«А чего так мало?» — поинтересовался президент о компенсациях пострадавшим от паводков. Комментарий Георгия Бовта

Владимир Путин провел совещание с губернаторами и главой МЧС по вопросам ликвидации последствий паводков. Президент затронул проблему выплат пострадавшим. Политолог рассуждает о компенсационной коллизии и обязательных оргвыводах

В ходе совещания по борьбе с последствиями паводка Владимир Путин отдельно остановился на компенсациях гражданам, которые президент считает недостаточными.

Президент обратил внимание на острую проблему, которая коснулась в результате паводков сотен тысяч людей. Выплачиваемые им компенсации не то что малы, а даже смехотворны на фоне нынешних цен. «Размер выплат у нас установлен в 2008 году. Сейчас 2024-й, и этот размер не индексировался», — заметил президент, поручив федеральным ведомствам решить вопрос по индексации, отметив особо Оренбургскую, Курганскую и Тюменскую области. Недавно и в Думе поднимали тот же вопрос, ссылаясь на постановление правительства РФ от 28 декабря 2019 года № 1928 и на то, что размеры пособий и матпомощи пострадавшим от стихийных бедствий не индексировались с 2014 года.

На самом деле размеры основных пособий не индексировались аж с 1994 года, то есть со времен Бориса Ельцина. Именно в Федеральном законе 21.12.1994 № 68 был установлен размер единовременной матпомощи в 10 тысяч рублей на человека, в связи с частично утраченным имуществом первой необходимости — 50 тысяч на человека, а за полностью утраченное имущество первой необходимости — 100 тысяч рублей. Также были предусмотрены выплаты от 200 тысяч до 400 тысяч в связи с ущербом здоровью и миллион семьям погибших. Это в случае ЧС федерального масштаба. При ЧС регионального масштаба действуют региональные нормы. В частности, по имуществу в Оренбуржье — 25 тысяч и 50 тысяч рублей, соответственно. Статус ЧС там был повышен до федерального 7 апреля, после чего губернатор Денис Паслер и повысил размеры пособий в два раза, причем единовременного — до 20 тысяч, чего ни в одном законе прямо не предписано, но что власти могут сделать своим решением.

Несмотря на внешнюю простоту, выплата всех этих пособий часто сопряжена с бюрократическими проблемами. Как правило, власти требуют постоянную прописку именно в пострадавшем помещении, оно должно быть официально зарегистрировано как жилое. Дома в СНТ под это определение не подходят, даже если люди там живут. На сей счет должно быть отдельное решение. Специальная комиссия, как правило, определяет, пострадало ли помещение полностью или частично, пригодно ли оно к жилью. Так, если вода в дом не зашла, в выплате даже 10 тысяч могут отказать. Чиновников тоже можно понять: если начнут раздавать деньги направо и налево, то их же потом могут обвинить в нецелевом расходовании бюджетных средств.

После катастрофического наводнения в Крымске в 2012 году власти посчитали, что некоторые жители на информационной волне получили компенсации незаконно: например, имущество не было утрачено. Кого-то даже успели осудить за мошенничество в 150 тысяч рублей. Перерасход тогда оценили в 26 млн рублей, потребовав вернуть. Однако после вмешательства президента Путина, который сказал, что надо оставить людей в покое и что он поговорит с министром финансов, вопрос закрыли. Тогда многим пострадавшим компенсировали утраченное жилье натурой, а на капремонт сохранившегося выделили по 5 тысяч рублей на квадратный метр.

Конечная сумма выплат зависит и от местных властей, у которых, как правило, никогда нет денег, и от федерального центра — выделит ли он их. Так, забайкальцам, потерявшим жилье во время паводка в 2021 году, начали выплачивать компенсации только теперь, получив деньги из Москвы: первые 86 семей уже получили 214,5 млн рублей, то есть примерно по 2,5 млн на семью.

В Оренбуржье власти подсчитали, что в случае полной утраты жилья выплата составит 68,7 тысячи рублей за один квадратный метр, а компенсация за ремонт жилья, ставшего непригодным для проживания в результате ЧС — это если спецкомиссия признает, что дом подлежит капремонту, — составит по 7 тысяч рублей за один квадратный метр.

Все остается, таким образом, вопросом политической воли властей вместо того, чтобы быть предметом покрытия полиса страхования имущества. Страхуют имущество граждане весьма неохотно, уповая на милость сверху. На сей раз им относительно повезло, поскольку есть основания полагать, что после указания президента региональные власти будут быстрее и щедрее расставаться с деньгами. Надеясь на то, что им потом за это ничего не будет.