Игры волонтеров. Как ретивые "общественники" освобождали "рабов"
Новость ошеломила: в центре России обнаружен очаг рабства
Общественная волонтерская организация "Альтернатива" освободила пятерых рабов с плантации в селе Подколодновка Богучарского района Воронежской области. Их там били палками, кормили заплесневелым хлебом, отняли мобильники и паспорта. Денег за невольничий труд не платили. У раба только одна привилегия - трудиться от зари до зари.
Еще за забором с колючей проволокой оставалось не менее ста невольников. Самое интересное, что трое из пяти освобожденных были гражданами Беларуси. Посольство в Москве тут же среагировало: обратилось с официальным запросом в правоохранительные органы. Зрел международный скандал…
Корреспондент "РГ" побывал на ферме, где якобы нашли рабов
Паблики и Telegram-каналы так все подробно расписали, что наворачивается скупая слеза и растет справедливое возмущение. К тому же сами рабы на камеру все рассказывают. Тут же после публикаций на плантацию высадился десант: Следственный комитет, Прокуратура. Одних участковых было четыре - собрали со всего района. Рабству - бой! На следующий день приехал и я.
Семья пенсионеров-фермеров Урывских открыла свой бизнес еще в 2006-м. Купили 42 гектара земли и зарегистрировали ИП. Надежда Васильевна и Александр Иванович подключили к семейному бизнесу и сыновей. Выращивали 15 сортов перца. Один даже для "Аэрофлота". Баклажаны, капусту. В этом году получили грант от государства и купили автопогрузчик. А еще взяли кредит на 15 миллионов и построили теплицу. С обогревом.
Предприятие росло. Нужны рабочие руки. Стали давать объявления. Да и сейчас на столбах и в Ростове, и в Краснодаре, и в Воронеже висят листки: "Работа на С/Х предприятии. Жилье, питание. Оплата 2000 рублей в день".
Я приехал на ферму не по объявлению. А провести собственное расследование. К своему удивлению, я обнаружил, что ворота хозяйства распахнуты настежь. Ни охраны, ни прожекторов, ни колючей проволоки.
Семья фермеров Урывских открыла свой бизнес еще в 2006-м. Фото: Юрий Снегирев/РГ
"Ага, - подумал я, - охрану арестовали, проволоку смотали, а ворота сломали во время штурма…". Справа теплицы, где дозревает поздний перец. Слева двухэтажное каменное общежитие. Впереди холодильник и ангар для сортировки. Выходит хозяйка Надежда Васильевна. Представился.
"Если бы вы знали, как все это надоело! Давайте так: ходите, смотрите, спрашивайте кого угодно. Фотографируйте. Разбирайтесь. А мне работать надо".
Всего на ферме сейчас 60 человек. Часть из них строители - доделывают общежитие. Остальные на грядках. Первым делом зашел на кухню. Там после обеда остался гороховый суп. Каюсь, зачерпнул ложкой прямо из кастрюли. Вкусно, но только соли маловато. В комнатах двухъярусные нары. Телевизоры. В коридоре висят куртки на случай дождя. Словом, в любом рабочем общежитии можно наблюдать такую же картину. Встречаю Александра Блинова из Калача.
- Где у вас пыточная?
- Чего?!
Я вкратце рассказал то, что прочел в пабликах и у коллег из интернет-изданий.
Он возмутился.
На плантацию высадился десант: Следственный комитет, прокуратура. Одних участковых было четыре - собрали со всего района. Рабству - бой!
Я третий год сюда приезжаю на шабашку. У нас работы мало. Получаю тысяч 60-70 в месяц. Я доволен. Если бы кто руку на меня поднял… Вход и выход свободный. В выходной пиво пьем в парке. Нам это разрешают. Но работать надо. На то она и шабашка.
Как я узнал, пьют тут не только пиво и не только по выходным. Это можно понять по лицам. Собрался тут контингент с пониженной социальной адаптированностью. У мужиков руки в наколках. У женщин зубов не хватает. Поэтому многие отворачивались, когда я наводил объектив.
"Ну кто пойдет на такую работу? - призналась мне потом Надежда Васильевна. - Академики? Студенты? Следим, чтобы не пили. Но как уследишь? А утром ставим прогул. Значит, меньше получишь. Конечно, недовольных много. Но тут не курорт. Тут работать надо".
Всего на ферме сейчас 60 человек. В поле выходят целой бригадой. Фото: Юрий Снегирев/РГ
В поле собирала перец бригада. Солнцепек. Работа согнувшись весь день с перерывом на обед. Оглянулся, чтобы начальства вокруг не было, и спрашиваю Павла Колчина из Рославля Смоленской области:
- Вас тут не притесняют? Не бьют палками? Если напугали, подай знак.
Он только рассмеялся:
- Да я своим зарплату всю перевожу. Жалко, скоро сезон кончится. Опять работу искать.
Вкратце, что удалось выяснить. Зарплату, кто домой переводит, получают все вовремя, первого или второго числа каждого месяца. Остальным по окончании сезона или на выходе. Чтобы не пропили. Телефоны никто ни у кого не отбирал. Равно как и паспорта. Некоторые, чтобы не потерять, отдают паспорта бригадиру. Тот с неохотой берет их на хранение. Забор из шифера только с одной стороны. Да и его при желании можно перелезть. Для очистки совести зашел к соседям слева.
- Вы не слышали криков пыток?
- Пьяные крики слышали. Ну мы тут же 102 вызываем. Их мигом приструнивают.
Соседи, конечно, недовольны. Как-то "рабы" обнесли продуктовый ларек. Еду вернули. Дело замяли. Но неприятно.
Участковый наведывается каждую неделю. На таких объектах могут быть и разыскиваемые. Недавно, и правда, полиция освободила настоящего раба с фермы. Он напился и попал в руки к цыганам. Вот они его действительно и били, и заставляли работать по хозяйству. Может, отсюда и пошла информация?
Вольно или невольно волонтеры из Воронежа чуть не спровоцировали международный скандал между братскими народами. Зато какой резонанс!
"Нет! - уверенно заявляет Надежда Васильевна. - Одному из наших звонили из дома. Просили срочно приехать. Там дом надо ставить. Тяжелая работа. А он им и сказал, что живет за колючей проволокой и не может приехать. Ну родственники и подняли шум. Другого объяснения я не вижу".
- А как их от вас увезли?
- Приехал черный джип с воронежскими номерами 717. Два таких конкретных мужчины потребовали им выдать четверых. Назвали фамилии. У нас даже охраны нет. Не предусмотрена. Что я им скажу? Вызвала. Они уехали. А через месяц появилось это видео. От проверок голова пухнет.
Я думаю, что нарушения в бумагах обязательно найдут. Поденщиков зачастую не оформляют. Надежда Васильевна наверняка закрывала на это глаза. Кто работать-то будет?
Я дозвонился на "горячую линию" "Альтернативы". Ответил девичий голос. Представился.
- С кем я могу поговорить о рабах из Подколодновки?
- Со мной! Но раз вы так ставите вопрос, значит, вы некомпетентный журналист, - пошла в атаку моя собеседница.
- Как вы узнали о рабстве?
- К нам на "горячую линию" обратились родственники.
- Кто же приезжал за "рабами"?
- Наши сотрудники. Мы потом еще одного спасли, но об этом почему-то не пишут.
- Вы уверены, что спасли? И почему только спустя месяц вся эта история была запущена?
- Спросите у своих коллег-журналистов.
- Вы можете представиться?
- Не имею никакого желания. Как и продолжать беседу.
Сбор перца в поле - тяжелый труд. Не каждый осилит такую нагрузку на солнцепеке. Фото: Юрий Снегирев/РГ
Первый раз я увидел волонтеров во время наводнения в Крымске. Люди ехали в отпуск кто в Анапу, кто в Геленджик, а кто и в Крым. По радио услышали, что город в беде, что нет питьевой воды и продуктов. Они тут же изменили свои маршруты и двинули опустошать придорожные универсамы. Воды было столько, что ее стало некуда складировать. Когда я подошел к водителю с самарскими номерами и попросил представиться, то он только махнул рукой: "Долг каждого - помогать ближнему".
Вот такой добрый самаритянин.
И через пару дней один известный Челябинский мясокомбинат устроил публичную раздачу колбасы пострадавшим жителям под свои камеры. Везде были растяжки, а нас, журналистов центральных газет, просили написать об этой акции. И не бесплатно. За колбасу. С тех пор челябинские деликатесы для меня не существуют.
"Альтернатива" заигралась. Рабов должны освобождать правоохранительные органы. Они, и только они. Тут без альтернативы. А дело волонтеров плести масксети, помогать одиноким бабушкам, отправлять гуманитарные посылки. Вольно или невольно волонтеры из Воронежа чуть не спровоцировали международный скандал между братскими народами. Зато какой резонанс!
источник
Общественная волонтерская организация "Альтернатива" освободила пятерых рабов с плантации в селе Подколодновка Богучарского района Воронежской области. Их там били палками, кормили заплесневелым хлебом, отняли мобильники и паспорта. Денег за невольничий труд не платили. У раба только одна привилегия - трудиться от зари до зари.
Еще за забором с колючей проволокой оставалось не менее ста невольников. Самое интересное, что трое из пяти освобожденных были гражданами Беларуси. Посольство в Москве тут же среагировало: обратилось с официальным запросом в правоохранительные органы. Зрел международный скандал…
Корреспондент "РГ" побывал на ферме, где якобы нашли рабов
Паблики и Telegram-каналы так все подробно расписали, что наворачивается скупая слеза и растет справедливое возмущение. К тому же сами рабы на камеру все рассказывают. Тут же после публикаций на плантацию высадился десант: Следственный комитет, Прокуратура. Одних участковых было четыре - собрали со всего района. Рабству - бой! На следующий день приехал и я.
Семья пенсионеров-фермеров Урывских открыла свой бизнес еще в 2006-м. Купили 42 гектара земли и зарегистрировали ИП. Надежда Васильевна и Александр Иванович подключили к семейному бизнесу и сыновей. Выращивали 15 сортов перца. Один даже для "Аэрофлота". Баклажаны, капусту. В этом году получили грант от государства и купили автопогрузчик. А еще взяли кредит на 15 миллионов и построили теплицу. С обогревом.
Предприятие росло. Нужны рабочие руки. Стали давать объявления. Да и сейчас на столбах и в Ростове, и в Краснодаре, и в Воронеже висят листки: "Работа на С/Х предприятии. Жилье, питание. Оплата 2000 рублей в день".
Я приехал на ферму не по объявлению. А провести собственное расследование. К своему удивлению, я обнаружил, что ворота хозяйства распахнуты настежь. Ни охраны, ни прожекторов, ни колючей проволоки.
Семья фермеров Урывских открыла свой бизнес еще в 2006-м. Фото: Юрий Снегирев/РГ
"Ага, - подумал я, - охрану арестовали, проволоку смотали, а ворота сломали во время штурма…". Справа теплицы, где дозревает поздний перец. Слева двухэтажное каменное общежитие. Впереди холодильник и ангар для сортировки. Выходит хозяйка Надежда Васильевна. Представился.
"Если бы вы знали, как все это надоело! Давайте так: ходите, смотрите, спрашивайте кого угодно. Фотографируйте. Разбирайтесь. А мне работать надо".
Всего на ферме сейчас 60 человек. Часть из них строители - доделывают общежитие. Остальные на грядках. Первым делом зашел на кухню. Там после обеда остался гороховый суп. Каюсь, зачерпнул ложкой прямо из кастрюли. Вкусно, но только соли маловато. В комнатах двухъярусные нары. Телевизоры. В коридоре висят куртки на случай дождя. Словом, в любом рабочем общежитии можно наблюдать такую же картину. Встречаю Александра Блинова из Калача.
- Где у вас пыточная?
- Чего?!
Я вкратце рассказал то, что прочел в пабликах и у коллег из интернет-изданий.
Он возмутился.
На плантацию высадился десант: Следственный комитет, прокуратура. Одних участковых было четыре - собрали со всего района. Рабству - бой!
Я третий год сюда приезжаю на шабашку. У нас работы мало. Получаю тысяч 60-70 в месяц. Я доволен. Если бы кто руку на меня поднял… Вход и выход свободный. В выходной пиво пьем в парке. Нам это разрешают. Но работать надо. На то она и шабашка.
Как я узнал, пьют тут не только пиво и не только по выходным. Это можно понять по лицам. Собрался тут контингент с пониженной социальной адаптированностью. У мужиков руки в наколках. У женщин зубов не хватает. Поэтому многие отворачивались, когда я наводил объектив.
"Ну кто пойдет на такую работу? - призналась мне потом Надежда Васильевна. - Академики? Студенты? Следим, чтобы не пили. Но как уследишь? А утром ставим прогул. Значит, меньше получишь. Конечно, недовольных много. Но тут не курорт. Тут работать надо".
Всего на ферме сейчас 60 человек. В поле выходят целой бригадой. Фото: Юрий Снегирев/РГ
В поле собирала перец бригада. Солнцепек. Работа согнувшись весь день с перерывом на обед. Оглянулся, чтобы начальства вокруг не было, и спрашиваю Павла Колчина из Рославля Смоленской области:
- Вас тут не притесняют? Не бьют палками? Если напугали, подай знак.
Он только рассмеялся:
- Да я своим зарплату всю перевожу. Жалко, скоро сезон кончится. Опять работу искать.
Вкратце, что удалось выяснить. Зарплату, кто домой переводит, получают все вовремя, первого или второго числа каждого месяца. Остальным по окончании сезона или на выходе. Чтобы не пропили. Телефоны никто ни у кого не отбирал. Равно как и паспорта. Некоторые, чтобы не потерять, отдают паспорта бригадиру. Тот с неохотой берет их на хранение. Забор из шифера только с одной стороны. Да и его при желании можно перелезть. Для очистки совести зашел к соседям слева.
- Вы не слышали криков пыток?
- Пьяные крики слышали. Ну мы тут же 102 вызываем. Их мигом приструнивают.
Соседи, конечно, недовольны. Как-то "рабы" обнесли продуктовый ларек. Еду вернули. Дело замяли. Но неприятно.
Участковый наведывается каждую неделю. На таких объектах могут быть и разыскиваемые. Недавно, и правда, полиция освободила настоящего раба с фермы. Он напился и попал в руки к цыганам. Вот они его действительно и били, и заставляли работать по хозяйству. Может, отсюда и пошла информация?
Вольно или невольно волонтеры из Воронежа чуть не спровоцировали международный скандал между братскими народами. Зато какой резонанс!
"Нет! - уверенно заявляет Надежда Васильевна. - Одному из наших звонили из дома. Просили срочно приехать. Там дом надо ставить. Тяжелая работа. А он им и сказал, что живет за колючей проволокой и не может приехать. Ну родственники и подняли шум. Другого объяснения я не вижу".
- А как их от вас увезли?
- Приехал черный джип с воронежскими номерами 717. Два таких конкретных мужчины потребовали им выдать четверых. Назвали фамилии. У нас даже охраны нет. Не предусмотрена. Что я им скажу? Вызвала. Они уехали. А через месяц появилось это видео. От проверок голова пухнет.
Я думаю, что нарушения в бумагах обязательно найдут. Поденщиков зачастую не оформляют. Надежда Васильевна наверняка закрывала на это глаза. Кто работать-то будет?
Я дозвонился на "горячую линию" "Альтернативы". Ответил девичий голос. Представился.
- С кем я могу поговорить о рабах из Подколодновки?
- Со мной! Но раз вы так ставите вопрос, значит, вы некомпетентный журналист, - пошла в атаку моя собеседница.
- Как вы узнали о рабстве?
- К нам на "горячую линию" обратились родственники.
- Кто же приезжал за "рабами"?
- Наши сотрудники. Мы потом еще одного спасли, но об этом почему-то не пишут.
- Вы уверены, что спасли? И почему только спустя месяц вся эта история была запущена?
- Спросите у своих коллег-журналистов.
- Вы можете представиться?
- Не имею никакого желания. Как и продолжать беседу.
Сбор перца в поле - тяжелый труд. Не каждый осилит такую нагрузку на солнцепеке. Фото: Юрий Снегирев/РГ
Первый раз я увидел волонтеров во время наводнения в Крымске. Люди ехали в отпуск кто в Анапу, кто в Геленджик, а кто и в Крым. По радио услышали, что город в беде, что нет питьевой воды и продуктов. Они тут же изменили свои маршруты и двинули опустошать придорожные универсамы. Воды было столько, что ее стало некуда складировать. Когда я подошел к водителю с самарскими номерами и попросил представиться, то он только махнул рукой: "Долг каждого - помогать ближнему".
Вот такой добрый самаритянин.
И через пару дней один известный Челябинский мясокомбинат устроил публичную раздачу колбасы пострадавшим жителям под свои камеры. Везде были растяжки, а нас, журналистов центральных газет, просили написать об этой акции. И не бесплатно. За колбасу. С тех пор челябинские деликатесы для меня не существуют.
"Альтернатива" заигралась. Рабов должны освобождать правоохранительные органы. Они, и только они. Тут без альтернативы. А дело волонтеров плести масксети, помогать одиноким бабушкам, отправлять гуманитарные посылки. Вольно или невольно волонтеры из Воронежа чуть не спровоцировали международный скандал между братскими народами. Зато какой резонанс!
источник