи сотрудников, и систему Фонда надо было развивать. А тут я могла бы выходить напрямую на главу края, руководителей комитетов, департаменты, финансовые структуры. И те же главы районов и городов шли, чтобы получить максимум для своих территорий, а не для себя. Вот этим, наверное, и отличался первый созыв», - говорит Елена Капцова.
«Хотелось стабилизации, нормальной работы. Шли для того, чтобы в крае было спокойно. Разные были тогда точки зрения, свои политические моменты, были и преследования руководителей», - вспоминает Петр Курдюк.
По итогам голосования 20 ноября 1994 года в Законодательное Собрание Краснодарского края были выбраны 50 депутатов и еще 22 так называемых «резервных». Образовались фракции. Самой многочисленной стало «Отечество» (Кондратенко) с союзниками - членами КПРФ и казаками, второй по численности стала фракция ЛДПР, а затем шли выбранные в депутаты главы районов и городов, и самовыдвиженцы, которые образовали группу «Кубань».
«Самое первое заседание началось с шатания и болтания»
Началу работы Законодательного Собрания Краснодарского края первого созыва предшествовало создание организационного комитета из 17 человек, в который в том числе вошли Владимир Бекетов и Петр Курдюк.
«Собрали нас в оргкомитет. Так как я был в отпуске, то дал свое согласие войти в него. Надо сказать, желающих было немного – дело новое, рутинное. Начали готовить первую сессию», - рассказывает Петр Курдюк.
«Мы готовили первое заседание, структуру подготовили. Смотрели тогда опыт других субъектов федерации, мы же на полгода позже их избирались. Также исходили из того, комиссии были в краевом Совете народных депутатов», - вспоминает Владимир Бекетов.
«У нас самое первое заседание началось с шатания и болтания. Пришли, все стали знакомиться. Сначала надо было принять регламент, как все будет. Открывал заседание, по-моему, Сергей Даниленко – председатель избиркома. Мы избрали спикером Алексея Багмута. Он очень хороший человек, но недостаточно жесткий, как председатель. Наши заседания превратились в кошмар. Его никто не слушал, бюджет принимали несколько дней, депутаты вставали и уходили. Если честно сказать, первые заседания были настоящим цирком», - говорит Елена Капцова, занявшая в ЗСК должность председатель комитета по экологии, курортам и туризму.
Кстати, еще одним кандидатом на пост председателя Законодательного Собрания был Владимир Бекетов.
«Предлагали Багмута и мою кандидатуру. Но я сразу сказал честно, что не знаю, чем должно заниматься ЗСК, а когда не представляешь себе, то лучше за это не браться. И взял самоотвод», - рассказал Владимир Бекетов.
Первые заседания все герои нашего материала вспоминают, как бурные, шумные и очень долгие. На сессиях больше было политики, чем законотворчества.
«Собрания первые были очень тяжелые. Мы не могли найти общий язык. Не было того человека, который объединил бы нас всех. А тогда второй силой после «Отечества» (Кондратенкакиеко) были ребята из ЛДПР. И бывало они как заведут на два-три часа разговоры ни о чем», - вспоминает Владимир Синяговский, который в первом созыве был членом комитета по агропромышленной политике, землепользованию и земельной реформе.
Петр Курдюк (в первом созыве заместитель председателя ЗСК, председатель комитета по вопросам образования, науки, культуры, делам молодежи и спорту) рассказывает, что депутаты могли полдня, а то и целый день утверждать только повестку дня. А если появлялись телекамеры, то начинались «рисовки», споры, шум. Если что-то не устраивало, то могли всей фракцией встать и демонстративно уйти, чтобы не было кворума для принятия решений.
«Да, могли повестку дня обсуждать долго. Потому что нарабатывали законодательный опыт. Но с законодательными инициативами выступали депутаты, не чиновники писали законы, а депутаты. Поэтому, конечно, обсуждение законов шло буквально с листа, а когда получаешь его на сессии… Это сейчас другой механизм – инициативы на планерке обсуждают, потом на комитетах», - вспоминает Владимир Громов, который тогда был председателем комитета по вопросам местного самоуправления и делам казачества.
По словам Владимира Бекетова, первые сессии ЗСК – это тот случай, если в одну телегу впрячь коня и трепетную лань. Депутаты вроде видели общую цель, но пути достижения каждый видел по-своему.
«Компромиссов первое время искать не хотели. Сессии проходили очень долго. Начинали работу в среду, в выходные был перерыв, а в понедельник-вторник завершали. Неудобно было перед людьми. Как только не проходило предложения какой-нибудь из фракций, объявлялся перерыв и надолго. Не так было, как надо, и как хотелось бы», - говорит Владимир Бекетов, который первый год был членом комитета по региональной экономической политике, вопросам бюджета, банков, налогов, внешнеэкономических связей, малого и среднего бизнеса и предпринимательства.
Впрочем, несмотря на пестроту и разношерстность первого созыва депутатов ЗСК, взаимоотношения среди большинства народных избранников были вполне добродушными и человечными. Пример этому рассказ Елены Капцовой о Владимире Синяговском и… пирожках.
«Я большая любительница пирожков. И вот сидим мы на одной из первых сессий, а мне так кушать хотелось. Я и говорю: «Я бы штук 20 пирожков бы сейчас съела». А сзади меня сидел Синяговский, я тогда еще не знала, что он глава Славянского района. Он говорит: «А что? Такая худая и пирожки любишь?». Проходит часа полтора, он стучит меня по спине и говорит: «Пойдем, выйдем». Мы вышли в соседний кабинет, а там стоит огромная коробка, и в ней полно пирожков с ладошку. И сладких, и с капустой, и с картошкой и с мясом. И с тех пор каждый раз Владимир Ильич пирожки мне привозил».